Говорящие Со Зверями (СИ) - Ветрова Полина - Страница 40

— Забирайте, — кивнул офицер, — все равно сидим здесь без дела. А этот ваш Ирви Бойс не лучший воин в моем гарнизоне. Я прикажу ему собрать вещички. Ступайте к воротам, он подойдет.

Под любопытными взглядами солдат детективы проделали обратный путь через двор.

— Ты не говорил, что мы заберем клиента сразу, — заметила Дженни. — Откуда у тебя это письмо?

— Попросил его милость. У лорда есть такое право, он же высокий полномочный посол Вулкана. Значит, может затребовать солдат из местного гарнизона — столько, сколько потребуется. Я подумал, что здесь не самое лучшее место для той беседы, которая нам предстоит. Тем более, шкипер опасается непогоды.

— Как ты предусмотрителен!

Но тут явился рядовой Ирви Бойс с походным рюкзаком, и Дженни уставилась на этого человека, из-за которого пришлось мчаться на край света. Ничего особенного он собой не представлял. Если старшая сестра подавляла своим величием, то младший представитель семейства Сервейсов, наоборот, был воплощением заурядности. Небольшого роста, тощий, узкоплечий, совсем не похожий на героя, который по зову Родины устремился на бой с Погонщиками Ветра и добровольцем отправился в дальние края. Лицо его тоже было невыразительное, узкое, с мелкими чертами. Похоже, вся красота и значительность, отпущенные на двоих, достались сестре.

По толпе солдат, собравшихся, чтобы поглядеть на приезжих, прокатился ряд хохота и насмешливых реплик — мол, глядите, нашего героя увозят, как же мы без него? Ирви втянул голову в плечи и понурился.

Детективы представились, и Квестин кивнул:

— Идем, Ирви.

— Куда это? — голос у героя тоже был так себе, высокий, мальчишеский.

— По дороге я расскажу подробности, а пока что мы направляемся во дворец Кехлинка. Ты переводишься в столичный гарнизон и поступаешь в личное распоряжение его милости лорда Морвига Готвинга, возглавляющего посольство Эверона на Фирийских островах.

Спускаться по тропинке было еще труднее, чем подниматься, из-под ног сыпались камешки, и Дженни хотелось перейти на бег. Пока они шагали под уклон, Ирви бубнил:

— Да, нам говорили, что прибыл посол. Ему в почетный караул отобрали самых видных солдат, а меня, конечно не взяли. А сейчас-то чего? Чего еще от меня нужно?

Да, этот мямля совсем не подходил на роль героя добровольца. И Дженни с удовлетворением подумала, что служба ему явно не по душе. Такого уломать вернуться к богатенькой сестре будет легче легкого! Квестин хорошо придумал с этим переводом в столичный гарнизон. Сюда, на эту убогую пыльную скалу, младший Сервейс уже не вернется!

Шкипер поджидал пассажиров, стоя на носу суденышка и вглядываясь в морскую даль. Ветерок не стал крепче, и Дженни подумала, что этот дядечка только прикидывается опытным моряком, а сам всю жизнь проплавал по спокойным проливам между островами. Но как бы там ни было, пассажиры заняли место под тентом, Квестин в центре, а Дженни несколько раз заметила, что отважный воин то и дело косится на нее. Чуть склонится вперед, чтобы «дядюшка» не заслонял вид, и разглядывает. Может, просто давно не видел красивых девушек? Дженни было не жалко, пусть глядит. Ирви ее совсем не заинтересовал. Зато ворона, о которой она успела позабыть, проявила немалый интерес к новому пассажиру. Она слетела со своего насеста и стала описывать тяжеловесные пируэты вокруг передней части кораблика, накрытой тентом. Явно разглядывала нового пассажира. А потом вдруг набрала высоту и, взяв курс на центр архипелага, скрылась.

Дженни проводила ее взглядом, потом заметила, что Ирви снова пялится в ее сторону. Проверила на всякий случай, застегнуты ли те самые злополучные пуговки. Все было в порядке. А шкипер отдал команды, его матросы расселись по банкам, на веслах отвели судно от причала, потом шкипер потянул канат, раскрывая парус. Корабль лег на обратный курс.

***

Когда судно, обогнув очередную скалу, вошло в лабиринт островов, Квестин заговорил:

— Ирви, не будем терять время. Сейчас я тебе все объясню. Мы прибыли сюда с поручением твоей сестры, госпожи Клементины. Она просит тебя вернуться. Ты ей нужен, Ирви.

— А она мне — нет, — неожиданно резко отрезал солдат. — Можете поворачивать, я не вернусь в Эверон. Возвратите меня в форт!

— Сейчас мы плывем во дворец Кехлинка, — спокойно произнес Квестин. — А пока что прочти письмо сестры.

Он протянул Ирви бумагу, и тот, хмуро кривя лицо, стал читать. Потом буркнул:

— Это ничего не меняет.

