Подкова на счастье - Козлов Игорь - Страница 5

Он развёл костёр, стал жарить на углях мясо.

Налил из амфоры в чашку душистую квасную жидкость.

- Ну? Давай попробуй...

- Не уговаривай. Я свой закон не нарушу.

- Зря!.. - яростно крикнул Геракл. - Так бы мы быстрее договорились.

Запрокинул голову, жадно дёрнулся кадык.

Геракл вытер губы тыльной стороной ладони. Его глаза помутнели, и в то же время дикая искра вспыхнула в глубоких, чёрных зрачках. Хирон вздрогнул, отступил.

- Тебе передали моё предложение? - с угрозой спросил Геракл.

- Прости, мы не можем его выполнить.

Почему? Вы мне нужны... Я открыл новый закон: оказывается, отнимать гораздо быстрее и удобнее, чем добывать и собирать...

На опушку вышла лань. Геракл встрепенулся, схватил лук. Тетива впилась в подбородок... Свистнула стрела - животное замертво рухнуло на землю.

- Ха! - радостно воскликнул воин. - Ха-ха!

- Зачем ты это сделал? У тебя же есть еда, - печально произнёс Хирон.

- Затем, чтобы ты видел - в моих руках сила! А сильному подчиняются!

Геракл снова налил вина.

- Хочу выпить за наш союз! Кентавр - лучший боевой конь. Вы всё слышите, всё понимаете, вы можете принять решение быстрее всадника, но вам не хватает свирепости. Если мы объединим эти качества - станем непобедимыми! Ну, согласен?

- Нет, - ответил Хирон. - Умение убивать и разрушать - это ещё не сила!

Геракл выхватил из огня головешку, с размаху бросил в рощу.

Запылали деревья. Выскочили на лужайку кентавры.

- А это сила? - угрюмо спросил Геракл.

- Это безумие... Ты уродуешь Мать-Природу - своего учителя, своего исцелителя, свою кормилицу... Глядя на рыб, вы научились плавать. Глядя на гнёзда птиц, начали строить жилища. Хлестнувшая по лицу ветка подарила тебе идею лука... И какова благодарность?

Геракл встал.

- Последний раз спрашиваю: ты будешь моим?

- Нет! - гневно ответил кентавр. - Мы уходим отсюда. Прощай... Ты раскаешься, но будет поздно.

Хирон стукнул копытом, повернулся и поскакал к своему табуну.

- Если не мне, то никому!.. - прохрипел Геракл. Ой выхватил из колчана стрелу. Звонко тренькнула тетива.

Хирон обернулся и увидел свою смерть.

Туман рассеялся... Никита и Джон обнаружили, что они сидят на полу конюшни. Патрик стоял рядом, фыркал, потряхивал гривой.

- Ну, как впечатление? - иронично произнёс он.

- Немного болит голова, - чуть слышно ответил Треверс. - Что это было?

- Ты желал, чтобы я показал прошлое. С первого раза это тяжело...

- Потрясающе! - прошептал Джон. - Просто чудо... Правда, слегка мутит. Такое чувство, будто стреляли в меня... Я пойду прилягу. А ты, Ник?

Зеленкова тоже подташнивало, но он хотел остаться с Патриком, поэтому по возможности бодрым голосом сказал:

- Я привык к таким картинам.

- Как хочешь. - Треверс, покачиваясь, вышел.

Никита дождался, когда гравий под его подошвами перестал хрустеть, и спросил:

- Патрик, почему ты раньше молчал об этом?

- Это действительно опасно. Но сейчас я решил попробовать. Может быть, это наше единственное оружие против Треверса. У него дурная наследственность: сочетание жестокости и сентиментальности - самый тяжёлый характер.

Зеленков провёл пальцами по лбу.

- Всё как во сне... Дед, наверно, там с ума сходит.

Кентавр звякнул уздечкой, задумчиво сказал:

- Послушай, Никита, а если мы примем предложение этого Треверса-Девятого? Подумай, ведь это твой шанс. Тебе повезло!

- О чём ты? - Зеленков испуганно отпрянул.

- Будешь жить без забот. Развлекаться, путешествовать, балдеть...

- Нет!

- Не торопись. Осознай возможность.

- Нет! Не хочу!

- Ну почему?

- Хочу домой - и всё!

Патрик улыбнулся. Он подошёл к мальчику, прикоснулся влажным носом к его щеке.

- Не бойся, мы выберемся отсюда...

А в Лондоне в это время тренер терзал деда:

- Вторые сутки ищут - и никаких следов! Их и не будет... Теперь я понял, почему он всё время торчал рядом с Патриком. Вот она, современная молодёжь! Он давно задумал эту акцию!

- Какую "акцию"? О чём ты говоришь, Никодим? - дрогнувшим голосом отвечал Егор Васильевич. - Мальчик попал в беду. Нужно сделать всё, чтобы его выручить.

- Он сам вывел жеребца! Сам!.. Никто его не похищал! - истерично вопил тренер. - Твой "мальчик" решил остаться на Западе! Понял? С меня теперь три шкуры сдерут. Господи, зачем я только согласился его взять! Как сразу не догадался! А может, ты тоже с ним в сговоре?

- Замолчи, что ты мелешь? - не выдержал жокей. Он стоял бледный, с фиолетовыми губами; - Никита чистый, добрый мальчик... А ты... Ты подлец!

Тренер удивлённо глянул на Петровича. Хмыкнул и затих...

Никита и Джон Мортинер Треверс-Девятый завтракали на веранде.

- После путешествия в Грецию у меня зверский аппетит, - возбуждённо говорил Треверс, уплетая за обе щеки омара. - Попробуй, жуткая вкуснотища!

Зеленков поковырял вилкой в тарелке.

- Джон, может, ты отпустишь меня, а Патрик останется с тобой?

Треверс бросил на него хитрый взгляд.

- Ты что, дураком меня считаешь? Утечка информации... Разве тебе плохо здесь?

- У меня же есть мать, отец... Войди в их положение.

- Ребёнок рано или поздно уходит от родителей. Как ты представляешь своё будущее?

Вопрос, конечно, интересный... Никите четырнадцать лет, но он никогда не думал об этом. Считалось, всё как-то само собой образуется.

- Наверно, должна быть интересная работа, - неуверенно ответил Зеленков.

- Что значит - "интересная"? Приносить много денег? Власть над людьми? Почести?..

И вдруг Никита вспомнил, Патрик однажды сказал: "Разумное существо обязано ставить перед собой большую цель. И следовать к ней. Неуклонно, страстно... Тогда его жизнь наполнится смыслом".

- Эта мысль принадлежит кентавру? - задумчиво спросил Треверс.

- Да...

- Вот она - вековая мудрость. Но где? Где взять такую цель? Пойдём к нему, пусть он объяснит!..

Патрик уныло бродил по газону, окружённому колючей проволокой. Для верности на каждом углу загона стоял здоровенный "битюг" с карабином.

Кентавр внимательно выслушал Джона.

- Людям трудно давать советы, - грустно произнёс он. - Любую подсказку Природы они обращают во вред ближнему.