Цветок Эридана (СИ) - Розалиска Лидия - Страница 66

− Ди Муян вообразила, что Лаэрт Нэниль пел свою балладу для неё, представляете?

− Так он же вроде женат? − удивилась Исона, выходя от канцлер-стража и шмыгая носом.

− Женат? Разве? − пискнула Элизочка. − Я не знала. А на ком?

− На ком, на ком! На старшей Бэйсик, дочке мэра. Правда, при этом сохнет по младшей, − и Диана стервозно захихикала.

− Элис Бэйсик? Быть не может! − Стелла вскочила с места и сверкнула глазами. − Она ведь помолвлена.

− А ты не подслушивай наши сплетни, мисс Правильное Поведение, − съязвила девушка.

− Я не собираюсь слушать глупости. Речь шла о другом молодом человеке, − она зашла в кабинет канцлер-стража и плотно прикрыла за собой дверь.

− О ком это, о ком? − завертелась, вытягивая шею, Исона.

− Наверное, о принце Лотаре! − расхохоталась Диана.

− Он такой душечка, правда? − неожиданно выпалила Торн и зарделась, как розочка.

− Сущий дьявол, − отозвалась фрейлина. − Если не в настроении, то ведёт себя под стать нашей принцессе. Я бы даже "за? была, если б он её хорошенько унизил, главное при этом до войны не довести. Бог мой, но какой он всё-таки ловелас! Кого только не облапил за прошедшие три дня! Барышни млеют, мамани теряют бдительность, теша себя надеждой, что такой красавец, да ещё и принц, захочет с ними породниться. А киска-мурыска, дочка Кельвина, оказалась не промах − ишь как помогать выскочила, никто и опомниться не успел. Только вот что-то долго её не было − наверное, увлеклась, делая принцу искусственное дыхание.

− Так ведь он на другую девушку весь вечер смотрел, − возразила Клерия, вся красная от стыда (чего и говорить об Элизе!)

− Не переживай, и до неё очередь дойдёт, − снисходительно улыбнулась Диана, доставая зеркальце и тушь и начиная красить ресницы. − Таких, как Лотар, осуждать не приходится. Другое дело − король Лорит: этот даром что числится в женихах у Евы-Марии, но липнет ко всем симпатичным принцессам, ни одной красотки не пропускает наш поэт и скромник. Странно, как Ева терпит его возле себя − я бы давно отшила такого поклонника, тем более одиночество ей не грозит: найдёт себе кавалера повежливей. Принцы с Пораскидов уже с ума сходят, скоро между собой из-за неё передерутся − то-то их папане Альфреду будет не до смеха.

− А я и не знала, что паж королевы − сын здешнего лорда, − сказала Элиза.

− И брат скромницы Элии, − добавила Диана.

− Такой душечка, я прямо во все глаза на него смотрела, когда он пел и играл, мне так хотелось, чтобы он меня заметил. А от его баллады я плакала всю ночь, и даже сейчас, как вспомню его грустный голосок, сразу слёзы душат, − Исона шмыгнула носом и вдруг заревела.

− Да, пел он расчудесно, − всхлипнула вслед за ней Торн. − Он такой необыкновенный, этот Леонардо! Интересно, он кого-нибудь любит?

− Ну ты и балда, − поразилась Диана Саем. − Ты что, не слышала, кому он посвятил песню?

− Точно! − осенило Исону. − Он ведь так и сказал: "Королеве моего сердца". Все сразу поняли, что он без ума от Её Величества. Жалко, что не от меня: я как закрою глаза, как представлю, что он для меня играет, ыыыыы! − снова хлынул сплошной поток слёз и причитаний. − Почему всё так несправедливо: наша королева такая красивая, в неё все влюбляются, а я такая серая, позорная!!! − тут она зарыдала так громко и отчаянно, что дверь открылась, и из комнаты выглянул лорд Фин. Под его взглядом фрейлины затрепетали и смолкли. Канцлер-страж молча закрыл дверь, Элиза протянула Клерии розовый платок, а Диана закатила глаза.

− О боже, опять у Исоны истерика! Ну почему здесь нет нормальных фрейлин, а сплошной детский сад! Своим нытьём ты себе красоты не добавишь, так что смирись с этим и перестань меня раздражать. Всё! Надоело с вами нянчиться и вытирать сопли. Где моя шляпа? − она встала с места и вышла в коридор.

