Катализатор (СИ) - Демидова Мария - Страница 70

— Извините, я…

Илона заключила её в объятия, не дав договорить. Грэм последовал примеру жены, так что Джин почувствовала себя завёрнутой в уютный кокон тепла и благодарности.

— Здравствуй, дочка, — улыбнулся отец Эша.

Краска с новой интенсивностью прилила к щекам Джин. Пытаясь скрыть смущение, девушка перевела взгляд на оружейника.

— Ты обещал прыгать на одной ножке, — ехидно напомнила она.

Эш обвёл взглядом вестибюль. Несколько человек у кассы, скучающая гардеробщица, Рэд, сбежавший от назойливого учёного, разговаривает о чём-то с Антонией из экскурсионного бюро…

— Вы на корню загубите мою репутацию, доктор Орлан, — патетично заявил оружейник. — Я серьёзный человек, в конце концов! Целым фондом заведую…

— …добропорядочным коллекционерам угрожаю… Куда уж серьёзнее?

Джин удивлённо взглянула на Илону Скай. Она только сейчас заметила, насколько мать Эша изменилась за прошедший год. Распрямились плечи, взгляд сделался спокойным и твёрдым. Илона словно помолодела на десять-пятнадцать лет. И ироничный прищур ей очень шёл.

— Добропорядочным — не угрожаю, — отбил подачу Эш. — Только тем, кто хочет нагреть руки на наивности излишне молодого фондохранителя.

— Излишне молодых не бывает, малыш, — заметил Грэм, всё ещё с любопытством косясь на Рэда. — Возраст — дело наживное. От него всё равно никуда не денешься.

— Мы, наверное, отвлекаем тебя от работы, — предположила Илона, обращаясь к сыну. Уходить не хотелось, но назойливость увлечённого мужа, нашедшего неожиданную точку приложения своего научного интереса, грозила обернуться неловкостью, а то и ссорой с приятным и на удивление терпеливым человеком. — Мы пока поедем в гостиницу. Увидимся вечером, хорошо?

Она легко, но настойчиво потянула Грэма за плечо.

Эш удивлённо вскинул брови.

— Стоп. В какую ещё гостиницу?

Слова родителей о том, что они не хотят быть навязчивыми, стесняя сына в небольшой квартире, и прекрасно разместятся в одном из уютных зимогорских отелей, были оставлены без внимания.

— Вы и так здесь ненадолго, а я, в конце концов, тоже соскучился, — вполне искренне заявил Эш. — Тем более что прошлая встреча как-то не задалась.

Прежде чем выйти на улицу, Грэм снова решительно взглянул на музейного охранника. И вдруг разразился резким, рокочущим набором звуков, который при достаточной доле фантазии можно было принять за фразу на языке, не рассчитанном на речевой аппарат обычного человека. Рэд вздрогнул и обернулся. На его лице проступило сложно читаемое выражение, заставившее тревожно напрячься даже Эша, успевшего, как ему казалось, познакомиться с главой службы безопасности достаточно близко. Губы охранника дрогнули, искривились. Пару секунд он боролся с собой, но всё же не справился. И рассмеялся неудержимо, громко, заразительно. Задыхаясь от хохота, он в изнеможении рухнул на ближайшую банкетку.

— Извините, — пробормотал Рэд, понемногу успокаиваясь. — Пожалуйста, извините. Я отвечу на любые ваши вопросы, только никогда больше так не делайте. Особенно если заподозрите, что встретили выходца с диких островов. Сожрут с перепугу.

Родители Эша действительно приехали ненадолго. У Грэма заканчивался отпуск. Илону, востребованного частного адвоката, ждали клиенты. Всю неделю, проведённую в Зимогорье, они почти не спали. Хотелось вдоволь нагуляться по городу, наговориться с сыном, а Грэму — ещё и удовлетворить научный интерес, общаясь с Рэдом.

На третий день, вернувшись с прогулки, Илона услышала звон металла. Казалось, в квартире устроили дуэль. Заглянув в гостиную, женщина обнаружила, что нет, не казалось. Сдвинув к стене небольшой стол, Эш и Джин кружили по просторной комнате со шпагами наголо. Роскошно украшенные ножны старинного оружия остались висеть на стене. Тонкие стальные лезвия блестели в падающих из окна солнечных лучах.

