Душа сирены, часть 1 (СИ) - Севастьянов Николай Александрович - Страница 19

– Что это сейчас было?

– Не обращай внимания. Идём, осталось немного, и не забудь про последнюю песню.

– Угу…

В зале Роуз заняла место рядом с целительницей, вздохнула и помахала рукой перед её глазами.

– Ты ещё здесь? Можешь объяснить, что случилось?

– Потом, - она резко замотала головой, и тут же перевела разговор на другую тему: – Скажи-ка лучше, вы о стражах не забыли?

– Не забыли, – Роуз недовольно скривила губы, но продолжать расспросы не стала. – четвёртый ряд, седьмое место.

Вера обернулась, посмотрев на мальчика, сидевшего в 4м ряду. Он помахал ей рукой и женщина, вымученно улыбнувшись в ответ, отвернулась.

– Не волнуйся… Похоже, это часть плана Ника.

– Часть плана, говоришь…

Разговор прервался шумом аплодисментов. Певица вышла на сцену, поклонилась зрителям и взяла в руки микрофон. Заиграла седьмая за этот вечер мелодия.

…

Даша словно купалась в густом разноцветном тумане, заполнявшем концертный зал перед ее внутренним взором. Эмоции людей витали в воздухе, и к каждому из них тянулись темные нити дара, раскинувшиеся в стороны, словно огромная паутина. Нити дрожали, передавая ее силу зрителям, заставляя их чувствовать радость и желание слушать песню дальше.

Наступил перерыв, на сцену поднялся ведущий, и Даша тряхнула головой, предельно сосредоточиваясь. Пришло время последнего рывка.

– Дамы и господа, сейчас для вас прозвучит заключительная песня нашего вечера! Эта песня – особенная, даже на фоне всего, что вы слышали до этого. Просим вас поддержать нашу прекрасную исполнительницу аплодисментами!

Ведущий покинул сцену, из динамиков полилась мелодия. В такт ей Даша пела, кружась на сцене. Сейчас ей предстояло сделать то, что они не смогли проверить на репетиции – впитать энергию эмоций людей, погрузив их в легкий сон. Роуз смогла кое-как объяснить теорию, но на большее оказалась не способна, сославшись на «разницу в природе дара».

Длинная, на семь минут, композиция приближалась к середине. Девушка видела, как усиливается пульсация нитей дара и потянула их к себе, захватывая белые облака эмоций. Возникло ощущение, будто она в одиночку тянет грузовик, подцепив его тонким тросом.

«Тяжело…» – чуть не запнувшись, Даша продолжала попытки сладить с даром. Наконец, облака начали втягиваться внутрь нитей, закручиваясь в воронки, и она задохнулась от вливающейся в тело энергии.

Ослабив натяжение нитей, девушка исполняла последние минуты песни, с каждым словом оставляя в зале всё меньше пищи для дара. Наконец, она замолчала, стоя на сцене перед погрузившимся в тишину залом. Люди как будто просыпались от глубокого, невероятно красивого сна, и глупо улыбались. оглядываясь по сторонам.

Внезапно раздались аплодисменты. Хлопали руками две женщины, сидевшие в первом ряду, и, как с удивлением увидела Даша, сидевший позади подросток лет пятнадцать. Словно последовав за сигналом командира, зал взорвался овациями, люди кричали и прыгали на месте, как дети, восторженно глядя на девушку или рыдали, утирая лица платками.

«Здорово! Это всё я, мой дар, мой голос», – певица счастливо улыбалась. Затем, подождав пару минут, взяла в руки микрофон и уже собиралась сказать прощальную речь, но…

«Опять, о нет…», – успела подумать она, когда концертный зал филармонии исчез, сцена раздалась вширь, превратившись в огромную площадку под открытым небом. Ярко светило солнце, но пространство вокруг было погружено в тень, силуэты людей вокруг колыхались смазанными кляксами. Прямо перед Дашей стояла девушка в старомодной одежде и кричала что-то в толпу.

«Нет, не кричит… поёт», – поняла Даша.

Закончив петь, девушка повернулась, посмотрев прямо в глаза Даше. Лицо скрывалось в тенях, но было смутно узнаваемым. Из открытого рта раздался вопрос, еще один, и, поняв, что Даша ее не слышит, девушка шагнула вперед.

Всё утонуло в тумане, Даша будто взлетела вверх на скоростном лифте и очнулась, оглядываясь. Зрители всё еще хлопали, женщины на первом ряду улыбались, глядя на нее, и девушка поняла, что странное видение не заняло и секунды времени.

