Два мира. Том 2 (СИ) - "Lutea" - Страница 206

Вдвоём они принимали всё новые удары. Дрожала земля, вибрировал воздух от свиста энергий.

Дикая природная чакра стала поддаваться Первому Хокаге — с усилием, словно толстую нить сквозь иголочное ушко он потянул её на себя, частью впитывая, частью рассеивая. Из его тела полезли ветви: живые, оперявшиеся листьями — побочка!..

Нагато запретил себе об этом думать. У него есть цель. Одна. Ошибиться он не имеет права.

— Наруто, — окликнул он с трудом остававшегося рядом парня. — Как только почувствуешь, что сможешь проникнуть внутрь кокона, действуй. Перенеси меня.

— Хорошо, — Наруто сосредоточенно сузил глаза, впился пальцами в его запястье. — Сейчас… Идём!

Он переместился к печати на Хашираме и тут же, отпустив Нагато, прикоснулся к Первому, пытаясь нивелировать воздействие сенчакры. Мадара что-то крикнул ему, вторил Саске, но парень не слушал. Нагато же рванул вперёд, благодаря Карин за то, что помогла восстановиться ногам. Начал складывать печати.

Ми. И. Хитсуджи. У.

Нагато встал перед ней, и девушка подняла на него взгляд. Ярость вечного существа пополам с упрямой отчаянностью Хинаты Хьюга.

Ину. Не. Тори.

— Убейте… — прошептала она.

Ума. Ми.

— …меня…

Завершающий хлопок ладонями.

Нагато покачал головой. Пусть это дитя живёт и продолжает дарить счастье.

— Фуиндзюцу: Шики Фуджин!

Зловонное дыхание Шинигами, что он чувствовал раньше из леса, окружило его — Бог Смерти возник за спиной, и его Ки разлилась опасностью, соперничая с мощью Кроличьей Богини.

«Вот она-то нам и нужна», — сказал Нагато Шинигами и вцепился в душу Кагуи так же крепко, как недавно она — в его рассудок. Рванул на себя, извлекая из тела сразу до пояса и продолжая тащить.

Кагуя поняла, что происходит. Упёрлась она изо всех сил, а в серебристых глазах — первобытный ужас, как у любого при виде Шинигами перед собой, улыбающегося в предвкушении и заносящего вакидзаси. Но Нагато не давал старухе ни шанса вырваться — Узумаки упрямы. Кроме того, на помощь ему в перетягивании души пришла та сила, что помогала, защитила от Кагуи.

«Хамура!..» — мысли, свои и многоголосые чужие, смешались, ясна была лишь цель.

В теле не осталось почти ничего.

— Давайте! — заорал Нагато.

Четвёрка возникла рядом — их чакра была так ярка, что на миг отвлекла Нагато, и Кагуя дёрнулась. Уйти ей не дали — вцепились с четырёх сторон, а Нагато разжал пальцы и качнулся назад под гневный рёв Шинигами…

Заслоняя наследников и Кагую, перед ним возникла тень, оформившаяся в старца в белых одеждах.

«Жертва богам должна быть принесена. Возьми мою душу».

И Нагато схватил его, не в силах отвести глаз от Риннегана того, кто так долго управлял ими всеми, оставаясь в тени.

Вакидзаси опустился, свершая договор между человеком и богом.

Последним, что Нагато услышал, был вопль разрушающейся души Кагуи.

========== Глава 10. Нужные слова ==========

— Всё… закончилось?

Наруто дёрнулся и медленно повернул голову к задавшей вопрос Сакуре, потрёпанной, с тревожно расширенными глазами.

— Кажется, да, даттебаё, — проговорил Наруто осторожно, страшась ошибиться.

Перед ним на выжженной земле лежала лишившаяся сознания Хината, наличие жизни в которой выдавало разве что слабое колыхание чакры.

Чуть в стороне упал Нагато. Он был мёртв.

Кагуя, и старик Рикудо, и то серебристое существо — «Хамура?..», — что раньше защитило сознания всех от вторжения старухи, исчезли. Первые два — навсегда.

— Закончилось, — подтвердил Хаширама. Тряхнув головой, он сжал и разжал пальцы, а после склонился над Хинатой.

— Что с ней? — тут же спросил Наруто, сам чувствуя, как неровен голос. Тело покалывало, ныли усталые мышцы, но думать об этом сейчас парень не мог.

— Её жизни ничего не грозит, — отозвался Первый, найдя в себе силы сотворить сканирующее ирьёниндзюцу. — Но повреждения чакропотоков…

— Потом с этим разберёмся, — одёрнул Мадара, морщась на врезавшийся в бедро фрагмент покорёженной брони. — Займись лучше мальчишками.

