Двухголовая химера (СИ) - Харт Хелег - Страница 43

- В отличие от тебя, - добавил мой невидимый собеседник. - Тебя тут боятся. Слышал, ты устроил им хорошую трёпку. Так что тебя наверняка скоро прикончат. Вон, послушай, уже кто-то идёт.

В коридоре раздались шаги. Быстрые, уверенные, чёткие. Хозяйские.

Я вздохнул и прикрыл глаз. Истощение давало о себе знать - захотелось спать.

Посетитель остановился перед моей решеткой и замер. Никто меня не окликал, не открывал замок и вообще ничего не происходило. Заинтригованный, я снова открыл глаз.

В коридоре стоял невысокий человек в балахоне из хорошего материала, с непропорционально большой головой, высоким лбом и маленьким носом. Я с некоторым трудом, но узнал его - это был Вернон Фельедер, бывший ученик Литессы Фиораны, нынешний архимаг Ордена. До этого мне удалось увидеть его лишь один раз, но эта физиономия хорошо мне запомнилась.

Немало удивившись посещению такой важной персоны, я приготовился к чему-то необычному.

Всё оказалось ещё необычнее.

Увидев, что я в сознании, Архимаг задал только один вопрос:

- Где Дисс? - тихий, чуть осипший голос.

- Погиб, - ответил я.

Архимаг никак не отреагировал. Он постоял несколько секунд, словно пытаясь понять, вру ли я, а потом развернулся и ушёл. Вряд ли он смог прочесть по месиву, в которое его прихвостни превратили моё лицо, хоть какие-то эмоции.

Я хмыкнул архимагу вслед. Не знаю, зачем - наверное, чтобы хоть как-то его уязвить. Но он, по всей видимости, не услышал - эхо его шагов вскоре стихло. Мне оставалось только повернуться поудобнее и надеяться, что усталость окажется сильнее боли и холода.

Тело просило отдыха, мысли стали обрываться - резерв сил, пущенный в ход после пробуждения, исчерпался. Я несколько минут подбирал позу, в которой травмы бы не чувствовались так сильно, и наконец нашёл её: вжавшись в угол, склонив голову на грудь. Как только мои глаза закрылись, всё на свете сразу перестало быть важным.

*          *          *

Очнулся снова в промозглом полумраке, и снова без малейшего представления, сколько часов провёл в забытьи. Усталость, свалившая меня, никуда не делась, а только ослабила хватку - на время, чтобы дать мне возможность ещё раз полюбоваться на свою клетку.

Подржавевшие железные пруты словно насмехались надо мной: для меня, чародея и тренированного воина, они - смешная преграда, но не теперь. Магические кандалы и травмы превратили меня в самого обычного узника, жалкого в своей беспомощности. От этого сохранять присутствие духа становилось всё сложнее. Очень хотелось увидеть солнечный свет, хотя бы ненадолго. Главным желанием было уже не столько выбраться, сколько просто согреться и вправить плечо. Страх и отчаяние точно стервятники вились над моей головой, выжидали, когда я дам слабину, чтобы накинуться и добить. Но пока ещё я был им не по зубам - уверенность, что так глупо я не умру, не покидала меня ни на мгновение.

И чтобы уж вовсе не давать мрачным мыслям шанса, я решил отвлечь себя действием.

- Эй, - позвал я.

- Что? - раздался голос из темноты соседней камеры.

- Как думаешь, насколько мы глубоко под землёй?

- Тебя не это должно сейчас беспокоить.

- А что же?

- То, как ты собираешься осуществлять свой план.

- А у меня есть план? - усмехнулся я.

- Ну, как-то же ты собираешься выбираться из камеры, искать девчонку и вместе с ней сматываться отсюда.

Мне сразу стало не до смеха. Первой мыслью было: «Это меритарит, и он меня провоцирует». Но потом здравый смысл подсказал - нет, будь он подосланным меритаритом, он не стал бы так нагло выдавать себя. Однако если это не провокация Ордена, то встаёт вопрос - откуда мой товарищ по несчастью знает о Лине?

- Ты кто такой? - спросил я, разом растеряв всю вежливость.

- Я же говорил. Я - Бессмертный, - ответил парень из темноты.

- И что это значит?

- Значит, что я не могу умереть.

«Понятно, прямыми вопросами от него правды не добиться, - подумал я. - Нужно действовать иначе».

- Если ты не чародей, какого лешего ты делаешь в камере смертников?

