У истоков боли (СИ) - Заднепровская Екатерина - Страница 42

- Она очень похожа на мать. Даже в последний раз, когда я видела её ещё девочкой, она была очень похожа на Санизу.

- Это не удивительно.

- Правда, - согласилась Куэтра, - Ты желал бы, чтобы она была твоей дочерью?

- Нет.

- Действительно? – лукавый девичий взгляд переместился на красноволосого.

- К чему мне этого желать?

- Но ты ведь её любил…больше чем меня, - Куэтра улыбнулась, но скорее злорадно, нежели дружелюбно.

- Поэтому ты позволила ей умереть? Из-за мести?

- Я об этом не задумывалась. Как я и говорила, я ничего не могла сделать. И потом…ненависть к тебе не повод для смерти сестрицы.

- Ты меня не ненавидишь.

- Именно так.

- Это ложь. Ведьма любви не может ненавидеть, в особенности того, кого любит. Ты можешь лишь убеждать себя в этом и испытывать от этого боль. Любовь - проклятье, правда?

Куэтра выдержала паузу, отводя в сторону взгляд.

- А ты жесток, Аэдан…Никогда не прекратишь меня истязать, да?

- Вероятно, однажды прекращу, но стоит потерпеть. Нам ещё долго быть вместе.

- Ты заслуживаешь моей ненависти.

- Почему же? Ты соблазняла многих, многим отдавала своё тело, но не душу. Я сделал то же самое с тобой.

- Не смей сравнивать! – возмутилась девушка, - Меня никто не любил! Никто не отдавал мне себя, не давал почувствовать эйфории, и даже твоя холодность в мою сторону порой казалась мне высшим знаком внимания. Думаешь, я могу жить иначе?

- Стало быть…

- А вот и нет! Вот скажи мне…- девушка развернулась к Аэдану лицом, - Если бы не Саниза, ты бы мог полюбить меня?

- Не могу сказать.

- Почему? – в глазах девушки засверкали слёзы, - Ты никогда не был ей нужен.

- Это не правда.

- Она бежала от тебя к другому! Она была счастлива в своём браке, рожала детей и никогда не вспоминала тебя. На что ты надеялся? Что она пожалеет о выборе? Но она не жалела. Она не я…Теперь её нет. Её нет, и всё равно бы ты выбрал её, а не меня! Ужасно понимать, что покойница по-прежнему моя соперница.

Аэдан промолчал, пристально вглядываясь в лицо Куэтры. В последнее время её веки стали часто опухать от слёз и это накидывало ей возраста. Ничего не ответив, юноша направился в каюту, постепенно погружаясь в воспоминания, вызванные яркими контрастными образами. Он очень чётко помнил лицо Санизы: её синие глаза, правильные черты, помнил её черные густые локоны, улыбку и нежный голос. Она всегда казалась ему прекрасной, недоступной и до ужаса простой в своих взглядах. Аэдан боялся даже представить тот страшный день, когда эта девушка превратилась в разлетевшийся по площади пепел.

Глава 47

664 год шестой эпохи Альд

Она ехала связанной по рукам и ногам в повозке, что катилась вслед за конём Гейрта Ванроха. Лежала среди шкур и какой-то посуды. Каждый раз, когда повозка наезжала на камень, подпрыгивала и ударялась о её дно. Биетит чувствовала себя больше пленной, нежели невестой, но все просьбы развязать её были проигнорированы. Она всё время думала о брате. Не представляла, что будет с ним за ту выходку, так же, как и окончательно убедилась в безнадёжности своей дальнейшей судьбы. Вряд ли маг простил бы такое оскорбление в свой адрес. «И почему же он увёз меня? Чтобы проучить?»

Постепенно смеркалось. Дорога давно завела в лесную чащу. По обе стороны плотной стеной росли ели. Солнечные лучи уже едва пробивались через их острые иглы. Птицы смолкли. Слышан был лишь конский цокот и скрип повозки, наехавшей на очередной валун. Биетит перекатилась на спину, уставившись на темнеющее, заполняющееся звёздами небо.

- Гейрт, Вам известна легенда об Аэндаль? – поинтересовалась она, заприметив самую яркую и крупную звезду. Маг не отозвался, и девушка приняла сей ответ за отрицательный.

