Русалочьи сети. Поймать волка - Наталья Кириллова - Страница 14

На третий день мы пошли к конкурентам, то есть в «Бриллиантовые мечты». Выступление тамошних танцовщиц впечатлило меня куда сильнее, чем неоправданно дорогущая ресторация. Девушки не просто выходили на деревянный помост и танцевали, на сцене разворачивались целые театрализованные представления с декорациями, соответствующими костюмами, танцевальными и даже вокальными номерами. Кейтен с усмешкой наблюдал, как я не отрываясь, с детским восторгом следила за происходящим на сцене и бурно хлопала в ладоши после каждого номера, а потом заметил, что им до уровня таких постановок ещё далеко.

Четвертый вечер прошёл в «Алом лепестке», но не среди посетителей, а в небольшой, скромно обставленной комнате с балконом, выходящим в зал. Там нас дожидался накрытый столик на двоих, зажжённые свечи и возможность наблюдать за выступлениями. Как сказал Кейтен, это своего рода служебное помещение, только для сотрудников заведения. Сегодня за стойкой бара ловко разливала напитки смуглая черноволосая девушка – сменщица оборотня и тоже волчица, а у Кейтена, по его словам, был выходной. Правда, всё равно удивительно, как управляющий, или владелец кабаре, или старший, или как там правильно называется местный самый главный, разрешил простому работнику привести девушку, фактически постороннюю, в служебное помещение, да ещё и свидание с ней устроить? Разумеется, у нас всё было исключительно чинно, культурно и благородно, мы ели, разговаривали, обсуждали номера. С момента моего первого визита в «Алый лепесток» Кейтен вообще не позволял себе ничего лишнего, иногда брал меня за руку, обнимал за плечи или талию, целовал при встрече и на прощание – и всё! И поцелуи особой страстью не отличались, скорее лёгкий чмок в губы, чем действительно что-то волнующее и возбуждающее. Беседовали мы обо всём на свете – почти. Негласно избегали возвращаться к теме ароматического помутнения и всего того, что случилось в тот день, не говорили о встрече Киаран с Люсиндой – кто знает, вдруг их тайные свидания всего-навсего связаны с желанием принцессы улучшить жизнь несчастных зверей? – да и в принципе не обсуждали дочь альфы дальше её исполнения танцевальных номеров и рассказов Кейтена о работе. Зато оборотень расспрашивал меня о жизни в Приморском королевстве, о подводном мире, русалках вообще и моих родных в частности. Охотно рассказывал о своей семье: когда-то его мать приглянулась сыну альфы, и поэтому вожак отказался считаться с желаниями молодой волчицы, хотя она уже любила отца Кейтена. Альфа поставил её перед выбором – или его сын, или она со своим возлюбленным должны покинуть стаю, лишиться поддержки сородичей и жить дальше как одиночки. И родители Кейтена ушли из стаи и поселились в столице Карминского королевства, где и живут до сих пор. Пожалуй, вот ещё одна тема, касаться которую Кейтен явно не хотел, – что именно вынудило его оставить родителей и отчий дом и переехать в Лазурное королевство? Оно куда меньше и тише, здешний прогресс с Карминским не сравнится. Всё равно что летать-летать себе на ковре-самолёте, а потом внезапно пересесть на упрямого мула. Кейтен упоминал, что у его отца своё дело, но при этом сын работает за стойкой бара в не самом фешенебельном кабаре. Отношения с родителями у него хорошие, он им пишет регулярно, никаких ссор, семейных скандалов, отречения от старшего отпрыска и переписи завещания в пользу младшего.

Непонятное что-то.

После вечера в «Лепестке» Кейтен уже почти традиционно отвёз меня в королевский замок. Стража на воротах, за последние дни привыкшая к моим приходам и уходам, подкреплённым дозволением королевы, пропустила меня на территорию замка, и я отправилась к себе.

Только в комнате меня поджидал сюрприз.

Оный валялся поперёк кровати, нежно обнимал практически пустую бутылку зелёного стекла и с блаженной улыбкой счастливого идиота таращился на полог над постелью.

– Ланс? – я приблизилась к кровати, внимательно осмотрела брата, пытаясь оценить степень опьянения.

– Да-а-ани? – Ланс с заметным усилием приподнял голову, прищурился, силясь разглядеть меня сквозь бутылку. – Ой… а чёй ты зелёненькая такая, а?

