Дождь в полынной пустоши (СИ) - Федорцов Игорь Владимирович - Страница 46

− Нашли на Свином Ухе, неподалеку от Веселой Совы, − пояснял виффер мрачному, что туча Латгарду.

− А сюда зачем притащили? - возмущен канцлер. Рассматривать покойников приятного мало. Сердце, нервы, разлив желчи - весь букет оправданий.

− А куда? − виффер не ожидал незаслуженной выволочки.

ˮНа кухню,ˮ − не меньше канцлера раздражен Колин. Из-за мертвеца отрывают от дел. Стоил ли новик того? Стоил ли чьих-то украденных минут сладостного сна? Или его личного времени.

Что такое Дрэго аф Гарай? Три-четыре фразы до и три-четыре после общей трапезы. С гонором, но терпимо. Упрям, но не безнадежно. Немного позер. Занудства в меру. Собственно все. Даже не тянет на пословицу про только хорошее. Не наскрести хорошего.

− Бейлифа уведомили?

− Саин Атли еще не знает, но коронер* Мэтлз обнадежил, отрядить лучших людей и найти убийц. Работа Канальщиков или Псарей. И уж точно не поединок...

ˮХорош поединок.... Истыкали как котлету вилкой, − рассматривал Колин вымазанное в грязь и кровь тело новика. К дворцу Дрэго доставили на повозке зеленщика, а внесли на куске крепкой рогожи.

Латгарду не до сантиментов.

− Тащите на конюшню, − таково последнее прощай покойному.

ˮИтог искателя милостей трона. Собирать мух, кормить червей и приманивать крыс,ˮ − хмыкнул унгриец. - ˮА обещали дорогу из роз.ˮ

− У вас крепкий желудок, молодой человек, − бросил канцлер, удаляясь.

Колин не придал словам значения.

Раны на теле Драго аф Гарая шести типов. Сквозная мечом, скорее, всего, приткнули к стене. Две от широкого обоюдоострого клинка, две от однолезвийного, неглубокий неуместный порез, пара трехгранных проколов и скромная стилетная ранка в область сердца.

− Поверните, − попросил Колин.

Скары тряхнули рогожу и приподняли один край. Покойник перекатился на живот.

Меч прошел горизонтально и насквозь в правую сторону грудины. Противник у провинциала отличался силой и поставленным, выверенным ударом. Мастер, одним словом. Зачем же остальные? Баловство? Станет ли маститый убийца этим заниматься?

ˮЛучше бы ты жил, − разглядывал и размышлял унгриец над погибшим. − К живому меньше вопросов, чем к мертвому. Впрочем, какая разница, зачем он получил оставшиеся, если фактически окочурился от первого.ˮ

− И каково мнение? - отвлекли Колина от осмотра.

ˮА вот и домогатель гранд,ˮ − признал унгрийец Гусмара-младшего.

− Мое мнение ему слабо поможет.

− Зачем же тогда смотрел? - приблизился на полшага белобрысый. Он не боялся. Он брезговал, как брезгую испачкать новую обувь о дерьмо.

− Любопытно.

− Чужая смерть?

− Чужая ловкость.

− Поверх клинка, − поделился Гусмар собственным наблюдением. Выгнул руку и продемонстрировал укол. − Очень эффектно. Чувствуется школа. Но это не мэтр Жюдо.

С короткого расстояния альбинос неприятен. Гранде не позавидуешь. Круглолиц. Красноватые веки и глаза. Белесая поросль на голове. Усики будто макнутые в сметану. Бородка ей-ей выкрашена молоком. Невзрачен, что одуванчик у забора, но старается произвести впечатление. На кого?

Колин не обернулся поглядеть. Глаз уловил размытое отражение в надраенной бляхе виффера. Марика аф Натан? Лиадин аф Рий? Людвика....? Кто из них? Если конечно именно они цель гривуальных помыслов белобрысого. А как же гранда? Или же она ему нужна, как и он ей? Взаимное неприятие под давлением необходимости союза?

− Эта от меча, а остальное? - не отстает Гусмар.

− Широкая скорее всего от даги.

− Я бы назвал гольбейн, − предложил альтернативу альбинос.

− Сойдет и он, − не стал спорить Колин. - Эти две от дирка.

− Возможно.

− Проколы от шабера. Били на скорость и точность. Расположены рядом.

− Кто-то проверял сноровку.

− Разрез пустяшный. Скорее всего что-то не осторожно срезали с одежды.

− Уверен?

− Абсолютно бессмысленная рана. Но не исключу что у убийцы возобладали эмоции.

