Чудовище для красавца (СИ) - Троицкая Елена Игоревна "Sariko" - Страница 49

— Конечно. Рассказывай.

Казалось, без его общества она вовсе не страдала. А она страдала. У гарпий многое не как у людей, но им тоже хочется быть рядом с теми, кто их любит. Хотя иногда им хватает своей любви на двоих. И чем ближе была весна, тем сильнее крепчало желание быть рядом с избранным мужчиной. А он всё никак не мог поймать её, хотя она даже не летала. А ему всё больше времени нужно было на дела торговые.

С такими мыслями выражение её лица становилось, как у каждой женщины произносящей вечную фразу: «Мужчины!»

— Так как же они стали парой? — удивился юный лорд. — И как граф из Уль стал Сеа?

«Прояви терпение, Леонар. У нас ещё много времени, так к чему гнать ветер сказа – он сдует все мелочи, а они важны».

Трюмы «Яркой звезды» обогатили восточными шелками: в каждом свертке состояние, в каждом ящике сокровище. Не будь на корабле проверенной команды, Коллум Уль Хичтон испытывал бы страх оставлять всё это без охраны. Да и с проверенными людьми беспокоила сохранность груза.

Но не о том волновался граф. Не там он должен был ожидать беды. Даже молния, бывает, бьёт дважды в одну крышу, что говорить о «пытающих счастья» под чёрным флагом.

Сопровождающие «Яркую звезду» хорошо вооруженные суда не ожидали нападения пиратского флота. Что могли четыре корабля против десяти? Их поймали в море и дали полчаса сдаться добровольно. Что делать? Капитан понимал: лишь половина предпочтет славную смерть в бою, остальные хотели жить, не важно как, даже если рабами.

Мечась между выбором чести и бесчестья, капитан нашёл средний вариант. Парламентёр принёс благую весть. Пираты отпускали на шлюпках половину команды, если остальные сдадутся им без боя. Их логика понятна: рабы дешевле хороших кораблей, которые в битве пришлось бы попортить.

— Ну, где же ты, птица, — ругался Коллум, ища крылатую безбилетницу, первой желая ссадить на шлюпку, но той и след простыл.

— Капитан, — окликнул рулевой, — её нет на борту.

— Забилась куда?

— Всё возможно. Но время истекло. Решайте, капитан.

Уль Хичтон вздохнул и приказал опускать шлюпки. На них уплывут все, кто пожелает, а он с храбрым большинством разделит участь узников. Так он решил.

Сдача в плен проходила штатно. Флотом пираты только для того и ходили – взять добычу целой. Потом за неё резали друг другу глотки, но не о том история. Вот что было дальше.

Через три дня плена (путь до материка Дефа, где продавали рабов – неделя) пираты стали нервными. Пиратский корабль изменил свой курс. Охранники клеток шептались в тот день:

— Слышал, куда повернули?

— К одному из наших новых кораблей с добычей. Он, якобы, о скалы убился.

— А слышал, в первый день на том новом корабле команду кто-то резать начал?

— Слышал, во сне по горлу. Думали, поймали ублюдка, а на следующую ночь ещё троих. Да не ножами…

— Я тоже слышал, им горло когтями рвали… А может, потому по скалам и прошёлся? Нет там уже команды?

— Чур тебя! Ещё скажи – призрак капитана их решит. А вон он, в клетке сидит! Тьфу! Но, морской бог, как же тот корабль зовётся?

— «Звездою». Так в судовом написано.

Коллум Уль Хичтон поднял голову, пораженный услышанным. Он не мог поверить и представить, что гарпия ещё на корабле и ведёт партизанскую войну. И сейчас они плывут к ней. И что же? Женщина воюет, а где же все мужи? По клеткам? Так не годится!

Переговариваться с командой было сложно. Среди прочих сидели с ними и иностранные рабы, передавать слова Коллума они едва ли могли. Но, соблазнённые свободой, старались.

В сумерках достигли скал. На них, как рыба на гарпуне, лежал корабль.

Им бы бросить затею, но шелка в трюмах обещали слишком много денег. Пиратский капитан хотел дождаться ночи, но запуганная страшилками команда была против, а вешать на рее он не хотел. Выбрал самых крикливых «храбрецов» и отправил на разведку. Спустили шлюпки – уплыли. И не вернулись.

