Праксис - Уильямс Уолтер Йон - Страница 270

Жюльен снова хмыкнул. Комиссар, давно знающая Бакши лайонка, общалась с ними на взаимовыгодной основе. Скоро наверняка выяснится, что многие досье пропали.

Трани выслушала отчеты о запасах антиматерии и энергии, об экономическом положении и вопросах безопасности. Сула делала пометки на настольном компьютере.

Часть из них ушла в Министерство мудрости. Пока леди Трани занималась правительственными докладами, Министерство передавало новость о смене губернатора, сопровождая ее краткими биографиями Сулы и леди Трани. Всем стало ясно, что во время наксидской оккупации Трани пряталась.

Также отмечалось, что амнистию могут отменить, а вопрос о медалях будет решать кто-то, просидевший всю войну в Кайдабале.

Ничто не могло сказаться хуже на популярности нового губернатора.

"Это станет тебе уроком", — подумала Сула. Будь времени и сил побольше, она преподала бы Трани еще несколько, и очень даже возможно, что торминелка приняла бы точку зрения Сулы.

Но времени не было, и определенно не было сил. Значит, пусть уроками занимаются другие.

После совещания Сула ушла с Жюльеном.

— Позаботишься обо всём? — спросила она его.

— Положись на меня, — ответил он с холодной улыбочкой.

"Милорд, правление нового губернатора продлилось два дня, прежде чем ее убили во время бунта, — доложила Сула Торку. — На данный момент детали неясны, но, кажется, выступая перед горожанами, губернатор посчитала нужным пригрозить толпе, сказав, что любой, кто сотрудничал с наксидами, будет наказан. Боюсь, угрозы оказались неверным ходом. — Она посмотрела в камеру и справилась с желанием пожать плечами. — Конечно, я прослежу за тщательным расследованием. Официальная видеозапись события, вероятно, уничтожена, но, может быть, что-то найдется".

Она вернулась в кабинет командующего Основным флотом с его потрясающим видом на Нижний город. Техники уже меняли пароли ко всем компьютерным файлам. На столе вновь стояла китайская ваза.

"Я еще раз пересмотрела ваши сообщения для леди Трани, — продолжила Сула, — и вынуждена согласиться, что военному губернатору не годится быть лейтенантом. — Она не могла скрыть торжество, чувствуя, как поднимаются в улыбке уголки губ. — По-моему, меня должны повысить по меньшей мере до капитана. Мне в моем положении понадобятся все преимущества этого звания. Народ уже избавился от двух правительств, не устроивших его, и мне не хочется, чтобы это вошло в привычку".

"Пока это не понадобится мне лично", — мысленно оговорилась она.

Завершив сообщение угрозой, ядовитой, словно жало скорпиона, Сула взяла стоящую на столе чашку чая и повернулась к окну полюбоваться Нижним городом. Горячий чай пах кардамоном, и она, как любила, добавила в него сгущенки.

"Иногда надо на всё плюнуть", — подумала Сула. Она могла поставить всё на карту, потому что результат ее не волновал.

Возможно, ее обвинят в заговоре с целью убийства леди Трани.

Возможно, леди Трани всего лишь первый губернатор из тех, что ей придется убить.

Возможно, ей даже дадут звание капитана. Она готова и к такому сюрпризу.

Торк показал, что урок, преподанный Сулой, не прошел зря, и присвоил ей капитанское звание, хотя и не смог заставить себя сообщить об этом лично, поручив это одному из штабных офицеров. Сула заказала портному новую форму.

Знание компьютерной системы Управления госрегистрации пришлось как нельзя кстати. Были придуманы убийцы, их имена объявили в средствах массовой информации, а полицию послали на поиски.

Сула решила сохранить свой доступ в Управление госрегистрацией и после отставки с должности губернатора. Очень уж полезное знание.

Только сейчас она с удивлением обнаружила существование еще одной лоялистской сети, о которой даже не подозревала.

