Вернуться живым (ЛП) - Хэлли Карина - Страница 44

— Нет проблем, детка.

Проблема была. На острове Дарси я боролся, но справился. Сейчас мне было хуже. Сила была подавлена веществами Амброзии. Воображение разыгралось, и конечности были свинцовыми. Я не мог сказать ей об этом, я старался изо всех сил.

Мы почти добрались до дерева, когда сердце и легкие решили сдаться. Это произошло внезапно, органы сдавило, и я застыл. Я не знал, было ли это из-за событий, из-за жестокости, что вытерпело мое тело, из-за стресса, но я словно решил снова умереть.

Голова ушла под воду, а потом и Перри. Я не мог найти землю под ногами. Она отпустила и поплыла к поверхности. Я тонул, пока она не вытянула меня на воздух.

— Прошу, Декс, — пролепетала она сквозь воду. — Мы почти там.

Я пытался работать руками, грести вперед, хоть не тонуть. Но силы быстро угасли. Я вскоре снова затонул.

Перри подняла меня еще раз, и я думал, что это последний. Зомби были ближе, я слышал их вопли, вода бурлила от их конечностей. Они не были повреждены, а я — был.

— Я не дам тебе умереть на мне! — заорала она, лицо было рядом с моим. Луна решила выглянуть из-за туч. Она озарила темную воду, бледную кожу Перри, ее глаза. Мне повезло, что я любил ее. Так повезло. — Декс! — завопила она, мои глаза закрывались. — Ты меня не оставишь! Я не смогу без тебя. Ты — мое будущее, все для меня! — она заплакала и поцеловала мое лицо. Я ушел под воду.

Она не сдавалась. Перри подцепила мою руку и потащила, как могла.

Моя голова всплывала, пыталась вдохнуть, но силы кончились. Я набрал воды. Перри перестала тянуть меня. Вода бурлила под моими ногами, я видел голодные глаза в темноте.

Вдали рев зомби стал громче. Он сотрясал воду, и я понял, что, даже если я не утону, она умрет со мной. Вместе. Я должен был радоваться, что не уйду один. Но я хотел, чтобы мы жили. Друг с другом. До старости.

Мир почернел, легкие были наполнены водой. Жизнь вспыхнула перед глазами, почти все было про Перри. Она мало была в моей жизни, но изменила мой способ жить. И любить.

«Мы спасены, — услышал я ее голос. — Мы будем в порядке».

Я не знал, прощается ли она так. Я ощущал себя спасенным. Я радовался, что знал ее.

А потом вода стала неспокойной, мои конечности двигались, рев зомби пронзал голову. Что-то твердое задело мою макушку. Поток пытался унести меня, но сильные большие руки схватили меня под плечами.

Меня вытащили на поверхность, легкие просили воздуха, а получили больше воды. Я все еще тонул.

— Блин, — пробормотал кто-то, меня потянули, и спина задела что-то твердое. Я едва ощущал хоть что-то.

Вдруг я оказался на спине, смотрел на луну и двух людей надо мной.

— Тебе придется его реанимировать, — сказал Максимус Перри, пока я отплевывался.

Даже в свете луны я увидел, как она пронзила его взглядом. Она подняла меня и начала бить мне по спине, жестокая версия дыхания рот в рот, но это сработало. Вода потекла из моих легких на металлический пол. Я подвинул голову и огляделся. Мы были на лодке, которой управлял Максимус, с другой стороны была беловолосая груда: Роза. Ближайшие зомби плыли к нам, почти добрались до нас.

Я не мог говорить, так что указал.

— Я займусь этим, — сказал Максимус. Зомби поблизости впился рукой в лодку, нас тряхнуло, и мы помчались прочь, оставляя зомби, смерть и болото позади.

Мы мчались в ночь.

— У тебя нет части уха? — спросил потрясенно Максимус через пару мгновений.

Больше я ничего не слышал. Мое тело снова хотело сдаться, стало тяжелым, а разум запинался, как старый механизм. К счастью, я знал, что не утону в этот раз. Я был в хороших руках. Я прижался к лодке и напомнил себе поблагодарить Максимуса, когда проснусь.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Я снова был в лодке. В сером монотонном мире с плеском воды и склоненными деревьями.

Но я не был один.

Мама была в лодке со мной, сидела в конце, укутанная в шаль. Она смотрела на воду, словно меня тут и не было. Она не выглядела демоном. Она была такой, какой я ее помнил с детства — красивой женщиной с болью в темных глазах.

