Королевская Десница. Страж (СИ) - Татар Анастасия - Страница 54

Когда-то давно во мне еще теплилась мечта путешествовать. Одним из обязательных мест для посещения в совсем не большом списочке числился какой-нибудь горнолыжный курорт в Альпах или Швейцарии. Причем больше всего манили крутые отели с панорамными окнами, умопомрачительными номерами, самыми мягкими в мире кроватями и ароматными кухнями. А как же искупаться в бассейне с лазурной водой на открытом воздухе! Мм! И ведь даже не надеялась когда-нибудь хотя бы увидеть все это извне, что уж говорить о том, чтобы провести там отпуск или пару праздников...

Меня переполнял азарт. Едва мы слезли с подъемника, счастливо бросившись в рассыпную, все мое внимание обратилось на ярмарку. Та пестрила обилием яркой одежды (явно ученики академии), теплых запахов еды, приятного варева, сувениров и даже одежды.

 - Первый поше-е-ел! - с таким криком Дамир бросил в меня внушительный комок снега. Я зачерпнула и себе, а затем прицельно бросила, ожидаемо промазав. Только сошедший с подъемника куратор поджал губы и крайне многозначительно на меня посмотрел.

 - Ой... - пробормотала я, бросаясь в толпу, даже забывая о ребятах. Ничего! Найдутся.

У одной из лавочек я пробралась через небольшое скопление народа с горячими напитками и уставилась на меню, матерясь на цены, но уже выбирая. Так-с... мне весело, но должно быть еще веселее. Да и местный глинтвейн попробовать хочется, так что...

Ощущение тепла, волнения и какого-то незримого притяжения, будто я один из полюсов магнита, вдруг стало ощущаться особенно сильно. Как будто опустили в чан с теплой воды и насыпали туда успокоительных масел. Сумасшедше странные ощущения... словно я сейчас не посреди толпы, а в кровати, сплю в объятиях Ранзеса. Возможно, именно поэтому я решила, что он догнал меня и встал невидимой стеной позади.

 - А ты мне купишь гл... - я развернулась, чтобы взглянуть в близкие серые глаза, и тут же вросла в землю.

Не просто вросла. На меня обрушилось небо, будто вдруг грянул гром и полился тяжелый, ливневый дождь, сменяясь градом. Да, эти глаза серые, но совсем не его...

Все инстинкты вопили бежать, бежать и не оглядываться. Но вместо этого я даже с места не сдвинулась, только зачем-то уставилась в глубину зрачков Алисса, отмечая, что прочий мир медленно отплывает на второй план, куда-то далеко, будто он эфемерный, бессмысленный, размытый... будто не существует ничего важнее его в этот момент...

 - Глинтвейн девушке, - скомандовал он продавцу, как-то грубо, будто разговаривая со своим подчиненным. - Быстро.

Когда теплый напиток оказался у меня в руках, мое время будто снова сдвинулось с мертвой точки. Почему? Откуда это ощущение внутреннего трепета, счастья, радости и... от ужаса остались только отголоски... желания?

Нет! Это невозможно!

Нет?

Почему невозможно?

Да потому что...

Стало душно. Пить я даже и не думала.

 - Ты вчера быстро убежала. Я тебя напугал?

В его голосе я почему-то слышу волнение и заботу, которые как-то не вяжутся с мимикой и жестами, в которых сквозит напряжение и власть. События вчерашнего дня и ночной сон нависают надо мной тяжелыми тучами, будто бы давят на голову, и тогда я понимаю, что мысли от меня будто убегают, прячутся. Напугал ли?

 - Я была вся в крови... вся в её крови... - заплетается язык.

Магнетизм усиливается. Чувствую, что кружку у меня отбирают снова, и чужие руки притягивают ближе за талию. Какая-то непонятная боль в груди... будто что-то жжет изнутри. И в то же время мне так приятно и волнительно, что появляется дикая слабость в теле. Его лицо так близко, что я чувствую дыхание Алисса на своих губах.

 - Тебе незачем бояться меня... я тебя защищал... иначе она бы забрала твою жизнь...

 - Я не боюсь, - киваю, ощущая тепло изнутри и дикий холод извне. - Ты меня защищал...

 - Вот и хорошо...

