Чароплет - Чарлтон Блейк - Страница 27

— Прошу, — нейтральным голосом ответила Франческа.

Гости почти синхронно шагнули в кают-компанию. Женщина оказалась высокой, стройной, с оливковой кожей и тонкими чертами лица. Длинные собранные в хвост волосы, даже в полумраке мерцающие, словно снег, унизывало несколько серебряных колец с бирюзой — традиционное украшение вердантских аристократок.

Мужчина был редкостным красавцем ей под стать — большие глаза, выразительные скулы, кожа цвета обжаренных кофейных зерен и каскад свитых блестящими шнурами волос.

Только теперь Франческа заметила, что гостья не отнимает руки от плеча своего спутника, а глаза ее напоминают оттенком отбеленную бумагу. Вот откуда слаженность движений.

В годы учебы в Астрофеле Франческе не раз попадались чарословы, ослепшие от чтения бесчисленных магических текстов, — потеря обычного зрения компенсировалась у них обостренным восприятием чарословских рун. Но слепота, как правило, настигала совсем уж дряхлых старцев, живущих на свете не первую сотню лет, убеленных сединами, согбенных, тогда как вошедшая в кают-компанию женщина держалась прямо, и морщин у нее почти не было, а двигалась она с грацией юной нимфы.

Загадку разрешила блеснувшая на черной мантии нашивка в виде серебряной восьмиконечной звезды на красном поле. Такой знак носили только деканы Астрофела, а значит, Франческа напрасно удивлялась молочному туману в глазах обладательницы гладкой, почти юной кожи: на должность астрофельского декана попадали только самые могущественные чарословы, старившиеся крайне медленно.

— Давайте сядем, — предложила гостья, нащупывая стул и опускаясь на сиденье.

Франческа с Сайрусом молча последовали ее примеру.

— Я магистра Вивиан Нийоль, заместитель вице-канцлера Астрофела. А это мой коллега — магистр лингвистики Лотанну Акома, — представила она красавца, застывшего за ее спиной. Тот скованно кивнул сперва Франческе, затем Сайрусу.

— Мы прибыли из Триллинона по важному делу, и мне нужно посоветоваться с вами как с целителем.

— Вы проделали такой путь ради консультации? — притворно изумилась Франческа. — Я и не знала, что моя слава настолько…

— Нет, — улыбнулась магистра Нийоль, — я пересекла континент не для того, чтобы пожаловаться на боль в суставах.

— Тогда, вероятно, ваш спутник? Судя по кислому выражению лица, у него нелады с желудком. Может быть, несварение?

Темнокожий красавец смерил Франческу надменным взглядом, не меняясь в лице.

— А вы забавная, — еще шире улыбнулась его спутница и, не дожидаясь реакции Франчески, продолжила, смягчив тон: — Зовите меня Вивиан, вы ведь больше не связаны с магической академией, так что долой условности.

Франческа сложила руки на коленях.

— Рада это слышать, Вивиан. Мне не хотелось бы напоминать, что, будучи клириком, я вам уже не подчиняюсь. Но зовите меня Франческа, не стесняйтесь.

— Весьма дипломатично, Франческа, — благосклонно кивнула гостья. — И не беспокойтесь, я не собираюсь вами командовать. Мне кажется, у нас и без того найдется достаточно общих интересов для сотрудничества.

— Вот уж не думала, что маги вашего ранга снисходят до сотрудничества.

— Вы правы, дорогая, это не мой конек. Мне привычнее, когда ходят на задних лапках и ловят каждое слово — вот как наш юный Лотанну. Только что мысли не угадывает.

Стоящий за спинкой стула чарослов фыркнул.

— Что ж, тогда мне в противовес придется упрямиться вдвойне, — едва заметно улыбнулась Франческа.

— Не сочтите придиркой, но вы довольно необычно изъясняетесь, — отметила Вивиан. — Это не акцент, хотя я бы предположила, что вы родом из Верданта. Что-то есть в вашей речи такое, неуловимое…

— Я выросла в Паленых холмах, на границе Верданта и Остроземья. Это глухие места, и люди там говорят как встарь. — Франческа метнула сердитый взгляд на Сайруса, но тот сидел с замкнутым лицом и не сводил глаз с Вивиан.

— Как встарь… — повторила Вивиан. — Да, пожалуй. Странно, я родилась в эпоху, когда так говорили все. Но я давно эту манеру речи утратила, а вы нет, хоть вы намного моложе. Загадочный феномен.