«В этот раз было… чётче, и дольше», – поклявшись себе спросить об этом друзей, Даша поднесла микрофон к губам.

– Спасибо вам всем, спасибо всем, кто пришел и всем, кто поддержал меня! Надеюсь встретиться с вами в следующий раз, будет еще больше эмоций, еще больше песен и еще больше… меня!

Смех девушки утонул в громе аплодисментов, и она, поклонившись, исчезла со сцены.

…

Уже в гримерке, устало развалившись на диване, девушка поняла, насколько вымоталась. Болела голова, в горле першило, а собранная из эмоций людей сила ощущалась тяжелым булыжником, упавшим сверху на хрупкое тело.

– Ай, тьфу… – Даша вытерла стекающую на губы жидкость и поднесла ладонь к глазам. Кровь.

– Перестаралась…

Она запрокинула голову, глядя в потолок гримерки. Скрипнула дверь, в комнату вошли двое.

– Даш, с тобой всё в порядке? – Ник склонился над ней, глядя в глаза.

– Близко…

– А?

– Слишком близко… Или поцелуй меня, или уйди.

Даша закрыла глаза, как бы говоря, что примет любой вариант.

– Хех… – Ник отодвинулся, рассматривая её, и ту же нахмурился.

– У тебя кровь на пальцах?

– Кровь из носа после тяжелой работы – это нормально…

– Не нормально. Вера почувствовала что-то перед твоей финальной речью, – подошедшая Роуз села на диван рядом с Дашей, взяв ее за руку. – Не хочешь нам рассказать, что случилось?

– Ну… у меня было что-то вроде видения, девушка пела на сцене под открытым небом. Я не слышала слов, а потом она повернулась ко мне и что-то пыталась сказать. Вот… И кого-то она мне напомнила, только не знаю, кого…

Двое переглянулись, Роуз хотела что-то сказать, но Ник покачал головой, поднеся палец к губам.

– Вы опять что-то от меня скрываете? – Даша недовольно села, прижав ладонь к носу. Кровь больше не текла.

Ответить они не успели, дверь гримерки открылась и в комнату по очереди вошли продюсер Томилин, целитель Вера и незнакомый мальчик, который, как вспомнила Даша, одним из первых пришел в себя после ее финальной песни.

Повисла тишина, сопровождаемая многозначительными переглядываниями, пока в конце концов пятеро одаренных не уставились на Томилина как заговорщики на случайно зашедшую на тайное собрание жертву.

– Эм, кхм… Дарья, я только хотел вас поздравить, потрясающее выступление, – продюсер явно почувствовал себя неуютно. – Завтра вы проснетесь знаменитой на всю страну, это я вам гарантирую.

– Спасибо, – девушка улыбнулась.

– Это вам спасибо… Так вот, о чем я? Ах да, следующий концерт…

– Следующий концерт, – прервала его Роуз, – не раньше, чем через неделю. Здесь же, в этом городе, в этом здании.

Даша и Томилин удивленно уставились на певицу.

– Эм, но, как же тур… по всей стране?

– Я уверена, вы сможете устроить подходящую рекламную компанию. Организуйте, ну не знаю, автобусные туры, желающих посмотреть на нашу новую звезду будет много.

– Это… будет сложно, – Томилин замялся, не решаясь возражать. – Хорошо, как скажете, я что-нибудь придумаю. Дарья, я вам позвоню, будьте на связи.

Он потерянно потоптался на месте, потом поклонился всем присутствующим и вышел.

…

– Э-э, Роуз? – Даша требовательно потрясла женщину за подол платья. – Что это сейчас было? Ты серьезно думаешь, что люди будут… паломничество устраивать, чтобы посмотреть на меня?

– Я за, – Вера постучала трубкой по руке, – будет проще присматривать за ней. Ведь так? – Она повернулась к мальчику, тот задумчиво кивнул.

– Кстати, меня Рикард зовут, можно просто Рик. Хорошо поёшь, мне понравилось. Очень.

Мальчик улыбнулся Даше, подойдя к ней. Пожав протянутую руку, девушка окинула его взглядом, не заметив ничего необычного.

– А ты тоже, ну… один из нас?

– Даш, он страж, из последнего поколения, – Ник произнес эти слова скучающим тоном, словно ничего особенного не происходит, но девушка отдернула руку, испуганно отпрянув к спинке дивана.