Коллум слышал беспокойные реплики пиратской команды и ждал. Он знал, что произойдёт, и ободрял всех, кто в это не верил. А он, наверное, глупый, так как верил в играющую с ними гарпию.

Как оказалось, не зря.

Когда судно пиратов приблизилось к «Звезде» и скалам, когда вперёдсмотрящий вдруг пал на палубу мертвый, уже всё было кончено. Пернатая стая упала на палубу камнем, и половину людей просто унесло потоком в море. Вторая взялась за огнестрел и сабли. Самые сообразительные добрались до пушек, но порох вымок: раб, щуплый паренек, выбрался из клетки и совершил диверсию. А затем стащил ключи и передал их капитану. Убив сторожей и вооружившись кто чем смог, бывшие рабы искали в панике бежавшую команду и расправлялись с ними, или выгоняли на палубу. Сами туда боялись выходить.

Граф дождался криков, затем их затухания и полной тишины. Лишь после этого повёл освобожденных рабов наружу. Те в ужасе шарахнулись обратно – так много было вокруг людей-птиц.

Одна стояла к нему спиной, он обхватил её руками.

— Поймал, — серые перья с белым крапом Хичтон узнал.

«Поймал», — повернулась к нему крылатая. — «Моё имя Ясколка».

Вообразился пучок белых меленьких цветочков на скалах в горной вышине. Нежный и сильный росток, который не сгубить ветрам и холодам.

— Тебе подходит.

«Твоё испытание я тоже выполнила», — сказала Ясколка, — «я удивлю тебя».

— Ты вновь всех нас пасла. Мне достаточно удивления.

«Нет. Ты будешь удивлён», — гарпия замотала головой и указала вверх, на гарпий цвета траура: — «Эти обитают только в водах к северу отсюда. На скалах треугольника беды. Корабли они все топят, что рискнут заплыть в их воды. Не ладят они с людьми. Им в прошлом было от них горе».

Коллум Уль Хичтон сразу вспомнил о треугольнике беды и чёрных гарпиях. Те места корабли обходили, как чумные. Огромных денег стоило делать крюки, не забредая в воды, где клыками из воды щерились скалы, на которых жили черные люди-птицы. Но перебить жителей скал ни один флот не смог. Король послал их три, и все потерял. Махнул рукой, и проложили торговцы дорогостоящие пути в обход. Но эти черные спасли их. Почему? Ответ едва не заставил пасть к ногам спасительницы:

«Они готовы к миру в обмен на торговые услуги. И ты можешь стать тем, кто принесёт благую весть домой».

— Какова цена?

«Помимо разрешения на охоту на пиратов? Травля крыс на скалах. Для наших кладок и детей они смертельно опасны».

— Такая мелочь? Ох, не проблема.

Обратно в королевство шли со смешанным чувством победы и поражения. На каждую долю успеха пришелся один удар.

Они сражались и победили. Увы, многих потеряли, и имен половины погибших уж не узнать.

Они спаслись. Но не все. Кораблей с рабами было три, и где два других – увы, неизвестно.

У них теперь новый большой корабль, бывшая собственность пиратов. Но «Яркая звезда» погашена волнами, и её останки вскоре разнесёт по морскому дну.

Предстояло обсудить мир гарпий и людей с королём. И он, Хичтон – их представитель, так как предложил брак одной из них. Однако Хичтон обещался вернуться с восточными шелками, а их больше половины пошло ко дну.

— Волнующий момент, — заметил Леонар к недовольству рассказчицы, которой вновь пришлось прерваться.

«Почему же именно этот момент вас взволновал, Леонар? Вот я больше беспокоилась за судьбу отца, когда он был в плену у пиратов. И за мать, одну на корабле среди врагов».

— Не судите строго, Химемия, я просто не знал, за что вашему отцу дали так много привилегий. Каюсь, давно хотел узнать. Оказывается, за мир с черными жителями скал. А, кстати, чем они от остальных гарпий отличаются?

«Они крупнее и сильнее. Гораздо загорелее. И те условия, в которых они живут, куда суровее прибрежных скал. Они, мне мама говорила, охотятся на китов и акул, и им хватает силы принести добычу в гнезда».