Во фрейлинских Диана столкнулась с молодым пажом, всюду сопровождавшим короля Лорита. Паж смущённо поклонился и хотел пройти мимо, но Диана опытной рукой схватила его за плечо и развернула к себе.

− Куда спешишь, мальчик? Тебе сюда нельзя, это женские комнаты.

− Извините, мадемуазель, меня просили передать записку для миледи Торн.

− Кто? − заинтересовалась Диана. Записочки просачивались к Торн уже не первый раз, и это срочно требовалось взять под контроль.

− Это строжайшая тайна!

− Дай сюда, я сама передам ей.

− Но я не могу, − мальчик прижал руки к груди.

− Мы скоро уезжаем, так что другого шанса у тебя не будет, − Диана так доверительно улыбнулась ему, что паж растаял и протянул ей надушенный конвертик.

− Пожалуйста, не говорите никому, что я ношу письма, − трогательно попросил он.

− Я не скажу, малыш. А теперь иди, иди!

Спровадив мальчишку, она зашла в свою комнату и распечатала послание; пробежав глазами письмецо, подписанное "Принц ***", Диана Саем ухмыльнулась.

− Свидание в саду, как мило! Да ещё и с принцем. Повезло нашей куколке. Не сходить ли вместо неё?

В дверь постучали. Диана спрятала письмо в декольте и вопросительно изогнулась на стуле.

− Миледи Саем? − в дверном проёме показался хмурый и озабоченный начальник королевской охраны. − Через десять минут королева отправляется в столицу. Прошу Вас и других фрейлин впредь не оставлять Её Величество одну.

− А если мадонне захочется побыть в одиночестве? − поинтересовалась девушка.

− Немедленно сообщите мне о подобных желаниях королевы.

− Слушаюсь, капитан! − Диана прищёлкнула каблуками и вытянулась в струнку. − Ещё приказания?

− Это не приказ, а напоминание, − резко ответил Антоний Волк. − В следующий раз я не стану объяснять, что входит в обязанности фрейлин, а попрошу мадам Инсару выпороть вас, − с этими словами он развернулся и вышел прочь. Диана слегка оторопела, потом состроила гримасу и пошла к фрейлинам − напоминать про обязанности.

Небо над равниной было хмурым, сплошь затянутым плоскими серыми тучами. Таким же хмурым было лицо Евы-Марии, когда она появилась на крыльце замка Клён. Голубое шёлковое платье, причёска без особых претензий явно не улучшили её настроение. Насупившись и не отвечая на приветствия, она прошла по белому ковру и с помощью Волка уселась на лошадь. Придворные были готовы к отъезду, но в целом народу собралось немного, едва ли треть: большая часть гостей уже выехала в столицу, чтоб поделиться с родственниками и знакомыми свежими новостями, остальные тешили себя надеждой, что пообедают в замке, не желая совершать прогулку верхом на пустой желудок. Не видно было пёстрых одежд короля Ардскулла и щеголеватых пиранийских камзолов; республиканцы отбыли ещё на рассвете, и лишь небольшая группа гостей с Пораскидов пожелала сопровождать королеву Эридана.

Лорд Кельвин произнёс положенные прощальные речи. Паж обнялся с отцом, а гофмейстерина спросила, куда пропала прелестная миледи Кельвин, на что лорд сбивчиво объяснил, что-де его дочь чувствует себя неважно и просит извинить её отсутствие. Ева-Мария раздражённо фыркнула и велела пажу ехать. Проезжая мимо ворот, она услышала язвительный голос Лотара:

− Это что, стало традицией − морить гостей голодом?

− Некоторых можно и заморить, чтоб поменьше рот открывали, − не оборачиваясь бросила королева.

− Промотали приданое, а лавочники в долг не отпускают? − он вскочил на коня и подъехал ближе, с явным намерением позубоскалить всласть. Лицо его покрывали глубокие борозды царапин, но Ева-Мария не видела этого безобразия.

− А Вам-то что? Если не нравится, можете вернуться обратно в свой Гебет.

− Я ведь просил быть повежливее со мной, крошка. Нежелание прислушаться к советам называется простое, женское, неисправимое упрямство.

− Ступайте к тем, которые Вас слушают, у Вас их много! − разозлилась Ева-Мария.

− Но заигрывает со мной только одна, − с ухмылкой произнёс принц.

Вместо ответа принцесса скорчила презрительную мину и подхлестнула скакуна.

− От меня так просто не убежать, − сказал он, снова поравнявшись с ней.