Золотой Человек (СИ) - Разумов Никита - Страница 88

Владыка подошел ближе, соколиным взглядом изучая человека с ног до головы.

— Значит, это ты тот самый Ли Грин. Ты украл с завода несколько тысяч патронов.

Ли уклонил голову в сторону, не желая отвечать. Март взял его лицо за челюсть и повернул к Демиану. Грин снова завопил.

— Спокойно, я не это хочу узнать — он начал расхаживать по комнате, Ли продолжал смотреть на него — мы до сих пор не знаем деталей гибели нашей группы… которая следила за тобой. Ты помнишь? Месяц назад, тогда ночью, на водоочистительной станции.

Глаза Ли беспорядочно забегали. На лбу выступил пот. В памяти начали всплывать ужасные картины.

— Они убили ее… убили — забормотал он

Март начал трясти его за плечи.

— Говори точнее, где ты был и что случилось?

Владыка подошел к нему и усадил за стул, сказав более мягко.

— Мы хотим знать, как погибла группа Штейна, при каких обстоятельствах, сколько было ваших и кто именно.

Грин молчал несколько минут, а затем вопросительно посмотрел на Демиана.

— Наших?.. — он снова замолчал, пока Март не затряс его — наших там не было… это все она — его дыхание участилось, как будто он снова очутился в том месте среди крови — она словно с катушек слетела… сумасшедшая! Она сумасшедшая!

— Кто она?

Грин прошептал

— Та, что следила за мной, девушка с красными зрачками, в крови. Это она убила их… не я… это все она! Настя, ее зовут Анастасия!

Владыка замер, уставившись на него.

— Что ты сказал?..

Грин больше ничего не отвечал, Демиану уже и не требовался ответ. Сбылось его опасение, его подозрение, возникшее на речи Анастасии в Совете. Резню устроили не чадаевцы… она убила всех собственноручно.

Владыка смотрел в пустоту и побрел вперед.

— Она… она… — старик схватился за сердце — Сергей…

В комнату вбежал юноша в форме общества. Увидев Владыку, он с некоторым облегчением вздохнул и подошел к нему.

— Владыка, — поклонился он — срочное сообщение из центра. Группа вооруженных людей начинает скапливаться у дворца и скандирует антиправительственные лозунги. Людей все больше. Мы заметили так же «особо подозрительных личностей»

— Всемогущая Истина… — Демиан посмотрел на Марта — я хочу, чтобы вы немедленно начали эвакуировать детей из штаба общества. Но сначала обзвоните всех членов… всех, до которых сможете дозвониться. Возьмите все семь свитков и покидайте Централ. Потом мы соберемся — он повернулся к вошедшему юноше — телеграфируй во все города рядом с Зельевскими холмами: Золотому полку немедленно вернуться в Централ. Арестовать подполковника Анастасию Владыч. Живо!

Март и юноша спешно покинули комнату.

Владыка вышел в центральный зал штаба, вокруг была тишина. Фонтан не работал. Демиан был здесь наедине со своей тревогой. Анастасия ведет его людей в западню, к верной смерти. Ведет со злой улыбкой на устах. Восстание было почти готово и в самый последний момент у Владыки за спиной не оказалось ни кого. Он единственный золотой человек в столице, который будет стоять до конца. Иного выбора не было, Демиан побежал к своей машине.

Тем временем в Централе начинало темнеть. Солнце ласкало крыши домов, и свет уже не падал на улицы и переулки. Поднялся шум небывалой силы, злой шум, недовольство. Он скапливался у самого сердца империи. Здесь находилось уже свыше тысячи человек, толпа нарастала. Все проходило по старому сценарию, сначала лозунги на плакатах, затем с оружием в руках. Несколько рот полицейских трусливо выглядывали из-за баррикад на эти полчища. Все больше и больше людей в черных мантиях

Наконец, к толпе подъехала машина. Грузовики, что ехали следом, развернулись кузовами к людям, и тут же началась раздача винтовок с патронами. Из машины вышел тот, кого все ждали. Освободитель вместе с народом, он поведет их вперед.

***

Прежнего парадного хода у колонны золотых людей больше не было. Лошади устало брели вперед. Ряды перемешались, и теперь золотой полк был похож на большую массу. Люди сняли с себя уже все, что разрешалось снять, но неимоверная жара продолжала свои мучения. Пыль, поднимаемая лошадьми, пачкала все подряд. Несколько часов они брели так, почти без остановок. До Зельевских холмов оставалось совсем чуть-чуть.