— Ирви, — стал увещевать Квестин, — ну сам подумай, как это выглядит. Твоя сестра со слезами просила тебя вернуться. Что ты здесь делаешь? Торчишь на скале, забытой всеми богами, среди людей, которым на тебя наплевать… А Клементина ждет, она нуждается в тебе, в единственном родном человеке!

— Ей тоже плевать на меня, — запальчиво перебил детектива Ирви. — Вы не знаете, как она со мной поступала! Вы же ничего не знаете!

— Это все в прошлом, а прошлое уже не вернется.

— Прошлое всегда возвращается, — упрямо заявил Ирви. — Оно всегда возвращается в самый неподходящий момент. И я хочу в этот момент оказаться подальше от Клементины! Забытая всем богами скала вполне годится!

До сих пор они говорили вполголоса, чтобы не слышали гребцы, но последнюю фразу Ирви едва не выкрикнул. Потом, словно испугавшись собственного порыва, замолк. Дженни подумала, что ей тоже нужно вставить слово. Внести, так сказать, вклад в общее дело.

— Только не говори, что тебе здесь понравилось, — едко заявила она. — Мне стало скучно, уже пока я поднималась по склону к воротам.

— Я солдат, — Ирви наклонился, чтобы глянуть на нее в упор. — Скука, это не самый страшный враг на войне! Зато здесь я ощущаю, что исполняю гражданский долг! Как полноценный человек!

— Ты и есть полноценный, хоть здесь, хоть в Эвероне, — мягко подхватил Квестин — но Клементина нуждается в тебе. Именно потому что вы вместе прошли через многие вещи, о которых страшно вспоминать. И ты был рядом во всех испытаниях. Она нуждается в тебе, пойми, по-настоящему нуждается. Она только выглядит сильной, а на самом деле, ей сейчас очень тяжело. Ей нужна сестра, с которой можно разделить эту тяжесть.

— Сестра? — Дженни с удивлением заглянула в лицо Квестина. — Дядюшка… С тобой все в порядке?

Квестин крякнул.

— Веспер бы все это взял! — выговорил он. — Это тайна, Дженни. Я зря проговорился. Теперь тебе придется помалкивать на эту тему.

Ирви тяжело вздохнул.

— Это правда, что ей нужна сестра, — пробормотал он. — Я знаю. Но меня она не спросила. А если я не хочу быть ее сестрой?

— О чем вы толкуете? — взмолилась Дженни. — Я уже все равно храню страшную тайну. Так можно мне ее хотя бы узнать?

— Ирви, ты не против? — обернулся к солдату Квестин. — Я уже все равно ляпнул…

— Валяйте, — махнул рукой тот. — Я вообще-то думал, вы оба знаете.

— Клементина сказала только мне, — пояснил отставной префект. — Дженни, послушай. Ирви — гермафродит, он может быть женщиной и мужчиной.

— Ого!

Дженни вовсе не была поражена наповал, на ярмарках среди странствующих актеров, она встречала всяких людей, бывали и такие… Но те, кого показывали в балаганах, выставляли свои странности напоказ, а Ирви, напротив, скрывает. И ведь теперь она видит, что, в самом деле, при желании это худощавое, по-своему даже изящное существо вполне может быть женщиной. Как же он жил там, среди солдат? Бедный Ирви… Бедная Ирви…

— Мы начинали вместе с нуля, с ничего, — забубнил Ирви. — Клементина всегда выглядела красавицей. Сейчас она расцвела, но и в юности была очень хорошенькая. Она мечтала открыть свое заведение, ради этого мы работали, как Веспером проклятые… ну, вы понимаете?

— Конечно, — заверил Квестин, — ты можешь опустить подробности.

— Сперва у нее было больше клиентов, она старалась… да, старалась! Стала известна, начала получать лучших ухажеров. Они платили неплохо, но мы обе во всем себе отказывали, Клементина копила на свое заведение. Когда мы наконец обзавелись собственной вывеской, она стала вести счета и меньше заниматься с клиентами, зато теперь на меня всегда был спрос. Ведь она придумала, что ее заведение — особого класса, ничего обычного, сплошная экзотика! Знатные господа, которым хотелось чего-то особенного, шли к ней. Внешне я был как мальчик, я умею скрывать вторую половину… но мог и то, и это. Мне пришлось много работать. Она все твердила, что видит во мне маленькую сестричку, но работа… Вы поймите, пока Клементина не встала на ноги, не начала зарабатывать прилично, пока ее заведение не сделалось знаменитым, я трудился для нее! И мужчиной, и женщиной, я мог быть всем, чего желает клиент, я мог оказаться и тем, и другим одновременно! Но теперь она не нуждается в особенном товаре, ее «Улыбка Вилены» процветает. Она хочет, чтобы я стал наконец той самой сестричкой, о которой она всегда мечтала, но теперь я собираюсь найти себя, разобраться, кто я такой… такая… кто я на самом деле. Без нее! С самого начала! Написать свою жизнь на чистом листе! Я пошел добровольцем, потому что к ветерану войны не будет никаких вопросов, понимаете? Я буду сам! Без Клементины! Без прошлого!