- Когда-то давно на свете жил юный принц, не умеющий любить. Он был справедлив, благороден, предан долгу, хорош собой, но не мог осчастливить ни одну девушку на земле. Со всех концов съезжались к нему и принцессы и знатные барыни, но проведя с ним только день, начинали плакать и требовать возвращения домой. Его отец, король, совсем отчаялся женить сына, да и сам принц понимал, что обречен на одиночество. Решив, что не займёт место отца, пока не найдёт себе королеву, принц отправился в странствие, пересёк море, взобрался на самую высокую гору севера – Асгеру, где обратился к богам с просьбой подарить ему ту, кого он сможет полюбить и увезти с собой. И боги, внемля его просьбе, откликнулись. Из горной реки, бурным потоком стекающей вниз, возле которой остановился принц, вышла девушка, непохожая на прежних красавиц, которых он когда-либо видел. Она была так спокойна, и в то же время взгляд её, подобно той бурной реке, был властным, сильным, сокрушающим. Имя ей было Аэндаль. Она говорила с юношей, танцевала под луной, очень любила петь, когда смеркалось, и часто смеялась, вызывая своей улыбкой позитивные образы в голове. Так жили они вместе. Минуло много дней. В принце проснулись чувства и он, наконец, познал всю сущность любви. Но боги сказали ему, что покинуть гору вместе с Аэндаль он не сможет, так как девушка привязана к этому месту. Ради неё ему навсегда пришлось бы забыть об остальном мире и о королевском троне. Принц опечалился и стал уговаривать девушку поехать с ним во дворец, где она сможет стать королевой. Он говорил ей о высоких башнях, о нарядах, балах, о множестве яств. Аэндаль лишь посмеялась над ним, ответив, что у неё есть всё необходимое. Тогда принц разозлился, и когда девушка уснула, связал её и насильно увёз. Она долго сопротивлялась и плакала, и чем дальше они уходили от Асгеры, тем бледнее и молчаливее становилась. Привезя девушку во дворец, принц велел позвать короля. Уж больно хотел он похвастаться своей прекрасной невестой. Он стянул её с коня, и развязал верёвки, расплывшись в улыбке от радости, его переполняющей. Но радость быстро улетучилась, когда он взглянул на то, во что превратилась эта девушка. Кожа её стала, как мел, щеки ввалились, глаза; волосы стали седыми и безжизненными. Дрожащим голосом она обратилась к принцу: «Ты убил единственное своё спасение, ты убил любовь в самом себе», - а после превратилась в лужу, уже ничуть не напоминающей ту бурную реку, из которой вышла. Вышел король встречать сына, а тот упал на колени пред мокрым пятном и горько заплакал. Лужица испарилась, превратившись в искры, и улетела на небо, засверкав там самой лучезарной звездой. И так же красива была Аэндаль, как эта звезда, а принц более никогда не нашёл себе утешения, - Биетит выдержала паузу, задумчиво вглядываясь в небосвод.

- Уж не себя ли ты сравнила с этой девушкой? – поинтересовался Гейрт.

- Нет, не себя. Я вовсе не Аэндаль, не послана богами и не наделена той необычайной красотой. Я никто в этом огромном мире.

- Вскоре ты станешь моей женой. Со временем тебя признают и другие.

- Другие? О ком Вы?

- О жёнах.

- Они у Вас есть? – удивилась девушка.

- А ты думала, что единственная и особенная? Всего лишь одна из…ты приглянулась мне, так постарайся радовать.

Биетит почувствовала, как закружилась голова.

- Как же это так, любить сразу многих женщин?

- Великие не довольствуются чем-то одним. Я никого не люблю.

- Тогда зачем губить женщин своей нелюбовью?

- Женщина – собственность. Вся ваша задача – приносить радость мужчинам.

Биетит смолкла. Ей стало жутко и тоскливо. В груди что-то сжалось, мешая дышать. Они продолжали ехать в тишине. Девушка всё всматривалась в небо, мечтая, словно Аэндаль превратиться в лужу и более никогда не будет существовать.

Глава 48

664 год шестой эпохи Альд

Они сделали привал лишь к обеду следующего дня. Решив, что уехали от Колыбели на достаточное расстояние, остановились около небольшого пруда среди чащи, напоили лошадей, затем уселись на траву.