Душа сирены, часть 1 (СИ) - Севастьянов Николай Александрович - Страница 18

Парень вздохнул, подошел к Даше и положил руки ей на плечи.

– Тебе придется привыкнуть. Отступать поздно, зрители ждут, ведь они пришли сюда за твоим голосом, а не телом.

– Но… – она сняла рубашку, обнажая покрывающие кожу шрамы. – Смотри, это ужасно.

– Не вижу ничего ужасного. Скажешь, что это часть нового, малоизвестного стиля.

– …

«Похоже, нужен аргумент посильнее…»

Ник повернул девушку к зеркалу и прошептал ей в ухо.

– Лично я вижу здесь только красоту. А в платье вид будет еще лучше.

Даша вздрогнула, недоверчиво глядя на свое отражение.

– Правда?

– Правда – правда.

Повисло молчание. Девушка стояла напротив зеркала, сжимая и разжимая кулаки. Наконец, повернулась к Нику.

– Ладно… ты прав, что-то я совсем расклеилась.

– И забыла про время. Попробуй вот это, – он протянул ей длинное темно-синее платье без рукавов.

– Спасибо…

Десять минут спустя, коридор.

Часы показывали 18:45. Даша спешила к сцене, не обращая внимания на взгляды встречных техников. Рядом шел Ник, он должен был «охранять» её за кулисами, и сейчас был одет в строгий черный костюм с белой рубашкой и галстуком.

– А вот и он, – парень указал на бегущего к ним Томилина.

– Дарья, что же вы, еще чуть-чуть и опоздали бы… – продюсер осекся, осматривая девушку.

– Всё в порядке, не опоздала же, – она лучезарно улыбнулась.

– А… это, с вами всё в порядке? У вас…

– Всё в порядке, говорю же, – девушка смотрела прямо в глаза Томилина, продолжая сиять улыбкой. Он стушевался и отвел взгляд.

– Эм, да, хорошо, если так. Сейчас ведущий скажет речь, и вы выйдете на сцену. Как и договаривались, тридцать минут выступление, десять минут перерыв, затем еще тридцать минут. Вы готовы?

– Готова, – Даша решительно кивнула.

Подошли к сцене. Ведущий как раз заканчивал рекламировать «новую звезду эстрады», слышались слабые аплодисменты.

– Ну, с Богом, – оставив мужчин позади, она шагнула на свет прожекторов.

…

Зрительный зал оказался под завязку забит людьми. Первые два ряда занимали представительные мужчины в костюмах и дамы в дорогих платьях с сумочками, сверкающими всеми цветами радуги. Только одно место пустовало, ожидая хозяина.

«Для Майка», – Даша пробежала глазами по остальным местам, обратив внимание на кресла в центре первого ряда, где сидели Роуз и незнакомая высокая женщина, крутящая в руках длинную деревянную трубку. Поймав взгляд девушки, Роуз улыбнулась и махнула рукой, ее соседка покачала трубкой, указывая на стоящий на сцене микрофон.

«Да знаю я…»

Подойдя к микрофону, она сняла его с стойки и открыла рот.

– Приветствую всех, собравшихся в этом зале! Для меня большая честь и огромная радость – петь для вас сегодня. Думаю, многие помнят мое выступление на сцене филармонии почти две недели назад, и могу вас заверить – с тех пор мой голос достиг новых высот, поэтому – наслаждайтесь зрелищем и постарайтесь не сойти с ума от счастья!

Девушка поклонилась, ловя раздающиеся в зале смешки. Заиграла дорожка первой песни, и концерт начался.

…

– Самое смешное, что она это серьезно. Про «не сойти с ума», – Роуз шептала своей соседке, дожидаясь начала песни.

– Не поверю, пока не услышу сама – та ответила, не выпуская из рук трубку. – Тем более, ваши способности пересекаются, на твои ощущения полагаться нельзя.

– Ну-ну… Кстати, Вера… Дай угадаю, в трубке спрятана камера и мощный микрофон?

Женщина ухмыльнулась, положив трубку на колени, и ничего не ответила.

Девушка на сцене, наконец, начала петь и зал замер, прислушиваясь. Первая песня вызвала жидкие аплодисменты, началась вторая и женщина с трубкой повернулась к Роуз.

– Что-то я ничего не замечаю… Так и должно быть, мм?

– Просто подожди. На пробуждение этого дара уходит время, – Роуз безмятежно улыбалась.