- Это я тоже говорил. Не твоё дело, - парень усмехнулся. - Не переживай, я тебе скорее друг, чем враг.

- Где только не встретишь друзей, однако.

- Что тут скажешь - жизнь умеет удивлять!

По сравнению с прошлым разговором этот тип намного больше хамил, и потому нравился мне всё меньше. Я что, проспал что-то важное?

- Так, - твёрдо сказал я. - Выкладывай, откуда меня знаешь. Хватить юлить.

- Не сейчас.

- Сейчас!

- К тебе сейчас придут, так что не сейчас.

- Чего?! - не понял я, но уже через пару мгновений увидел перед своей камерой нового человека.

Он словно соткался из воздуха - мгновенно, без каких-либо признаков эфирного перехода.

- Вы, Меритари, совсем охренели уже! - с перепугу ляпнул я. - Стучаться надо!

Человек словно меня не услышал. Вопреки моему предположению он не носил красного - вся его одежда была серая и не отличалась изысканностью, хоть и выглядела опрятно. Причислить незнакомца к Ордену было нельзя хотя бы потому, что в нём не было присущего меритаритам лоска и заносчивости. На первый взгляд этот человек вообще не производил никакого впечатления. Он был обычен с ног до головы, не выделялся ни ростом, ни одеждой, ни позой. Но потом я разглядел его глаза - беззрачковые буркалы - и от одного их вида меня взяла оторопь.

В первые же мгновения я понял - случай подкинул мне очень интересную встречу.

Белоглазый разглядывал меня, я - его. Внутри зашевелилось что-то нехорошее. Чутьё подсказывало, что передо мной человек, который сам себя создал. Он знал, кем хочет стать, и стал им в точности - ведь недаром вся эта серая одежда, заурядная внешность и потусторонний взгляд. Эта способность к тотальному самоконтролю пугала, хоть и была всего лишь моим домыслом. Но на этом заканчивались даже домыслы - больше я не смог прочесть по своему визави ничего. Судя по пристальному взгляду, незнакомец что-то обо мне знал - и я терпеливо ждал от него действий, любых, чтобы эта странная встреча стала хоть чуть-чуть понятнее.

Однако прежде, чем он заговорил, прошла целая вечность молчания.

- Так вот ты какой, ученик Мага, - бесцветно сказал он. - Переживать, видимо, не стоило.

- Уж какой есть, - отозвался я как можно равнодушнее. - А ты-то кто такой?

Белоглазый не ответил. Ему, похоже, было наплевать, отвечу я, не отвечу или прямо сейчас скопычусь. Такое хамство я терпеть не собирался, так что продолжил беседу словно бы с самим собой:

- Никто не называл моего учителя Магом. Нет, он, конечно, им и был, но ни одна чародейская душонка его почему-то так не называла. Всё больше «изгоем» или «ренегатом», или «колдуном». Хотя никто его ниоткуда не изгонял. Да и никогда он не был в стане Ордена, чтобы зваться ренегатом... Но это ведь не главное, правда? Главное - дать врагу обидную кличку. А Орден ведёт такую политику, что все, кто к нему не присоединяется - враг. И раз уж прогнуть Мага под себя они не смогли, так хоть полили грязью - лаяли на него с безопасного расстояния обидными кличками... Вот только плевать он хотел, как его называют. И правильно. Пускай себе пёс брешет, раз на большее смелости не хватает.

- Я был с ним знаком, - уронил человек в сером, не сводя с меня застывшего взгляда. - Недолго. Действительно, прозвища его мало волновали.

- Что-то сомневаюсь, что вы были добрыми приятелями.

- Нет, не были. Он был камнем, а я - сапогом. И у меня хватило смелости убрать его с дороги.

Я вскипел буквально за секунду.

- Это ты сравнял Квисленд? - прорычал я, через боль дёрнувшись вперёд.

- Пришлось, - пожал плечами белоглазый.

Борясь с желанием вскочить и хотя бы плюнуть в его равнодушное лицо, я выдавил сквозь зубы:

- Зачем?

- Даже если бы я захотел ответить, - человек в сером, кажется, впервые за разговор моргнул, - тебе этого не понять. Я существую в иной реальности, мои действия и побуждения лежат в иных плоскостях. Силы, с которыми я имею дело, не укладываются в человеческое понимание мира. Твой учитель не захотел встать на мою сторону, а занял противоположную. Я смёл его. Это всё, что тебе нужно знать.