− Или убийца женщина.

− Про стилет и говорить нечего. Выше всяких похвал.

− Ты так оцениваешь удар?

− Именно. А общее впечатление, демонстрация приобретенных навыков.

Колин, действительно, так воспринимал увиденное. Иначе не объяснить бессмысленного тыканья. А уж спонтанное рождение эпатажной мысли вывернуть ситуацию с убийством Гарая в свою пользу, не объяснить вовсе. Утро не так безнадежно, как полагал унгриец.

Смотрины закончились и скары спеленали покойника. Приподняв, не волочить по полу и земле, унесли. Зал Арок, погудев какое-то время растревоженным ульем, опустел.

Унгриец вышел на воздух. Достаточно светло и морозно. Приятно глазу. Первый снежок бел и тонок. По снегу, уходила и возвращалась, тропинка от детских ног.

ˮВ такую рань?ˮ - подумал Колин, сшагивая с первой ступеньки лестницы. Его ждал город и прорва разных дел.

− Саин Поллак, вас просят, − прокашлял за спиной слуга.

Приятного в миру не осталось.

− Кто? - вырвался у Колина не то полу-стон, не то полу-хрип.

− Гранда Сатеник приглашает трапезовать в компании благородных эсм и саинов.

ˮЭто начинает входить в дежурную и обременительную обязанность,ˮ − Колину вспомнился скучающий Эсташ. Теперь он лучше понимал не проходящий сплин виласа.

Когда нет выбора, незачем его придумывать. Идти придется.

− Скажи-ка, а что у вас там, − Колин показал по направлению следов.

− Парк, саин.

− Понятно не рынок. Еще что?

− Посадки груш. Конюх расстарался.

− Лошадей кормить?

− Жеребят.

ˮЯнамари?ˮ - гадал Колин, глядя на маленькие отпечатки. - ˮПобаловать любимого мула?ˮ

Не походила девочка на заядлую лошадницу. Тем более горбушка с солью предпочтительней фрукта.

ˮГруши? В такую пору?ˮ − усомнился Колин.

Вскоре унгриец опять присутствовал в комнате с розовым бархатом на стенах. Никаких изменений. Разве что прибавилась фрей Арлем. У монашки розовели щеки и нос. Она успела прогуляться по морозцу.

ˮРасширенный состав трибунала,ˮ − мысленно поприветствовал Колин изысканное собрание любителей чая. - А белобрысого-то опять не пригласили. Или он игнорирует приглашения. Или не вхож? Не допущен?ˮ

− Надеюсь, трагические обстоятельства не повлияли на ваш аппетит? - спросил Гаус, полируя ногти специальной подушечкой.

− Я бы сказал наоборот, − проворчал Колин. Почему-то сегодня казаться милым особенно тяжко.

− Не знакомый город. Надо быть осмотрительным, − предостерег Лоу, сам не ведая кого и зачем.

− Для некоторых запоздалое предупреждение, − не желала Аннет слушать пространности. − Вы уже отыскали вашу воровку?

− Об этом рано говорить, но кое-какие соображения у меня имеются.

− И чем они помогут, эти ваши соображения?

− Кое-какие...

− Новоявленный Жюз Сеньи да и только! - посмеялся Лоу.

Колин запомнил и это имя. Коллекция помалу собиралась.

− Некудышние воровки грязны, потасканы и пахнут отбросами, − свободно рассуждал унгриец. − Обычные прилагают усилия не выделяться из основной массы народа. Запросто примешь за швею, прачку или шлюху. Необычные умышленно подчеркнуть какую-либо деталь. В одежде - рваный воротник, заплаты по подолу, расползшийся рукав, цвет юбок. В речи часто присутствует картавость, гнусавость, заикание. В движениях - хромота, вихляние, суетливость. Все это направлено привлечь внимание, сосредоточить жертву на изъяне. Избавившись от характерных недостатков, они, прежде всего, избавляются от примет, по которым их ищут. Есть еще и очень необычные. Благоухают нероли, − кстати, припомнилось Колину название дорогих духов из парфюмерной лавки. Навязывали - не отбиться! Купил бы - разорился до шосс!

− Она не бедна! - покачал головой Лоу, находя приведенный аргумент достаточно весомым.

− Вот именно. Сколько торговцев продают нероли? На Блохах один. А в городе с десяток.

− Очень возможно вы чего-то и добьетесь, − согласился заинтригованный Гаус. Он отоспался, отъелся и не выглядел замученным кроликом. Запах цветков горького померанца ему нравился. И нравились изгибы и складочки на теле любовницы, куда их щедро наносили.