Неприкаянный - Харт Хелег - Страница 40

За несколько мгновений передышки мне удалось увидеть кусочек схватки моей ученицы и неизвестного солдата. Её сабля уже лежала на земле неподалёку - видимо, воин успел её обезоружить, но это ему не помогло. Уличная воровка оказалась не из тех, кого можно вынудить сдаться, лишив оружия. Девчонка рванулась в сторону, без труда проскочив под рукой солдата, пытавшегося схватить её за волосы, и мне показалось, что это движение вышло у неё уж слишком быстрым.

Помочь ей я не мог - пришлось парировать новый удар. Троица нападала на меня осторожно, прикрывая друг друга; краем уха я услышал хрип одного из них - он начал выдыхаться или попросту чем-то болел. Слабое звено. Очередной финт, неожиданная подсечка - ноги солдата взлетели выше головы - и рубящий удар сверху. Клинок с хрустом и лязгом пробивает лёгкий доспех, погружается в податливую плоть.

Двое оставшихся солдат отпрянули, но я не собирался оставлять угрозу за спиной, и напал сам. Схватка вышла очень скоротечной - боевой дух солдат оказался окончательно сломлен, но оно и понятно: шесть трупов за неполных две минуты, а на их убийце - ни царапины. Я знал, им кажется, что я неуязвим. Правда была в том, что после неудачного удара я потянул мышцу, нога при подсечке попала в кость и болела, но придать этому значение в бою - значит проиграть.

Первый солдат упал, зажимая рану в шее, второй отделался оглушающим ударом в челюсть. Одноглазый солдат уже тоже лежал без движения: видимо, я зацепил артерию, и он прямо в тот миг умирал от потери крови.

Со стороны раздался девичий вскрик; я дернулся на звук.

Схватка девчонки и шустрого солдата переместилась к стене ближайшего дома, где юная волшебница оказалась в ловушке - прижавшись к стене, она смотрела на острие меча, направленного ей в грудь.

- Лина! - крикнул я, бросаясь к ней, но так и не успел помочь.

Солдат, прижавший её к стене, понял, что оказался меж двух огней, поэтому прибёг к последнему средству - попытался взять девушку в заложники, но она, презрев острие меча, фактически упирающееся ей шею, отскочила в сторону. Сделав это, она оказалась к воину спиной и не могла видеть, что тот уже заносит над ней клинок.

Я громко крикнул, бросаясь на солдата и уже зная, что не успеваю.

Лина, услышав мой рёв, вскинула взгляд, и на мгновение мы встретились глазами. Это было всего лишь мгновение, но даже этого хватило, чтобы произошло чудо, над которым впоследствии я ломал голову не одну неделю.

Следующее движение девушки было настолько стремительным, что мой глаз уловил лишь размытые очертания её фигуры. Не знаю, успела ли она сообразить, что делает - я так точно не успел ничего понять - но тот толчок, который она проделала через долю секунды после разворота, перешёл все допустимые границы. Несчастный солдат, которого она просто оттолкнула от себя ладошками, с громким всхлипом оторвался от земли, пролетел пару саженей, врезался в крыльцо дома, оказавшееся на пути, и упал без движения.

От изумления я едва не потерял концентрацию и не ослабил своё заклятие. Именно оно напомнило мне о том, что сейчас не время погружаться в размышления.

Волшебник резко увеличил подпитку заклинания. В Эфире моя вязь затрещала от напряжения, грозясь разлететься в лоскуты. Я с удивлением глянул на мага: тот держал в руке нож, который только что вспорол его собственную руку. На лице застыл злобный оскал.

«Магия крови? Вот же холера!»

Я, спотыкаясь, подбежал к скорчившейся от боли Лине, но тут же понял, что если прямо сейчас не сделаю хоть что-то, Волшебник меня раздавит. Так что я, повторяя жест врага, зажал в ладони лезвие меча и вскрыл кожу, чтобы принести в жертву заклинанию свои жизненные силы.

Кровь, потёкшая на запястье, сгорала чёрным бездымным пламенем. Меня согнуло пополам от боли. Магия крови - чистой воды некромантия, так что в жилах у меня несколько мгновений буквально тёк яд. Это было очень больно, но зато эффективно - некромантией я уж точно владел намного лучше орденского чародея. Поэтому поток энергии, которой стала моя кровь, превратил клин моего астрального заклинания в сплошную стену, и плетение Волшебника сорвалось.

