Русалочьи сети. Поймать волка - Наталья Кириллова - Страница 22

– Что ж, мы насладились вашим гостеприимством, однако пора и честь знать. Дани, одевайся, мы возвращаемся в замок.

Я помедлила в нерешительности, по-глупому надеясь, что Кейтен возразит, как-то заявит свои права на меня… да вообще хоть что-нибудь скажет, но оборотень молчал, по-прежнему избегая смотреть в мою сторону. Пришлось подняться обратно в спальню, переодеться в своё платье и, взяв в руки сумочку и туфли – залезать на каблуки совсем не хотелось, – снова спуститься в холл. За время моего недолгого отсутствия мужчины даже не поменяли положение, и лишь когда я поравнялась с братом, Кейтен открыл дверь и отступил, выпуская нас из дома. Брук покинул холл первым, мы с Лансом за ним.

– Мне жаль, – неловко пробормотала я на пороге.

– Да, мне тоже, – последовал усталый ответ, и дверь захлопнулась за нашими спинами.

Мы спустились с невысокого крыльца, миновали небольшой чистый дворик и вышли на улицу, широкую и длинную, с аккуратными двухэтажными домами по обеим её сторонам.

– У тебя от предстоящей свадьбы рассудок помутился? – спросила я, оглядывая два соседних дома. И в каком из них живёт Киаран?

– Дани, это ради твоего же блага, – неожиданно раздражённо отозвался Ланс. – Если этот бармен имеет в отношении тебя серьёзные намерения, то согласится жениться на тебе, независимо, кто ты и откуда. А если нет… то, поверь, тебя он точно не стоит.

– Так ты решил устроить проверку? – опешила я.

– А зачем ещё, по-твоему, я разыграл весь этот спектакль?

– А тебе в голову не приходило, что мы с Кейтеном слишком мало знакомы для серьёзных отношений?

– Откуда, если ты не посвящаешь меня в подробности своего внезапного романа?

– Прости, но ты мне не лучшая подружка и не сестра, чтобы подробностями делиться! И как ты нашёл меня?

Брук отвязал от низкой зелёной ограды поводья лошадей, неодобрительно поглядывая то на нас, то по сторонам. И зачем беспокоится – улица тихая, прохожих мало и внимания на нас толком не обращали.

– С утра пораньше в замок принесли записку на моё имя, в которой подробно указали, где ты была ночью и по какому адресу можно найти тебя сейчас, – пояснил Ланс.

– Кто принёс? – насторожилась я.

– Стража сказала, какая-то девчонка светловолосая, просила срочно мне передать.

Киаран? Разумеется, как минимум половина персонала кабаре знала, что к боссу пришла его девушка – кто не видел лично, тому наверняка охотно поведали остальные, – и уж вряд ли адрес начальства для многих такой уж большой и великий секрет, но у волчицы есть мотив, и весьма весомый. Тем более что ей стоит обернуться и на четырёх лапах окольными путями добежать до замка?

Словно догадавшись о ходе моих мыслей – или, что вероятнее, попросту понаблюдав за нами из окна, – на крыльце белого дома слева появилась Киаран. Вежливо кивнула принцу и по-соседски приветливо помахала мне ручкой.

На суше рыбьему хвосту нечего противопоставить клыкам, когтям и силе оборотня, но это вовсе не означает, что и хвостовым плавником нельзя ударить.

Я сунула брату сумочку и туфли и решительно направилась к дому Киаран.

– Дани, а теперь-то ты куда? – полетел мне в спину возмущённый вопрос Ланса.

– Поболтать о нашем, о девичьем, – процедила я сквозь зубы.

Низкую калитку ничего не стоило открыть, просто перегнувшись через створку и откинув крючок запора с внутренней стороны. Киаран выжидающе наблюдала за моими манипуляциями и, когда я поднялась на крыльцо, отступила под защиту резной деревянной решётки, до самого козырька оплетённой вьющейся пурпурной ипомеей. Предусмотрительно – вроде мы и на общем обозрении стоим, на виду у Ланса и Брука, и в то же время Кейтен из своего дома вряд ли нас услышит или прочитает по губам, если, конечно же, вообще это умеет.

