Вернувшийся к свету (СИ) - Вэдер Ольга - Страница 64

- Может быть, король, тебя утешит тот факт, что остальные мои воины примут в сражении непосредственное участие? - с еле ощутимой насмешкой спросил дан.

Корет нахмурился. Тон Ардаггера не понравился ему.

- Мы с вами давние враги, - сделав усилие, чтобы говорить спокойно, произнес эльф. - Я ничего не забыл и забывать не собираюсь, однако не станем осложнять отношения сейчас, - он провел рукой по лицу и глухо закончил: - я просто прошу объяснений.

Он глянул на создателя мира.

- Да, мы давние враги, - подтвердил Кэрхед, - но действительно, осложнять отношения значит своими руками выкопать могилу нашему миру, - дан усмехнулся. - Наступило удивительное время, когда мы стали нужны друг другу. Что касается моего приказа, то прошу не беспокоиться. Мне нужен резерв.

Судя по выражению лица Элминара, у того были вопросы, но брат предостерегающе посмотрел на него и, не прощаясь, вышел из шатра. Принц последовал за ним.

Ардаггер сел на стул, устало положил руки на стол, а голову на руки. Тяжело говорить с теми, кого ненавидишь, и кто ненавидит тебя. Века ненависти не сотрешь одним союзом, тем более, неизвестно, сколько времени он продлится и чем все закончится. Впрочем, подумал дан, все встанет на свои места в первом бою.

Опять бой! Ардаггер устал от сражений, а последние спокойные пять лет, проведенные в другом мире, промелькнули незаметно. Дан привык, что не только годы, но и века летят. Время не имело власти над бессмертными, однако усталость накапливалась, и создателю мира казалось, что каждый прошедший год грузом ложится на плечи.

Глаза закрылись сами, дан задремал. Шум, грохот и лязг военного лагеря отодвинулись, затем исчезли. Вместо этих звуков Ардаггер услышал приглушенный голос:

- Здравствуй.

Ему почудилось, что говоривший, вернее, говорившая, поскольку голос был женским, находится рядом. Он попытался открыть глаза и не смог. Странно невыразительный, но до боли знакомый голос заговорил снова:

- Я не думала, что увижу тебя опять.

Ледяная рука беззвучно опустилась на его плечо. Холод обжег кожу через куртку и плотную ткань рубашки. Вздрогнув, дан очнулся. Вскинув голову, он посмотрел на стоящую у стола женщину и вскочил, резким движением сбросив с плеча ее руку.

- Ты?! - выдохнул он. - Нет... не может быть.

Окруженная прозрачным серебристым светом, перед ним стояла Карими.

- Неужели сам Ардаггер произнес "не может быть"? - улыбнулась она. - Ты-то должен знать, что в мире, который ты создал, возможно почти все. Погибшего порой можно оживить, а давно умерший может вернуться.

Дан сделал шаг навстречу, протянул руки и, несмотря на ледяной холод, обнял Карими.

- Не надо, Ардаггер, - отступив, печально сказала она. - Считай, что я воспоминание, становящееся все более смутным. Я не приду больше, темные тропы не пускают меня.

Создатель мира опустил руки. Карими знакомым движением нетерпеливо мотнула головой.

- Я пришла ненадолго, и времени остается все меньше. Ардаггер, любимый мой, я всегда хотела, чтобы ты был счастлив, и не наша вина в том, что мы были вместе недолго. Я знаю, что ты встретил девушку, - серебристый свет начал меркнуть, - и она похожа на меня. Я не хочу, чтобы она повторила мою судьбу, поэтому пришла, чтобы предупредить тебя! Когда вы будете в Оннелане, не оставляй Леми одну. Запомни это.

Свет становился слабее, призрачный силуэт растаял. Дан рванулся вперед, но, сильно ударившись о стол, открыл глаза и ухватился за столешницу, чтобы не упасть. Первой мыслью было: "Приснилось!", но руки хранили ощущение холода, а в ушах настойчиво звучали последние слова. Ардаггер прошептал:

- Спасибо, Карими.

С вершины холма Леми обратила внимание на глубокий и широкий ров, вырытый  там, где дорога выходила из долины. У рва стояли две белоснежные лошади, которые могли принадлежать Харстэю и Раймору. Обернувшись к Бартогу, Леми поинтересовались, что делают там оба саанара.