Земля уходит из-под ног. Кажется, по губам бежит холодный ток, а пальцы сжимают подбородок почти до боли. Время затягивается, пока меня чудовищно бросает из жара в холод, из бешенства в блаженство, из страха в спокойствие. Что за черт? Почему кажется, что вместо сердца у меня эмоциональная карусель, несущая меня прямиком в лапы чудовищу: и вот я уже чувствую, как зарываюсь руками в белые волосы и медленно, не торопясь, отвечаю на поцелуй.

И будто больше нет ничего важнее этого.

Ничего важнее нас.

Ничего важнее вдруг всплывших воспоминаний, будто я уже целовалась в этом мире совсем недавно, с кем-то таким же сероглазым и...

Свадьба. Ранзес. Красные искры на губах, будто поцеловалась с проводкой. Непонятные судороги.

Я отстранилась резко, но не смогла вырваться из цепких рук чудовища сразу. Чуть-чуть отвернулась, будто стыдливо потупив взгляд, и начала судорожно глотать воздух. Меня колотило, точно жизнь решила забросить в чертову стиральную машинку.

 - Я позже тебя найду, - он напоследок коснулся моего лица, снова заставляя ощутить всю гамму диких чувств, и сунул теплую стеклянную кружку. - Пей глинтвейн. Если еще что потребуется, проси, они все дадут.

Я смотрела на его отдаляющуюся руку будто в замедленной съемке. С мольбой (не забирай) и ужасом (убери немедленно).  Раздался звон, глухой и тихий. Когда Алисс ушел, я так и осталась стоять, как старуха у разбитого корыта. Отвернувшись и на ощупь выбирая дорогу, куда угодно, лишь бы прочь, я сажала рот рукой, перекрывая всхлипы. Из глаз хлынули слезы.

Ощущение, будто меня только что хорошенько морально поимели. Я пыталась вспомнить страх, который испытала вчера, и у меня не получалось. Это сводило с ума. Он защищал меня... защищал... либо я, либо она... но это бесчеловечно... но ради меня... моя жизнь как будто сконцентрировалась в одном человеке. К нему тянет, но... черт подери, почему я не могу прийти в себя?

Дрожа и глотая слезы, я забрела в какое-то помещение с тусклым, слабым освещением, грохнулась на лавочку у двери и глубоко вздохнула. Было откровенно страшно и отчего-то в груди расстелилась пустошь. Из головы не получалось выбросить куратора. Мне хотелось, чтобы он обнял меня, как вчера, прижал к себе и согрел. Где он сейчас? Что делает? Видел ли, что произошло?

От одной мысли мучительно больно.

Я ведь не хотела подпускать Алисса. Так почему...

Разве? Или все-таки...

Казалось, я сломалась. Будто в голове поколупались отверткой, а потом разложили все части в совершенно неправильном порядке. Перед глазами стояла тошнотворная пелена, постоянно хотелось зевать и вертеть подвеску в руке. Она так жжется... может, чувствует? Это - мой личный оберег. Наверняка мне подарили её для подобных ситуаций.

Проходят две минуты, пять, десять... люди заходят, выходят, садятся рядом, не обращают никакого внимания на мое состояние. Не уверена, поступили бы на Земле иначе или нет, но то, что не лезли в душу, было даже лучше. Единственный человек, рядом с которым мне хотелось сейчас находиться и от кого поддержка была бы совсем не лишней, где-то на территории, возможно, даже не подозревает о случившемся. И это намного лучше, если бы все видел.

А потом приходит спокойствие. Сердце вроде бьется ровно, подвеска приятно греет кожу, глаза видят все в привычных, четких красках. Все ясно. Просто нужно было время, чтобы осознать, что Алиссу, возможно, тоже пришлось примерять на себя маску чудовища, чтобы защитить дорогое. Он любит меня. Смелый, красивый, невероятно сильный... прекрасно. Мне очень повезло, что мы встретились. Не понимаю, почему только испугалась так?

 - Ну что, актриса погорелого театра, погадать тебе? Да, Надя, это я обращаюсь к тебе... - позвал голос откуда-то спереди.

Помещение опустило. Я огляделась: типичное пристанище «и будет у тебя, значится, муж летчик (дай сотку) и будет у вас трое детей», темное, мрачное, со всякими травами и чудным запахом благовоний. О! Кости... жутко. На Земле я бы уже плевалась и бежала, но вот в этом мире и ворожея вполне может оказаться реальностью, а не мифом-развлекалкой сельских баб и разноцветных цыганок.