Полет над бездной (СИ) - Махомет Анастасия - Страница 68

― От тебя!?

― Да! Он отвез меня домой. Мы посидели за чашкой чая и лишь потом он поехал к вам и все с ним было нормально! Я не знаю, что случилось ночью, но он успокоился и был стабильным. Вы… Только не говорите, что вы опять его били!?

Илья молча фыркнул в трубку, не зная, что и сказать на все это.

― Вы чудовище, — простонала Наташа и, бросив телефон, стала собираться.

Илья положил телефон и, скривившись от усталости, посмотрел на Максимуса. Молодой хирург грустно улыбнулся.

― А что я должен был сказать? — спросил Илья измученно. — Может, стоило сказать правду?

― Это решать не нам, а Сэту, и вы это знаете, — спокойно ответил врач.

― Да, — шепнул Илья. — Как скоро он сможет вернуться домой?

― Если все будет спокойно, то завтра утром я его уже отпущу, но ночь он проведет здесь. Хотя, как я уже говорил, он вполне стабилен, а Диву выведут полностью уже через час.

― Максимус, а это не может вызвать..?

― Не волнуйтесь насчет зависимости, — спокойно сообщил Максимус. — То что было тогда не имеет отношение к этому случаю. Он же два года ничего не принимал, до Морфина перед дуэлью. Все будет в порядке, да и Дива впервые в его крови.

― Это хорошо…

― К тому же, сами знаете, что он категорически против наркотиков.

― Знаю, просто боюсь, что ему будет плохо, как тогда.

― Все будет хорошо. Это обычный приступ, как обычно.

Илья смотрел мимо Максимуса и задумчиво молчал.

― Вы хотели о чем-то поговорить?

― Думаю вставить Лиру.

― Не стоит, — шепнул Максимус. — Сэт будет только переживать, если с ней что-то случиться, поэтому…

― Я куплю ей квартиру и пусть живет…

― Не знаю… я же не советчик.

― Зато ты друг Сэта!

― Ну, да, — согласился растерянно врач, будто только теперь это заметил. — Может лучше с ним и поговорить?

― Да, пошли, а то думаю Наташа скоро приедет, а на ходу ничего толком не придумаешь.

Они покинули кабинет Максимуса и отправились в палату к Сэту.

Молодой маг лежал в постели с закрытыми глазами. Он был бледен и измучен, но как принято было говорить врачами, стабилен.

― Ты как? — спросил Илья, присаживаясь на край кровати.

― Выживу, — прошептал Сэт, прошептал Сэт. — А пока отвратительно.

― Больно? — уточнил Максимус.

― Ну, да, но не настолько, что бы беспокоиться, потерплю…

Илья взял Сэта за руку, касаясь этих ледяных пальцев, он заговорил:

― Звонила Наташа, и я опять с ней…

― Дайте угадаю: она обвинила во всем вас?

― Да, думает, что твой приступ вызвали мои побои.

Сэт закатил глаза.

― Я пытался объяснить…

― Но она не послушала. Это на нее очень похоже, но… буду что-то думать…

Сэт закрыл глаза и отвернулся, убирая руку под одеяло.

― Вы встречаетесь?

― Уже да, хотя после сегодняшнего…

― Ей не обязательно знать, — уверенно сказал Илья.

― Дилемма, — заговорил Максимус, садясь, на свой, уже привычный, стул у кровати. — Ты не можешь решить. С одной стороны ты не хочешь ей говорить, потому что боишься, что она не поймет и воспримет, как измену и на этом ваши отношения закончатся, но с другой стороны ты не можешь не признаться, ведь это будет предательством и если когда-нибудь она узнает, шансов уже не будет.

Илья раздраженно посмотрел на Максимуса, но молодой врач спокойно продолжал:

― Ты всегда сомневаешься, но зачем? Кто сказал, что она узнает? Я буду молчать. Илья Николаевич тоже. Нику не нужно портить тебе жизнь. Норбер до сих пор ничего не знает, а Лира так перепугалась, что будет молчать о случившемся до конца жизни. Наташа может узнать только от тебя.

― Но ведь, — начал Сэт.

― Я знаю, что ты хочешь что бы все было правильно, но в том, что произошло нет твоей вины, а значит и совесть тебя не станет мучить.

― Сэт, у вас и так все сложно, а твое откровение только все усложнит, — поддержал Илья. — Вы только начали понимать друг друга, не порти все сейчас. Ваши отношения не готовы к таким сложностям.