- Мираж, естественно, - ответил оружейник между двумя глотками из фляжки. - Им надо сделать так, чтобы все выглядело, будто там ровная местность.

За рвом и на легком дощатом мосту, переброшенном над ним, суетились стрелки. По ту сторону рва спешно устанавливались щиты, которые тщательно маскировались. Некоторые солдаты спорили, указывая то на ров, то на холмы. Кое-то проводил пристрелку.

Местность внезапно начала меняться, словно на ров натягивали маскировочную сетку: край, находившийся ближе к Миннионским холмам, стал неотличим от ровной поверхности. Противоположный край слился с буро-зеленой трясиной.

- Все готово! - услышала Леми бас подошедшего Картана. - Наши дозорные видели их разведчиков.

Прислушиваясь к разговору, Леми не переставала наблюдать и за происходящими в долине изменениями: ров будто затягивался, становясь все уже и уже. Девушка понимала, что он остался на месте и никуда не делся, но наблюдать за магией саанаров доставляло большое удовольствие. Работа была проделана мастерски - ни один глаз не нашел бы той черты, где заканчивалась ровная местность и начиналась глубокая яма-ловушка. Леми начала понимать замысел Ардаггера: долина становилась одним большим капканом.

Девушка представила себе что будет, когда вражеская армия войдет в долину. Слева на многие мили простирается топь, справа - холмы, на которых установлены мощные боевые машины, а у подножий выстроились эльфийские стрелки, впереди - ров, за которым стоят лучники и арбалетчики. Последних обучал Шайни, так что стреляли они без промаха. Остается лишь отступать по той дороге, по которой вражеская армия пришла сюда, и если Ардаггер сумеет перекрыть путь к отступлению, враги окажутся в мешке.

- Когда они подойдут? - не оборачиваясь, спросила Леми.

- Завтра к рассвету, - сказал Чекан. - Если захотите посмотреть, то... - он подошел и остановился у правого стремени Лаклато. - То вон оттуда будет видно все, - и богатырь указал рукой.

Леми глянула туда, куда он показывал, и увидела высокий холм, наверное, самый высокий из всех Миннионских холмов. Его вершина возвышалась над лесом, однако, как ни всматривалась девушка, она не заметила на нем ни одной машины Бартога. Обратив внимание на склоны, Леми поняла, в чем дело: они оказались слишком круты, чтобы можно было втащить туда орудия. Впрочем, холм этот располагался за основной цепью холмов, на порядочном расстоянии от них, и даже если бы на нем стояли машины, то их снаряды могли поразить своих: они вряд ли долетели бы до долины.

- Спасибо за совет, Картан, - поблагодарила Леми и развернула Лаклато. - Я им воспользуюсь.

Ночью лагерь пришел в движение. Ардаггер заранее определил позиции солдат, и командиры за два часа расставили своих людей по местам в полной тишине и без суеты. Дан и саанары остались довольны работой.

Вражеские разведчики обшарили долину, не заметив ничего подозрительного: миражи стали великолепной маскировкой. Ардаггер объяснил Леми, что разведчики увидели редкий лесок да приземистые холмы, за которыми простиралась вековая чаща.

Уставший за день Харстэй спал в шатре Хозяина. Девушка не стала его тревожить, а решила пораньше приехать на вершину того холма, о котором говорил Чекан. Она удивилась, обнаружив на холме Брана. Волк сидел, насторожив уши, и поглядывал по сторонам. Неполная, но яркая луна хорошо освещала его.

- Ты что здесь делаешь? - шепотом спросила Леми, спрыгнув со спины Лаклато.

- Вы хотели увидеть бой? - произнес Бран. - Так вот, я тоже хотел бы посмотреть.

Леми бросила на траву потник, седло приспособила как спинку и устроилась с максимальными удобствами. Взглянув на Хозяйку, Бран заметил:

- Вы освоились с походной жизнью.

Девушка усмехнулась:

- Последнее время я начинаю забывать о спокойной жизни в доме под крышей. Но надеюсь, что придет час, когда я начну забывать об этой жизни.

Вздохнув, зверь пересел поближе, затем лег и положил морду на лапы. Он смотрел на Леми, а его глаза светились двумя яркими зелеными огнями. Девушка протянула руку и провела ладонью по мягкой шерсти на голове Брана. Тот прижал уши, однако не отстранился от гладящей руки.