— Как рыба о четырех ногах, — согласилась Франческа. — Кстати о странностях, почему вы не заведете фамильяра, чтобы смотреть его глазами?

— У меня есть фамильяр, — вздохнула Вивиан. — Моя давняя наперсница, койот с серебряной шкурой. Зовут Иста. К сожалению, ее нельзя было взять на корабль. Привезти ее в Авил тоже не представлялось возможным — по причинам, о которых вы вскоре узнаете. И здесь мы возвращаемся к тому, зачем мне понадобилась ваша помощь.

— Простите, что перебиваю, магистра, — откашлявшись, вмешался Сайрус. — Я Сайрус Аларкон, небесный дозорный Авила. Прежде чем просить нашей помощи, не могли бы вы объяснить, что привело вас в Авил?

— Нашей помощи? — Вивиан приподняла снежно-белую бровь. — Я обращалась только к клирику.

— О… Мне показалось… — Сайрус, смешавшись, стиснул руки на коленях.

— Я буду счастлива заручиться и вашей поддержкой, мастер-иерофант, — спокойно продолжила Вивиан.

Сайрус выпрямился.

— Тогда, надеюсь, вы удовлетворите мое любопытство?

Вивиан расширила слепые глаза.

— Право слово, давненько юноши не просили меня об удовлетворении, я уже и забыла, как его дарить. — Она картинно обмахнулась изящной ручкой. — Вы слышали, Лотанну? Как думаете, удастся мне?

— Вивиан, вы их пугаете, — проговорил Лотанну невозмутимо, по-прежнему не меняя сурового выражения лица.

Франческа залилась краской.

— Мы не… — начала она, но осеклась, посмотрев на Сайруса.

Еще несколько минут назад она расхохоталась бы, увидев его пылающие огнем щеки. Но теперь, в присутствии этой старой лисы, она готова была ему посочувствовать.

— Простите, если смутила, Франческа, — непринужденно улыбнулась Вивиан.

Франческа посмотрела на нее в замешательстве. Гостья сидела довольная, словно кошка, проглотившая ворону. Замешательство тут же сменилось досадой — получить своим же оружием, острым словом, от какой-то старой ведьмы?

Франческа лихорадочно подыскивала уничижительный ответ, но так ничего и не придумала.

— Мне тоже любопытно узнать, что вас привело, — сказала она наконец.

— Извольте, — кивнула Вивиан. — Мы с Лотанну прибыли с дозволения Небесного двора, чтобы провести одно расследование. Точнее, найти одного беглеца.

Франческа сжала кулаки.

— И кто же от вас сбежал?

— Чарослов-отступник, — ответила Вивиан. — Возможно, вы о нем слышали во время обучения. Тогда он был двадцатипятилетним юнцом. Никодимус Марка.

Франческе пришлось призвать на помощь все самообладание до последней капли, чтобы не выдать себя. Сайрус же заметно вздрогнул.

— Удивлены, Сайрус Аларкон? — подал голос Лотанну.

— Еще бы. Среди иерофантов ходят слухи, что Марка провозгласил себя спасителем чарословов, а затем принялся убивать своих однокурсников. Поговаривают даже о найденных свидетельствах демонического вмешательства — о металлическом големе, в частности. Но мне казалось, это всего лишь слухи.

— А вы, Франческа, похоже, не удивлены? — заметила Вивиан.

— Клирик должен учиться скрывать чувства. Пациентам вредит, когда целитель впадает в оторопь при виде их увечья.

— Понимаю.

— Почему вы считаете, что Марка в городе? — поинтересовался Сайрус.

— Сейчас я не буду вдаваться в подробности, — ответила гостья. — Попрошу об одном — держать язык за зубами. Если пойдет слух, что два высокопоставленных мага охотятся на отступника, он попросту сбежит. Поэтому от вас потребуется осторожность и скрытность.

— Гарантируем, — пообещал Сайрус.

— В Авиле мы с Лотанну должны будем переодеться. Я буду изображать богатую вердантскую негоциантку, ищущую торговых партнеров в Авиле. Лотанну же будет моим казначеем. Поэтому я и не могла привезти своего фамильяра — откуда у негоциантки ручной койот? Если вы нам подыграете, будет славно, однако это не основная причина, побудившая меня обратиться к вам, Франческа. Я узнала от маршала, что вы стали свидетелем вспышки афазии, разыгравшейся в святилище. Я не ошиблась?