Полет над бездной (СИ) - Махомет Анастасия - Страница 67

Илья метнулся к нему и крепко схватил за руку. Для Сэта это стало последней каплей. Он резко развернулся и ударил учителя кулаком по носу, освобождаясь и спеша удалиться, буквально убегая.

Наверху он столкнулся с Ником, что через другую лестницу увел Лиру к себе.

― Погоди, — прошептал тот, слыша произошедшее. — Ты ведь знаешь, что он так не думает. Извинись…

― Ни за что! — однозначно заявил Сэт. — Пусть катиться ко всем чертям!

Он зашел к себе, злобно хлопнул дверью.

Ник тяжело вздохнул и спустился вниз. Друга он нашел на кухне с куском льда у переносицы.

― Мальчишка неблагодарный… хулиган малолетний… дрянь, — бубнил он злобно.

― Он ударил тебя? — не веря своим глазам, машинально спросил Ник, застыв в дверях.

― Он сломал мне нос! — вскрикнул Вересов, возбужденно.

― Ты тоже хорош, — шепнул Ник. — Ты оскорбил его девушку.

― Хочешь сказать, что я не прав?!

― Да, тебе не стоило говорить, того, что ты сказал…

― Что?!

Илья был готов наброситься теперь уже на Ника и обвинить его во всех возможных смертных грехах, на которые только воображения и гнева хватит.

― Ты ведешь себя, как твой отец! — парировал Ник, еже не начавшуюся вспышку гнева.

Илья замер, не понимая, но и боясь осознать правдивость этих слов.

― Ты ненавидел его за то, что он оскорблял твое творчество, оскорблял, то, что ты любил. Он старательно уменьшал цену самому важному для тебя, не принимал и не пытался понять. Ты сегодня сделал то же самое.

Илья шокировано посмотрел на друга с дикой болью и отчаяньем, будто произошло самое страшное в его жизни, а затем медленно опустил глаза, принимая это осознание.

― Вот видишь. Ты применил запрещенный прием, за что и поплатился.

Лира тихонько открыла дверь комнаты Сэта. Как она и думала, он лежал на кровати, уткнувшись носом в подушку. Услышав, что кто-то вошел, он приподнял голову и посмотрел на Лиру измучено. Он знал, что был прав, знал, что ему нечего стыдиться, но все равно, было до дрожи противно, от самого факта. Он не имел никаких сил выставлять Лиру, но и говорить с ней не хотел, поэтому отвернулся от девушки.

Лире этого было достаточно. Она присела возле него и, таинственно улыбнувшись, нежно коснулась его спины.

Сэт закрыл глаза, позволяя ей, как когда-то давно обработать свежие следы от кнута, но через миг вздрогнул, почувствовав что-то неясное, что-то непривычное, он встрепенулся и поспешил, отстраниться от Лиры, буквально шарахнувшись от нее в сторону, но было уже поздно Дива попала в его кровь…

Когда Сэт открыл глаза, голова дико болела, все тело было будто ватное. По изодранной спине пробегала противная судорога. Он смотрел на белый потолок и ощущал странную боль в глазах. Он приподнялся — картинка поплыла и стала темнеть. Голова закружилась. Ему пришлось замереть, что бы не потерять сознание.

― Милый, тебе уже лучше? — спросила лукаво Лира.

Она обняла его за плечи, прильнув к нему нежно. И Сэт резко вздрогнул.

― Прости, сильно больно?

Сэт не ответил. Он злобно взглянул на нее через плече и схватив за руку, оттолкнул. В его голове медленно всплывали рваные отрывки произошедшего накануне. До него медленно доходило произошедшее, как из тумана. Он буквально рычал от злости:

― Ты накачала меня Дивой?!

Лира закрыла себе простынею, лишь сияющие, довольные синие глаза, без капли раскаянья или сожаления виднелись.

― Я просто, — начала она, тихо.

― Стерва ты! — вывел Сэт, не желая ничего слушать.

Вскочив на ноги, он указал на дверь:

― Убирайся! Исчезни, а то я тебя укатаю!

Лира выскочила прямо в простыне. Ее туфли, платье и белье вылетели следом, и дверь захлопнулась.

Дрожащая, действительна напуганная таким поведением, Лира прижалась к холодной стене.

― Ну что добилась своего? — спросил сурово Ник.