Все шли вместе, лишь только Анастасия держала свою лошадь впереди на несколько десятков метров. Она была самой первой и не сбавляла скорости, лишь бы не сливаться с основной массой.

Сердце Николая сжималось ледяными тисками, он чувствовал непонятное волнение. Глядя на остальных, создавалось впечатление, что это чувство было у всех. Каменные, покрытые холодным потом лица, некоторые держали свои карабины на изготовке, осматриваясь по сторонам. Было тихо, только дикое поле.

Зак подшпорил свою лошадь, чтобы догнать Сергея Сергеевича, который ехал наравне с Николаем.

— Профессор… — сказал Зак — мы вообще будем останавливаться? Лошади устали, да и мы тоже. Если в таком состоянии мы встретим чадаевцев, то все закончиться быстро.

Николай, соглашаясь с Заком, тоже посмотрел на учителя. Скрепп ничего не ответил. Он продолжал смотреть на Анастасию, идущую далеко впереди. Изнеможенная Лена подъехала сзади.

— Всем сейчас нелегко, дорогой

— Как бы это не стало нашей меньшей проблемой — сказал, наконец, Скрепп. Зак лишь вздохнул удрученно

— М-да, не так я себе представлял наш последний бой…

— Добра со злом? — закончила за него Лена, Зак кивнул. Николай еще раз проверил, при нем ли его золотой кинжал отца.

Марш продолжался еще около часа. За это время поля начали меняться — сначала появились резкие разрывы на земле, выбоины, крутые овраги. Потом пошли возвышения. Они вступили в полосу Зельевских холмов. С давних времен не заселенное место, сухая трава, как в степи, столь необычная для северных регионов. Горячий воздух не пахнул ни чем, потому что в нем было столько пыли, что небо казалось желто-серым. Из-за холмов гуляли слабые ветерки и ни одного деревца. Многие золотые люди впервые видели эти высокие курганы. Они не были круты, на лошади по такому взбираться пришлось бы несколько минут.

Полк начал сбавлять ход. Анастасия вдруг остановила лошадь, без движения смотря куда-то вперед. Глаза ее не шевелились.

Остановились абсолютно все. Скрепп поднял вверх правую руку, чтобы люди спешились и отдохнули. Но отдыхать почему-то теперь не хотелось. Все уставились на картину впереди.

Анастасия продолжала сидеть на лошади. Скрепп и его ученики подошли к ней.

— Насть, объяснишь, что происходит? — сказал Николай. Анастасия, не оборачиваясь, спросила

— Теперь… вы гордитесь мной, профессор?

Они переглянулись между собой. Скрепп настороженно продолжал смотреть ей в спину. Настя продолжала

— Вы гордитесь мной? Я стала вашей лучшей ученицей?

— Откуда этот эгоизм? Слезь с лошади и повернись к нам лицом

Анастасия только лишь улыбнулась

— Вы. Гордитесь. Мной? — повторила она, делая паузы между слов

— К чему ты это спрашиваешь? Разумеется, я горжусь тобой…

— Даже после того, когда я ослушалась вас тогда? Не стала брать оружие в руки, не выстроилась.

Зак закатил наверх раздраженные глаза, но Лена с беспокойством смотрела на нее, положив ладонь на грудь мужу. Скрепп долго молчал, подбирая слова.

— Я не виню тебя, Настя, ты…

Ее брови в гневе опустились, взгляд исподлобья устремился куда-то вдаль. Зрачки в тот же миг окрасились красным. Она тихо посмеялась не своим смехом, тем, что Николай часто слышал от Ал.

Позади колонны послышался отдаленный крик. Какой-то человек с бумагой в руке несся к золотым людям верхом. Он успел прокричать только слово «приказ». Раздался одинокий выстрел. Человека заставил навсегда умолкнуть кто-то с вершины холма. Пуля прошла прямо через сердце, и гонец замертво свалился с коня.

В ту же секунду маленькую дорогу, на которой находился золотой полк, со всех холмов окружили люди в черных одеждах. У большинства из них были видны красные галстуки. Некоторые в масках. Они показали свою силу и стали смотреть, как золотые люди занимают круговую оборону, прячась за обозами спиной к спине.