— Не-не, мы нор!.. — запротестовал было Наруто, но Сакура резко его перебила:

— Узумаки Наруто, посмотри-ка на себя и не спорь!

— На что там смотреть, даттебаё? — проворчал Наруто, бегло взглянув на своё тело и окровавленные тряпки, в которые превратилась одежда. Ну ведь ничего критического же!

Судя по выражению лица, Сакура отчаянно хотела влепить ему затрещину. Однако она сдержалась и занялась Саске, выглядевшим не лучше друга. Тот зыркнул мрачно, попытался вывернуться и заспорить, чтобы сперва позаботилась о других, но Сакура вцепилась в его плечо и стала исцелять раны.

«Курама, ты как?» — спохватившись, спросил Наруто. Во время боя Лис дал ему много чакры; даже слишком, судя по ощущениям парня.

«Нормально, — буркнул Курама в ответ, не намеренный признавать усталость. — А вот тебя, малец, неплохо бы подлатать. За мой счёт ты сейчас не восстановишься, так что напряги медиков».

«Ты это, отдыхай, — мысленно улыбнулся ему Наруто и, прежде чем оставить бидзю, добавил: — Спасибо, дружище».

Курама хмыкнул и, свернувшись уютным клубком, закрыл глаза. Вновь улыбнувшись, Наруто вернулся в реальность из мира своего подсознания.

И вдруг его накрыло понимание, что они победили. Не чувство — понимание. Чувства всё так же не было: ни радости, ни гордости, ни окрыления. Лишь усталость, оцепенение и отодвинутая на границу осознания боль от ран.

«И всё-таки это победа. Мы справились, даттебаё. Все в безопасности».

Эта простая мысль грела.

Даже не думая спрашивать его мнения или дискутировать, Хаширама шагнул к Наруто и коснулся груди парня открытой ладонью. Его собственные раны, которых Первый, сознательно рискуя больше остальных, схватил немало, уже почти затянула Эдо Тенсей.

— Теперь нам предстоит разговор с магами. С учётом того, что они сейчас видели, нам стоит быть готовыми ко всему.

— Всегда есть альтернатива, Хаширама, — серьёзно произнёс Мадара. — Мы обсуждали.

— Я помню, — отозвался Первый, всем своим видом демонстрируя, что сконцентрирован на лечении. Побуравив его вопросительным взглядом, Наруто промолчал — если старики сочтут нужным, сами расскажут, что задумали; если же нет, вопросы не помогут вытянуть из них признание.

Отвернувшись от Первого, Наруто посмотрел на друзей. Сакура была сосредоточена не хуже Хаширамы, даже губу прикусила, а на её лбу и щеках виднелись линии фуина, протянувшиеся от проступившей на лбу метки. Такая же есть у Цунаде; за ней, чувствовал Наруто, притаился нехилый резерв чакры. Саске тоже был заинтересован печатью — во всяком случае, уставился именно на неё. Впрочем, взгляд у него был усталый, расфокусированный, в никуда, так что скорее стоит сказать, что Учиха попросту залипал. «С ними всё будет хорошо», — почувствовал Наруто и перенёс внимание на тыловой отряд.

Там царил страх. Один из ударов Кагуи уничтожил щит, который на протяжении боя удерживали шиноби и маги; при этом волна прошла по рядам, и сейчас Наруто чувствовал меньше людей в тылу, чем было прежде. Нестройные крики долетали до Наруто и остальных. Суетились те, кто был способен лечить: и АНБУ, и волшебники, а руководил ими Второй, как всегда собранный и знающий, что делать самому и другим.

В стороне от магов, не обращая внимания на них, Сасори приложил руки к груди Дейдары — руки, окружённые необычным светом той техники, которой его бабка воскрешала Гаару. «Неужели?!..» — испугался Наруто. Лучше прислушавшись к сенсорике, он успокоил себя: Дейдара жив, хотя и ранен тяжело.

Отец стоял рядом с Кингсли и Аластором и что-то им объяснял, однако Наруто ощущал, что настрой орденских далёк от дружелюбия. «Они боятся, — вдруг понял Наруто. — Боятся того, что увидели только что… Боятся нас». Отец тоже понимал это и явно пытался сгладить…

— Мадара, — оторвал парня от наблюдений строгий голос Первого Хокаге.

— Что? — откликнулся Учиха, а затем раздалось хлюпанье, заставившее Наруто повернуться — и ошарашено выпучить глаза, уставившись на него.