– Догадываюсь, что именно рассказал тебе Кейтен, – безо всяких предисловий начала волчица. – Он тебя не то чтобы обманывает, скорее пользуется твоим незнанием наших законов и немного заблуждается сам. Как я подозреваю, его родители, вернее, его мать Ривер не всё поведала сыну. Мой отец победил отца Кейтена, Кейрена, в бою и по правилам должен был убить поверженного противника. Иных вариантов не было и быть не могло и выкупить жизнь обречённого на смерть можно лишь ценой другой жизни. Жизнь за жизнь, кровь за кровь, понимаешь? Это древний обычай и ныне к нему редко обращаются, в основном, потому, что нечего предложить взамен.

Что поделать, мы живём в суровое время – никакого тебе альтруизма и самопожертвования ради ближнего своего.

– Можно выкупить своей жизнью или жизнью того, кто кровно связан с тобой. Если речь идёт о детях, даже нерождённых, то считается, что это есть воля предназначения, судьба связывает две жизни в одну и такой союз будет крепче и надёжнее любого увлечения и самой пылкой любви. Мы чуем беременность на ранних сроках и мой дед, зная, что Ривер ждёт волчонка, предложил ей откуп…

– Жизнью малыша, который ещё и не родился? – опешила я.

– Дед был старой закалки, верил в силу давних обычаев. Ривер тогда клялась, что сделает всё, что от неё потребуют, лишь бы Кейрен остался жив, и ей пришлось согласиться, хотела она того или нет.

– А выбор уйти или остаться?

– Он был следующим. Что предпочла Ривер, ты, полагаю, уже знаешь. Возможно, она надеялась, что если они уедут подальше, то о долге крови все забудут. Но о нём нельзя забыть, нельзя им пренебречь. И время только доказало, что мы с Кейтеном действительно предназначены друг другу.

– Да? И как? – осторожно уточнила я.

– Очень просто, – пожала плечами Киаран. – У моих родителей мог родиться мальчик и наоборот – у Ривер и Кейрена девочка. Мы могли не дожить до совершеннолетия. Кейтен мог сгинуть без следа в этих своих путешествиях по миру. Никто не полагал, что мой отец однажды станет вожаком. Но всё сложилось так, как сложилось, один к одному, и то, что сейчас происходит в стае, лишь подтверждает необходимость в нашем союзе.

Я смотрела в спокойные васильковые глаза под длиннющими чёрными ресницами и отчётливо понимала – Киаран и впрямь верит в то, что говорит. Не было в волчице ни фанатичной экспрессии, ни возвышенно-одержимой, пусть и не разделённой любви. Её действительно воспитали с твёрдым убеждением, что где-то там ходит мужчина, который будет принадлежать только ей, и точка. И Киаран с малых лет приняла и срослась с этой мыслью, не допуская никакого иного развития событий, или что у назначенного мужчины могут быть другие интересы в жизни. При Приморском дворе я видела множество похожих на Киаран девушек, сговорённых едва ли не с колыбели, правильно взращённых, словно элитные породистые собаки, чтобы в их хорошеньких головках не возникало сомнительных мятежных идей. Эти нежные девы могли быть интересными собеседницами, начитанными, с хорошим образованием, но стоило в разговоре коснуться темы их женихов, как в очах девушек сразу появлялось похожее выражение спокойного, непреклонного убеждения. Они не мечтали о прекрасных принцах, не флиртовали с придворными кавалерами и вообще не видели собственной жизни за пределами замужества. И, признаться, меня они всегда пугали, не живые люди, а набор одинаковых кукол, усаженных рядочком на полку. Даже странно, как Киаран дозрела до желания танцевать профессионально и как ей позволили подобное вольнодумство.

Волчица скрестила руки на груди и прислонилась к дверному косяку.

– И не надейся, что твои русалочьи штучки что-либо изменят, – добавила Киаран.

– Какие… штучки? – растерялась я.

– Я вижу, как ты окрутила его своим запахом и чем ещё вы там пользуетесь, чтобы завлекать мужчин. Мой отец прав – Кейтен будет хорошим вожаком, к тому же, что бы он сам ни говорил, это и его стая тоже. Он полностью устраивает меня как супруг.

– Избавляет от необходимости выбора, – ввернула я.

– Да, – и не подумала возразить волчица. – И с Кейтеном я смогу продолжить заниматься танцами.

О-о, вот мы и дошли наконец до личной выгоды!

А чего ты хотела, Дани? Не полагала же всерьёз, что Киаран спит и видит, как бы удержать при себе завидного женишка, не имея при этом никаких собственных корыстных интересов?