― Знаю, — согласился Сэт, — но как ей объяснить приступ?

Повисло молчание, а потом Максимус несмело предложил:

― Не объясняй, просто скажи, что не хочешь это обсуждать.

― Ага! — завил Сэт, злясь. — И она решит, что была права, и во всем виноват Илья Николаевич и будет жалеть меня, как бедного мальчика, избиваемого отцом!

― Сэт, — уверенно начал Вересов. — Совершенно не важно, как она будет относиться ко мне, а жалость от нее будет самой сладкой жалостью, которую ты можешь получить в этой жизни. К тому же, ты уже до конца жизни, будешь в ее глазах мальчиком, избиваемым родным отцом, и я здесь не при чем…

― То есть она всю жизнь будет меня жалеть? — с отчаяньем в глазах, спросил Сэт.

― Она всегда будет помнить, что ты несчастный мальчик, но ты можешь ей показать, что тот мальчик вырос, смог стать сильнее. Стать надежным мужчиной, а если ту ей скажешь о случившемся, то никогда уже не сможешь изменить это ощущение внутри нее.

Сэт смотрел на учителя растерянно и испуганно, будто не хотел сознать услышанное.

― Сейчас она пытается защищать тебя, а должна расслабиться и позволить тебе защищать ее.

― А списать все на вас — это разве выход?!

― Сэт, я разозлился, наказал тебя, но мы поругались и даже подрались, — Илья ткнул пальцев в опухший нос. — Я могу спокойно побои снимать, между прочим.

― То есть это драка виновата? — возмущенно спросил Сэт.

― Стресс, вызванный дракой и проблемой, вызвавшей драку, то есть претензии Иденбурга! — подхватил Максимус.

― А это все тоже правда и действительно было.

― Только ударил я вас не из-за этого…

― Не важно! Никто не узнает правды!

Сэт закрыл глаза.

― Выдумывать что, будет безумием, — сказал врач спокойно.

― Потом, когда будешь нянчить внуков, расскажешь ей правду, как забавную историю юности, — сказал Илья, крайне примирительно.

― Хорошо, — выдавил Сэт. — Надеюсь, это поможет.

― Сэт! — воскликнула Наташа, ворвавшись в палату. — Что они с тобой сделали?!

Она подлетела к постели возлюбленного и, упав на колени, поймала за руку.

Вересов многозначительно приподнял брови, как бы демонстрируя правоту своих слов, о защите.

― Все, хорошо, Наташа…

― Как хорошо, если ты в больнице?! Что вы натворили?! — воскликнула она, взглянув на Илью.

Молодая вампирша замерла, увидев хладнокровное лицо Вересова, а тот просто встал и сказал Максимусу:

― Идем, им и без нас есть о чем поговорить.

― И то, правда, — согласился врач и поспешил удалиться, вместе с Вересовым.

Наташа провела их взглядом, а потом испуганно спросила:

― Что случилось?

― Это все из-за вчерашнего визита, того ночного, — пробормотал Сэт.

― У вас проблемы?

― Нет, я вчера все решил

― Тогда…

Она многозначительно кивнула в сторону двери.

― Мы сцепились с Ильей Николаевичем, как маленькие дети…

― Но почему..?

― Я вышел за рамки закона. Доказать это невозможно, но Король Тьмы знает, что это я. Все это ставит под удар и меня и Илью Николаевича, вместе со мной.

― Тоесть..?

― Уже все хорошо.

― Но если все было хорошо, тогда почему вы сцепились? Ведь он был тебя? Да! Скажи мне!

― Да, но он просто злился. Думаю, Иденбург на это и рассчитывал, что бы нас рассорить..

― Значит, вы пошли у него на поводу?

― В некотором роде…

― Но зачем ты во все это влез!?

― Так вышло.

Наташа прильнула к его груди и заплакала. Сэт слабой рукой гладил ее волосы и молчал, желая забыть, что правду обратил в лож.

Все газеты и журналы только и писали, что о союзе Сэта Вересова и Наташи Шпилевой: черный и белая, скандалист и девушка с безупречной репутацией, человек и вампир. Они стали самой известной, популярной, невероятной и непредсказуемой парой, казалось бы идеальной, но с назревающим взрывом и чередой скандалов… впрочем прессе только в радость.