После разрушения кольца Заншаа, на обломках остались небольшие разведгруппы, месяцами жившие в невесомости, прослушивая эфир и передавая данные Парламенту и Флоту через секретные, не занесенные на карты спутники на дальних концах тоннелей. Сула предположила, что именно через них лорд Торк получал подробнейшие сведения о действиях наксидского флота во время оккупации Заншаа.

Команды попросили Сулу забрать их. Она хотела пойти им навстречу, особенно после того как узнала, что там нет старших офицеров и, следовательно, для нее они безопасны, но чтобы снять их, понадобились бы транспортные челноки, а на планете остались лишь те, что приспособлены под наксидов. Она приказала разведчикам ждать.

Сула подумала, что переоценила леди Трани. Торминелка не докладывала о ней Торку, это делали команды на кольце.

Через два дня после гибели леди Трани, когда на Верхний город падала ледяная крупа, восстановили регулярную связь между Империей и Заншаа. Торк опять послал штурмовые отряды на пространственно-временные станции, но на тех уже не было наксидов, и десантники остались живы.

После долгой изоляции, на Заншаа обрушился поток новостей. Письма, месяцами хранившиеся в отдаленных буферах памяти, рекой полились на коммуникаторы жителей Заншаа, рассказывая о родных и любимых, рождениях и смертях, деньгах и рынках. Столица сходила с ума от радости.

У Сулы почти не было личных сообщений. Пара добрых слов от лорда Дорварда Ли, бывшего клиента клана Сула, чей сын, когда-то бывший ее капитаном, погиб в Магарии. Уведомление о смене адреса от Моргена, выжившего лейтенанта "Дели", произведенного в капитан-лейтенанты.

Два письма от леди Терзы Чен, жены Мартинеса, интересующейся, где сейчас Сула и как она поживает. Терза также обронила, что ждет ребенка от Мартинеса.

Сулу разрывала ненависть. Она стерла сообщения, будто надеясь стереть с ними и Терзу.

Среди новостей мелькнула информация о том, что Парламент назначил лорда Элди новым губернатором Заншаа, он уже два месяца в пути с Ларедо и прибудет в столицу примерно через двадцать дней. Сула поискала сведения о нем в обширных базах данных планеты, выяснив, что этот шестидесятиоднолетний торминел возглавлял парламентский Комитет по энергетике, антиматерии и кольцам. Он разбирался в делах космоса, и его племянник служил капитаном во Флоте, поэтому не исключалось, что он, в отличие от Торка, будет более великодушен к молодому офицеру-выскочке.

Кажется, стоило попытать счастья. Сула отослала ему полный отчет о состоянии дел на Заншаа и краткий перечень своих действий и достижений подпольной армии. К этому она добавила советы по руководству армией с учетом всевозможных интересов.

Такой же доклад, но без приложения, ушел в Парламент и Совет правления Флота. Суле хотелось, чтобы об успехах узнали от нее лично, без посредничества Торка.

К ее изумлению ответ от Элди пришел уже через два дня. Перед камерой в изысканном амортизационном кресле, обитом коричневой кожей и украшенном серебряной фурнитурой, сидел торминел, одетый в простую штатскую жилетку, любимую одежду его мохнатых сородичей, позволяющую избежать перегрева. Он говорил тихо и немного неуверенно. Мех уже начал редеть от возраста. Он напоминал немного потрепанную, но любимую плюшевую игрушку.

"Я на вашей стороне в вопросах, касающихся армии, — сказал он, — и практически согласен со всеми решениями. Я подпишу все находящиеся в моей власти представления к наградам и амнистии. Я считаю, что вы совершили невероятное, и буду рекомендовать Совету правления Флота наградить вас. Не могу не отметить, что вас ожидает блестящее будущее".

Это могло оказаться лестью, смешанной с осторожным расчетом политика, надеющегося выжить, — а может, и нет; но слова были правильными. Сула начала думать, что, вероятно, Парламент не прогадал с выбором.

Узнай Сула несколько дней назад, что кто-то вроде Элди уже в пути, леди Трани осталась бы жива. Возможно, планета потерпела бы ее правление двадцать с небольшим дней.

Но участь Трани занимала далеко не верхнюю отметку на шкале ее сожалений.