– Ты забыла об этом рассказать… И сколько ждать? Полчаса, ч…

Заметив перемену настроения в зале, женщина осеклась, оглядываясь по сторонам. Лица людей постепенно становились всё более счастливыми, все разговоры затихли. Наконец, она сама вжалась в кресло от разливающегося по телу тепла. Больше всего это походило на струи горячей воды под душем, проникающие в каждую клеточку тела; смывая усталость, они успокаивали и погружали в легкую дрему.

Тепло становилось сильнее с каждой секундой, пока Роуз не сжала руку в кулак с поднятым вверх большим пальцем. Девушка на сцене еле заметно кивнула и продолжила петь.

Накатывающиеся волны стихли, и женщина ощутила себя сидящей в горячем источнике под открытым небом. Подводные течения ласкали тело, сверху накатывал холодный воздух пауз в песне, освежая разум.

Песня закончилась, воцарилась мертвая тишина. Прошла секунда, другая, и зал взорвался аплодисментами, люди вскочили с мест, громко крича «БРАВО!». Певица поклонилась, счастливо улыбаясь.

Зрители приходили в себя еще минут пять. Когда все успокоились и сели обратно в кресла, ведущий объявил следующую песню.

– Это было… удивительно, – женщина сжимала трубку в руках так, что побелели костяшки на пальцах.

– Это был немного перебор, – Роуз улыбнулась. – Если зал и дальше так будет реагировать, мы не доживем до конца выступления, так что…

Она, словно император в Колизее древнего Рима, повернула сжатую в кулак руку, показывая пальцем вниз и в сторону. Девушка на сцене вновь кивнула, приготовившись петь.

– Сбавим обороты, самое вкусное оставим напоследок.

…

– А сейчас мы объявляем небольшой перерыв, и через десять минут вернемся с продолжением, не скучайте! – Допев 6ю песню, Даша направилась в гримерку, тяжело дыша.

«Это сложнее, чем я думала… Контролировать столько потоков силы одновременно, чувствую себя выжатой как лимон», – она ворчала про себя, пытаясь понять, как продержится еще полчаса. Уже у самой двери гримерки ее догнала Роуз в сопровождении подруги.

– Знакомьтесь – Даша, новая звезда в нашем мрачном небе, – Вера, целитель.

Девушка вздрогнула, вспоминая, где могла слышать это имя.

– А… приятно познакомиться, – не выудив из памяти ничего полезного, она улыбнулась и пожала женщине руку.

– И мне приятно… Даша. Хорошо поёшь, я бы даже сказала, волшебно. И выглядишь тоже… замечательно.

Вера плотоядно улыбалась, ощупывая Дашу взглядом. Та дернулась, чувствуя себя кроликом, сидящим рядом с большим удавом и еле подавила желание вбежать в гримерку, захлопнув за собой дверь.

– Я вижу, все в сборе. – подошедший Ник слегка улыбнулся Вере. – Ты хотела о чем-то поговорить?

– Хмм, давай отложим до конца выступления нашей звезды. Сейчас мне больше интересно, как она реагирует на стимулятор. Может, зайдем внутрь и проведем, так сказать, сеанс лечения?

Обменявшись взглядами, четверка зашла в гримерку, усевшись на тесно сдвинутых стульях возле шкафа с реквизитом.

– Значит, это благодаря вам я могу сейчас петь? – Даша покосилась на появившийся из сумочки Веры шприц.

– Именно. Мы с Роуз… скажем так, неофициальные партнеры. Честно говоря, я очень удивилась, когда она позвонила мне и попросила еще один «усилитель», так что в обмен потребовала рассказать, кому он понадобился.

Окинув взглядом взмокшую от пота девушку, Вера протянула к ней руку, схватив за плечо. По телу Даши прокатилась волна холода, и она почувствовала, как испаряется влага с кожи.

– Это… удобно. А я так смогу?

– Если у тебя хорошая восприимчивость к воде, то сможешь. А сейчас… – Вера приставила шприц к шее девушки и нажала кнопку. Пробормотав «спасибо», та откинулась к стене, собираясь с силами. А целительница вдруг нахмурилась, склонилась к лицу девушки и долго рассматривала его, так пристально, что Даша покраснела, подавляя желание отвернуться.

– Вера? – Роуз осторожно тронула подругу за плечо.

– Нет, ничего… – Она поднялась, задумчиво глядя на девушку. – Странник, встретимся после концерта.

Когда Вера ушла, Даша недоуменно посмотрела на Роуз.