Кинтарский Марафон - Чалкер Джек Лоуренс - Страница 196

— Меня тоже воспитали с верой в эту чушь, как ты выразился, — напомнил он коротышке. — А тебя воспитали с верой в другую, не менее основательную. Скажи, просто ради любопытства — во что ты веришь теперь?

— В себя. Вот во что я верю. В то, что могу увидеть, осязать, услышать, потрогать и использовать. Полагаю, для микробов этого даже многовато.

— Для микробов?

— Ну, или вирусов, или еще каких-нибудь никому не нужных козявок. Больше нет смысла притворяться перед самими собой. Мы — побочный продукт серии случайностей в процессе выхлопа чьего-то корабля. Эта черная дрянь просто немного дряннее нас, а так называемые Высшие Расы — сборище умных болезней, тараканов и прочих напастей. Они наполовину здесь, у нас, а наполовину в той, настоящей жизни, причем здесь они играют в богов, а там они никто и звать их никак. Больше не имеет значения, верю я или нет. Больше ничто не имеет никакого значения.

— Где остальные?

— Большой Джо и Терранская Блудница в очередной раз забавляются в кубрике, пока Тобруш управляет кораблем из своей камеры. Говорящий набор «Юная шлюха» дрыхнет где-то на корме.

— Твое мнение о женщинах определенно изменилось, — кисло заметил капитан. — Триста спасла тебя, помешала сделать кое-что весьма неприятное. На твоем месте я бы был признателен ей.

— Признателен! — фыркнул Маккрей. — Ну да, конечно, она спасла меня от меня самого, вот только не из благих чувств. Она поступила так, потому что сама меня хотела. В глубине души они все хотят одного и того же. Погубить мужика так, чтоб он голову потерял, и за это позволить ему дать ей то, чего ей самой до смерти хочется. Будь я проклят, да ты посмотри на Модру! Ее изнасиловали, а она теперь: «Ударь меня! Отхлестай! Трахни меня!» — сплошная порнография какая-то. Причем низкопробная. Ну и пусть ее. Но! Меня на этом корабле не получит никто, вот в этом я тебе поклянусь. Не теряй ветер, бери что хочешь когда хочешь, — вот и все законы этого черного космоса, что мы открыли. Мы подняли камень с земли и обнаружили, что живем под ним. Черт, во всем этом есть лишь единственная хорошая новость. Я всю свою жизнь верил сам и учил других, что грех — нечто внешнее, что грехи исходят от Адама и Евы, от сил дьявола и его братии. И знаешь что? Дьявольская братия действительно творит грехи! И грехи эти — на самом деле чертовы компьютерные программы!

— То есть тебе легче от того, что они приходят извне? Ты думаешь, это освобождает тебя от ответственности за твои действия, за твои мысли? Нет, Маккрей, ты не прав. Каково бы ни было наше место в космосе, это то же самое место, где мы выросли, те же культуры и те же люди. И оно весьма реально. Основа основ всех религий в том, что боги — или Бог, в единственном числе, если тебе так больше нравится — самый главный. Мы всегда были подвержены капризам и воле высших сил и молились им, подобно рабам древности, молящим своих хозяев о куске хлеба. Что из того, что мы кое-что выяснили о том, как все устроено на самом деле? Во всех религиях есть догмат о том, что даже сверхъестественное действует согласно своему кодексу, своему набору правил, и что боги используют посредников. Факт существования программы или прибора, вызывающих в нас стремление к пороку, ничего не означает, и ни от чего нас не освобождает. И приборы эти, за исключением того варианта, когда ими невидимо управляют сами Кинтара или их господин, — общего действия. — Он прикоснулся к своей голове. — Они используют то, что находится внутри тебя. Находят все худшее и усиливают его, дают ему свободу. Ты ведь и сам это понимаешь, умом. Ты просто хочешь позволить ему победить.

— Много болтаешь. Сам-то ты не чувствуешь. Тебе не пришлось ощущать, как эта дрянь проникает в тебя и выворачивает твои мозги наизнанку. И ей тоже, кстати.

Джимми показал на Кришу, не обращавшую на них никакого внимания, как будто их вообще не было рядом.

— Не понял? Что ты хочешь сказать?

— Ее запрограммировали по-особенному. Я могу прочесть это в ее подсознании, хотя сама она этого не ощущает. Ее превращают как раз в то, что обещал с ней сделать князь демонов. Процесс еще не завершен, но как только она сойдет с корабля на землю, программа моментально донастроится и закрепится уже так, что никакая сила в мире не сможет выковырять ее оттуда, не уничтожив заодно ее разум.