Я положила сумочку на прикроватный столик и решительно реквизировала у брата бутылку. Осторожно принюхалась к содержимому – лучший ром Приморского королевства, привезённый Лансом тайком от лорда Брука.

– Не пойму, это у тебя хвост или… ик… что?

Белое платье. И юбка у наряда короткая, за хвост никак не сойдёт.

– Обязательно было напиваться в моей комнате? – я поставила тару рядом с сумочкой, подошла к окну и пошире распахнула все створки, благо летние ночи в Лазурном тёплые, ласковые, не чета Приморским, отличающимся бодрящей прохладой и свежестью. Надеюсь, тяжёлый дух дешёвой таверны быстро выветрится. Или дорогой, учитывая стоимость этого рома.

– А чё такого? Тебя ж тут всё равно… нет, – Ланс попытался сесть, однако не вышло, и он повалился обратно на смятое покрывало. – Вечно ты где-то пропадаешь, пропадаешь… поди, с этим гуляешь… как его… бур… бир… а-а, вспомнил! С бар-ме-ном! – по слогам выдал братец и пьяно рассмеялся. – Смешное слово, правда? Папенька мой сказал бы, новомодное, чужое и произносить его этим… как их… представителям древних родов не положено, вот!

– Что-то случилось?

– Да как сказать…

– Как есть, – я вернулась к кровати. Не припоминаю, чтобы Ланс хоть раз при мне так напивался. Во всяком случае, видеть его настолько пьяным мне ещё не доводилось. И вряд ли причиной послужили мои свидания с Кейтеном.

Да, в последние дни я мало разговаривала с братом, не обращала внимания на Люсинду, более хмурую, чем обычно. Только Террена понимающе улыбалась, когда я забегала с утра в колдовской покой за очередным разрешением на выход или торопилась поскорее закончить обед и умчаться готовиться к встрече с оборотнем. Королева меня ни о чём не расспрашивала, а для разговора с Лансом требовалось подходящее время… и мало ли, вдруг ещё слишком рано заводить беседы с родственниками, пусть и не кровными?

– Мой венценосный… ик… батюшка прислал мне письмо. Ср-рочное, жуть! – брат прижал указательный палец к губам и усмехнулся. – Ну, по правде сказать, похожие письма пришли ещё Бруку, нашему послу, королеве… в общем, с тем же успехом он мог дать объявление по всем Радужным королевствам сразу. И повелел мой досточтимый кем-то там отец немедля жениться на этой… ну, которая траву жуёт.

– Корове?

– Не-е, коровы, они обычно толстые такие… то есть тучные… то есть в теле… крупные… ну, ты поняла. А наша, она то-ощая!

– Коза? – предположила я. Похоже, кому-то и выпитое за ужином вино в голову слегка ударило! Я потёрла виски и исправилась: – Люси то есть?

– Во-от! Короче, папеньке надоели наволочки… тьфу, то есть проволочки, он потребовал быстренько подписать контракт, официально объявить о помолвке и того… через три месяца будет у нас свадьба. Намекнул мне в письме, что невестушка-то того, не молодеет… Только кто тут с этим дитём в постель ляжет? Правильно, я. Дани, – Ланс умоляюще посмотрел на меня снизу вверх, скорбно шмыгнул носом, – я себя извращенцем чувствую… этим, как его… совратителем малолетних. А я не люблю малолетних, я красивых люблю… чтоб в собственном соку…

– Люси двадцать один, – напомнила я. Так что, строго говоря, принцесса уже не малолетка, а вполне себе взрослая, отвечающая за свои поступки девушка.

В теории, во всяком случае.

– Да-а? – с искренним недоумением уточнил брат. – Она такая старая?

Так, Дани, спокойствие. Сейчас найдём лорда Брука, и он поможет отвести принца в его спальню, потому как одна я Ланса не дотащу, а сам он точно не дойдёт.

Владычица океана, а вечер так замечательно прошёл! Ужин, свечи, музыка, улыбка Кейтена. На столе клубника была! Я половину вечера алчно поглядывала на крупные алые ягоды, но воспользоваться ими для развратных целей не решилась.

Я направилась к двери.

– Дани-и, ты куда? – заканючил брат. – Бросаешь меня ради бурмена?

– За подмогой, – пробормотала я, распахивая створку.