Было странно, что она так близко. Я все еще боялся, как и когда она была жива, ведь никогда не знал, что она скажет и сделает со мной. Я не знал, где мы были, но подозревал, что в Тонкой Вуали. Я не знал правил. Я умер? Теперь это моя жизнь? Она везла меня на лодке туда, откуда не вернуться?

Она снова запела о лодке, ее чистый голос льдом касался моей спины. Она спела всю песню, ее голос разносился над водой и возвращался к ней гармонией. Я помнил это о ней, порой она пела мне, когда не издевалась. Только теперь я понял, в кого у меня талант к пению.

— Деклан, тебе пора спать, — мягко сказала она, глядя на воду.

Я поежился от тревоги в густом сером воздухе, от ее пустого лица. Мне стоило что-то сказать ей? Я не хотел привлекать к себе внимание. Она вызывала во мне страх так, как никто не мог, даже когда выглядела нормально.

— Майкл в кровати, он засыпает, а ты? Почему ты всегда боишься, Деклан? Майкл что-то сказал тебе? Или я?

Я сглотнул и посмотрел за борт, чтобы понять, на что она смотрит. Там лишь вода мерцала на солнце, которого я не видел.

Она печально улыбнулась, опустила ладонь в воду, коснулась поверхности. Я представил там младшую версию себя, отвечающую ей.

— Прости за то, что было вчера. Порой… я не в себе. Думаю, становится хуже. Но я все еще сильно тебя люблю. Ты должен это знать, мой сын. Я всегда буду тебя любить.

Комок застрял в горле. Я чуть не подавился. Глаза стали мокрыми.

Она продолжила со слезами на глазах:

— Прошу, помни это. Помни это. Помни хорошие дни. Мы с твоим отцом хотели тебя. Мы всегда будем твоими родителями. Мы вырастили тебя, а не оно. Ты наш ребенок, и больше ничей.

Я должен был что-то сказать. Должен был знать.

— Что с тобой произошло? — спросил я с дрожью в голосе.

Она улыбнулась, все еще глядя на воду.

— Порой их очень плохого получается очень хорошее.

— Майкл был таким же? — мой старший брат всегда был разумным и хорошим сыном.

Она молчала. Ее лицо исказилось от боли.

— Мама, Майкл был таким же, как я?

Она закрыла глаза, покатилась слеза.

— Порой я не знаю твоего брата.

Как это понимать?

— Мам…

— Будь сильным, что бы ни случилось со мной. Что бы ни случилось с отцом. Будь хорошим. Я знаю, что в тебе это есть, даже если нет в нем.

— В ком?! — закричал я, лодка раскачивалась подо мной, я встал, пытаясь привлечь ее внимание. — Кто не хороший? Отец? Майкл?

Она повернулась ко мне. Вместо глаз были пустые глазницы.

— Засыпай, Деклан.

И я уснул.

* * *

— Приходит в себя, — сказала женщина с сильным луизианским акцентом. — Я поищу ее.

Я не узнал голос, голова закружилась, сильно подташнивало, а я еще глаза не открыл.

«Только не в лодке. Прошу, я не хочу быть на лодке, — думал я. — И не гроб».

— Приятель, — я услышал знакомый голос. Тяжелая ладонь опустилась на мою руку.

Я осторожно открыл глаза, моргая от света, что лился из окна. Я перевел взгляд на Максимуса, склонившегося надо мной, его рыжие волосы сияли на солнце, словно рыжий ореол.

— О, я в аду? — спросил я, горло словно натерли наждачной бумагой. — Где я? — паника пронзила меня стрелой, я попытался сесть, хотя все во мне болело. — Где Перри?

— Она в порядке, — сказал он, опуская меня на кровать. — Медсестра пошла за ней. Она так переживала за тебя, что не могла спать, пока ей не дали снотворного. Думаю, она уснула где-то в зале ожидания. Если ты еще не понял, ты в больнице.

Я застонал, попытался коснуться уха. Бинты окутывали ухо и голову.

— Ох, что случилось?

— Ты не помнишь? — Максимус придвинул стул и сел.

Я подумал о событиях. К сожалению, я все помнил, пока он не вытащил меня в лодку.

— Помню, как ты спас нас. Давно я без сознания?

— Два дня, — сказал он.