Он привстал со стула.

— Откуда ты знаешь?

— Я же сказал — я могу прочесть. Она как открытая книга для любого, гляди хоть до дна. Там набор инструкций. Не словами, просто четкая картинка. Начинается сильным желанием жить и ни за что не кончать с собой. Затем — настежь открытая передача, в полную силу, всем и каждому; восприятие при этом перемешано так, что она не понимает ни слова. Далее — она не примет ни помощи, ни благодеяний ни от кого, не будет пользоваться ничьим чужим. И всякий, кто попробует ей помочь, сам получит какое-то проклятие. Не спрашивай, как именно. Те, кто захочет ей помочь, сами узнают в свое время. Следующим по списку идет полная потеря контроля над выделительными системами. Хорошо, хоть это пока не сработало! Печально было бы наблюдать, как она сидит в луже собственных экскрементов, ест всякую дрянь, полностью отрезанная от общества и совершенно одинокая. Ну что, хватит?

— В общем, понятно. А ты уверен, что это не ее кошмары?

— Так кто же знает, откуда старина бес взял эту идею? Все, что я знаю — что это план. Это не просто что-нибудь вроде ее былых фобий и ужасов, и скелетов в шкафу. Давай, объясни-ка, в чем здесь общее действие.

Глаза Ган Ро Чина расширились.

— Тот демон! Он запрограммировал ее!

— Он? Когда бы? В ее снах? Если он был способен на это, почему он не сделал и с нами чего-нибудь в этом роде? Я полагаю, что мы все же были защищены пентаграммой, что бы ни утверждала эта злобная бестия. Он ведь так и не перешагнул линии.

— Это был не тот. Неужели ты не понимаешь? Тот только внедрил это видение в ее сознание, создал его из ее же страхов. А активировал его другой демон, тот, которому вы подставились в станции Города. Он увидел в ней это видение и обратил его в программу, пока вы были в его власти! Именно!

— М-да? А почему только ее, а не меня? Я ведь тоже тогда попался.

— А кто сказал, что нет, Маккрей? Кто докажет, что нож, который ты почти использовал, не был первым приказом в списке? Да, для тебя все будет иначе, у тебя будут другие кошмары, но откуда нам знать, не сидит ли и внутри тебя та же дрянь, ожидая лишь, пока ваш контакт с Тобруш снова не прервется?

Джимми взяло за живое.

— Ты… ты правда так думаешь?

— Не знаю. У меня же нет возможности проверить. Думаю, ты сам все узнаешь, когда придет время. Честно говоря, меня больше интересует то, что ты сказал — что Криша передающий телепат. О таком я никогда не слышал; хотя, вероятно, Церкви нужны и такие. Например, в качестве ближайших слуг Святых Ангелов — ведь такие никогда не предадут. И самое главное: это вариация ее былого Таланта.

— Да. И что?

— Тобруш говорила, что, возможно, она выжгла все ее способности, или же ее проблема психосоматического свойства. А теперь у нее вдруг проявляется вариация ее бывшего Таланта. Скажи, Маккрей — ты ведь сам сильный телепат, — как ты думаешь, ты смог бы обратиться в передающего телепата? Ничего не воспринимать, а только передавать на полную мощь?

— Наверное. Правда, я сомневаюсь, что смог бы сделать это сознательно. Во-первых, все мое обучение, все мои наработки и разум сосредоточены на обратном, а во-вторых, мне что-то не хочется.

— Не в том дело, хочется тебе или психология мешает. Ты мог бы это сделать, если бы от этого зависела твоя жизнь?

— Ну, теоретически, конечно, да.

— Значит, ее потеря Таланта все-таки была психосоматической. Возможно, она была вызвана первым этапом программы. Даже гипноту удалось бы заставить ее на время поверить, будто она потеряла талант. А гипноту, обладающему такой силой, как у Кинтара или Тобруш, удалось бы это гораздо лучше, может быть, даже навсегда. В этом ведь и заключается обработка Церкви при рукоположении — Высшая Раса использует свой сверхмощный гипнотический Талант, чтобы внедрить будущему Святому постоянные ограничения. Когда-то, по дороге в Город, одному из Кинтара, даже заточенному, удалось пробить гипнотическое внушение ее Ангела. Она сама рассказывала…