Не то чтобы Эш был заядлым фехтовальщиком, но он всегда учился пользоваться любым оружием или артефактом, попадавшим ему в руки. Именно эти разнообразные умения, а вовсе не сами предметы, составляли главную его коллекцию. Фехтованием Эш занимался пару лет, ещё будучи подростком. Серьёзного увлечения из этого не вышло, но навык, похоже, остался. Сейчас Эш в основном защищался. Джин атаковала. Энергично, азартно, напористо. Глаза горят, волосы рыжим пожаром взметаются в такт движениям, амулеты отзываются на выпады едва уловимым мерцанием. Приколдовывает? Или это адреналин высекает из поля искры?

Шаг. Выпад. Звон. Блок. Шаг. Уклонение. Шаг. Выпад. Звон. Ещё раз. Ещё.

Эш всё-таки ошибся. Клинок скользнул вдоль чужой шпаги, не отведя удара. Страховочный амулет, прикреплённый к гарде и служивший как сохранению исторического оружия во время боя, так и обеспечению безопасности противников, сработал идеально. Энергетический буфер легко толкнул Эша в грудь раньше, чем металл коснулся тела. Казалось, что остриё шпаги наткнулось на доспех.

— Ты точно решила от меня избавиться, — усмехнулся Эш, опуская оружие и переводя дыхание.

— Так страховка же…

Джин выглядела одновременно смущённой и довольной. Победа над учителем ласкала самолюбие.

— А если бы страховка не сработала?

Она дёрнула плечами, представив.

— И увезли бы меня отсюда с дырой в груди. И хорошо если в больницу, а не…

— Хватит. — Джин смотрела на него с детской смесью обиды, злости и раскаяния во взгляде. — Я поняла. И кончай улыбаться так, будто это смешно.

— В том-то и дело, что не смешно. — Эш снял с оружия амулеты, вложил шпаги в ножны. — Если не хочешь убивать — не рассчитывай, что сработает страховка, или что противник отразит удар. Главное решение всегда принимаешь ты. Так что не увлекайся. Самоконтроль, помнишь? Ради чего мы всё это затеяли?

— Чтобы я училась контролировать эмоции и через них — силу, — тоном прилежной школьницы ответила Джин.

— Вот именно. А ты, кажется, не слишком стараешься.

«Это потому, что у меня больше нет неконтролируемой силы, — подумала Джин. — Твоя «чёрная дыра» — надёжный предохранитель. Правда, тебе не стоит об этом думать».

«Контроль над эмоциями — шаг к победе над беспричинным страхом, чучело, — подумал Эш. — Даже если из-за меня у тебя больше нет неконтролируемой силы».

«А что если ты действительно угодишь в больницу, родной?» — подумала Илона Скай. Подумала и произнесла вслух.

— Что если с тобой что-то случится?

Эш посмотрел на мать с недоумением.

— Что-то настолько серьёзное, что потребуется диагностика поля, — пояснила Илона.

Он пожал плечами.

— Диагностика — добровольная процедура. Я могу от неё отказаться.

— А если ты будешь не в том состоянии, чтобы тебя спрашивали? — О подобном не хотелось даже думать, но профессиональный опыт уже подкидывал ситуации, в которых с человека без его согласия имеют право снять все амулеты.

— Слишком много «если», мам, — улыбнулся Эш. — Вот если случится, тогда и будем думать.

Джина не спешила его поддержать. Потому что Илона была абсолютно права.

— Если случится, думать будет поздно, — твёрдо сообщила миссис Скай. Достала из ящика стола стопку бумаги, положила перед сыном листок и ручку. — Мы не можем остаться в Зимогорье, чтобы в случае чего ставить подписи под официальным запретом. Нужно подстраховаться. Так что садись и пиши. Под диктовку.

В её тоне звенел металл. Очень знакомо звенел.

«И правда — никуда наследственность не спрячешь», — мысленно усмехнулась Джин.

— И ты тоже пиши, — обратилась к ней Илона, положив на стол ещё один лист бумаги.

— А это зачем? — нахмурился Эш.

— На случай если что-то случится со мной, — ответила вместо Илоны Джин. — Мне тоже нельзя снимать браслет, помнишь?

— Бред. Ты полностью контролируешь моё поле. Если с ним что-то будет не в порядке, сможешь без чужого вмешательства адекватно оценить степень опасности и принять решение. Но в обратную сторону это не работает. Если с донорским полем что-то случится, я могу не заметить. И без диагностики всё равно будет не обойтись. Ты сильна, но не неуязвима. Нельзя так рисковать…