Улицу перегородила огненная стена. Несколько домов вспыхнули, как свечки; воздух раскалился за несколько мгновений. Мертиарит оказался в ловушке и больше не мог атаковать - ему бы отбиться от отзеркаленного мной заклинания. Вот что такой штукой он и планировал связать нас с Линой: «Огненный Нир», который обычно используют для поимки бешеных огров. Что ж, получилось весьма удачно - ведь пламя на какое-то время отрезало нас от преследователей. Перед тем как задать дёру я подумал, что нам сегодня уж слишком везёт.

Девчонка, упираясь всеми силами, тянула на себя створку ворот, в которые вдруг с треском ударили три стрелы. Не успев развернуться, я только пригнулся ещё сильнее и бросил под себя девчонку. Правое плечо прошила резкая боль, и узкий наконечник стрелы выскочил у меня над ключицей. Зарычав, я схватил Лину за локоть здоровой рукой и потащил за ворота, куда уже проскочил мой скакун.

Оказавшись снаружи, я первым делом пинком закрыл ворота. Затем, здоровой рукой схватившись за пояс девчонки, зашвырнул её на спину коня. Стараясь не сбиться, прошептал над воротами запирающий наговор, чтобы хоть немного задержать преследователей с луками.

С той стороны к небу уже потянулся чёрный дым, кричали люди, но я уже не слушал. Вернул мечи в ножны, сам запрыгнул позади ослабшей Лины и воткнул пятки в бока коня.

Скакать пришлось до самой темноты. Лишь ближе к полуночи я остановился в придорожном леске. Конь хрипел и мог пасть в любую минуту, но иначе было нельзя. Пару раз нам попадались путевые камни с нацарапанными на них названиями каких-то селений, но соваться к людям означало слишком рисковать. Да, границу мы пересекли, но влияние Меритари здесь не ослабевало нисколько, поэтому сохранялась вероятность, что в селении окажется орденский чародей. Я знал, что если хоть один захудалый меритарит нас заметит, то через пару минут по Скрытым Тропам ему на подмогу нагрянет ещё десяток-другой орденских чародеев, и тогда неким Энормису и Лине точно не поздоровится.

Едва наш скакун остановился, Лина начала потихоньку вываливаться из седла. Хорошо, что я был начеку и успел вовремя её подхватить. Бой и скачка измотали её до предела. Сам шатаясь от усталости, я аккуратно уложил её головой на уцелевшую седельную сумку.

Я не просто так остановился именно в этом месте - здесь находился слабенький магнит, собирающий небольшое количество магии, но мне было этого достаточно, чтобы нутризировать её и восстановить силы во сне.

Однако прежде чем спать, пришлось уничтожить следы, оставленные подковами моего коня за последний час. Заклинание оказалось очень тяжелым - раны и бой отняли все силы - но я, скрипя зубами, тратил последнее. Потом наложил на место нашего ночлега пелену «рассеянности» самого высокого порядка, какого смог. Потом поставил обычные охранные круги, и, немного подумав, добавил к ним парочку новых. Таких, чтобы подняли меня, даже если я буду не в состоянии проснуться.

«Волшебник наверняка рвёт и мечет, - размышлял я, пока обеспечивал нам с Линой спокойный сон. - Ещё бы - упустил квислендского ренегата! Дисс и я всю дорогу были Ордену как кость в горле, так что искать нас будут очень тщательно. Меритари надавят на местных баронов и уже завтра на дорогах появятся конные отряды, а окрестности будут буквально кишеть чародеями. Повезло ещё, что вокруг густые леса - не так-то просто тут найти кого-то, кто не хочет быть найденным. Правда, ради нас могут и местное население выгнать на поиски. Да и пёс с ними. Я уж точно не собираюсь облегчать им задачу и сдаваться».

Порез на ладони я обработал эликсиром и перевязал. Затем с самыми изощрёнными ругательствами, какие знал, сломал и вытащил из плеча стрелу, измотавшую меня сильнее, чем бой с десятком солдат. Она лишь чудом не задела крупные артерии, иначе я потерял бы сознание еще по дороге. Упав рядом с Линой, достал из сумки кривую иглу. С трудом попадая остриём куда нужно, зашил рану, тоже обработал эликсиром и еле-еле наложил повязку.