Он уже давно стоял здесь. Не смотря на свой суровый вид, он прекрасно понимал эту девушку, но не оправдывал. Ему было ясно, что она чувствует, но ее действие он считал большой ошибкой.

Лира вздрогнула от его слов и посмотрела на Ника. По ее щеке скатилась слеза, первая из того множества, что она сегодня пролет. Ей хотелось рыдать, поэтому она убежала к себе, что бы выплакаться, а затем отпраздновать победу.

Ник пришел к Илье, сидевшему в своем кабинете с раскрытым настежь окном и, нервно постукивая пальцем по столу, курил.

― Он вышвырнул ее из своей комнаты, — сообщил Ник.

Илья тут же вскочил, нервно вмял сигарету в, переполненную окурками пепельницу, и направился к двери.

― Ты куда? — с тревогой спросил Ник.

― К Сэту.

Илья вышел. Ник шмыгнул за ним, наверно уже даже по привычке, спеша остановить друга от ошибки, при надобности.

Вересов не стуча вошел в комнату к воспитаннику и закрыл дверь, перед носом Ника, принципиально не желая его пускать.

Сэт лежал на кровати, свернувшись калачиком. Его обнаженное тело было скрыто простыней. Услышав, что кто-то вошел, он открыл глаза, не в силах шевелиться и никого не желая видеть.

― Сэт, ты как? — спросил мягко и заботливо Илья, как он делал прежде, до этой нелепой ссоры.

Юноша ничего не ответил, лишь накрылся простынею с головой, надеясь, что его оставят в покое. То, что он испытывал сейчас, сложно было принять. Физическая боль и моральные метания, переполняли и буквально рвали его на части.

Илья подошел к кровати и, сев на ее краюшек, коснулся плеча Сэта. Тот тут же дернулся и резко ускользнул на другой кровати, отворачиваясь от наставника, буквально ускользая от его руки.

Илья с тревогой смотрел на этот белый, закутанный в простынь комочек, не зная, что делать.

На белоснежной простыне, стали возникать и расти пятна крови. Мгновение Илья лишь смотрел на них, не понимая, а затем осознав вскочил на ноги и, обойдя кровать, сорвал с ученика простынь. Сэт еще больше съежился, будто от холода, прячась носом в коленях.

Илья посмотрел на окровавленную спину, уже виня себя во всем. Он мягко коснулся плеча Сэта, и по телу мальчишки прошла волна неестественной дрожи. Со слезным стоном, он стал хватать воздух, явно задыхаясь, глядя с ужасом на мир. Илья убрал руку, вернулась напряженная морщинистость переносицы. Сэт затих, но тут же вновь задрожал. Волнение Вересова достигло предела. Мальчишка хватал судорожно воздух, бледнел.

― Кая же она дура, — прошептал Вересов, силой усаживая мальчишку и выискивая его лекарства…

Наташа весело улыбалась, вспоминая вчерашнюю ночь. Она лежала на диване в своей квартире и вращала в руках мобильный телефон, в ожидании звонка от любимого человека, но он медлил, хотя обещал позвонить. Она не задавалась вопросами, не тревожилась, не злилась, а просто ждала беспечно улыбаясь.

Напевая вчерашнюю мелодию, она листала старый альбом с детскими фотографиями и вдруг осознала, что не хочет ждать, ведь она соскучилась и на правах его девушки вполне могла позвонить сама! Она набрала номер и улыбаясь ждала ответа.

― Да, — спокойно ответил Илья.

― Э-э, — выдавила испуганно Наташа, понимая, что вновь слышит не тот голос, что ждала.

― Наташ, не удивляйся, — сказал спокойно Вересов. — Сэт не может ответить. У него…

― Что с ним?! — испуганно спросила Наташа, вскочив на ноги. — Ч с ним уже случилось?!

― Сложно объяснить, но…

― Говорите, как есть!

― Сердце, — шепнул Илья. — Возникли проблемы и мне пришлось отвести его в клинику. Он в сознании, но очень слаб, поэтому…

― Что вы с ним сделали?!

― Я…?

― Да, вы! Как только я отпустила его к вам, он тут же свалился. Что вы ему такого сделали, что его сердце..?

― Ничего! — сурово перебил Илья Николаевич. — У него врожденный порок сердца, давший осложнение из-за сильного стресса. Что здесь непонятного?

― Он уезжал от меня вполне нормальным!