Выбор за тобой (СИ) - Воронина Алена - Страница 18

Глаза мага на мгновение сузились, но ответ похожу его удовлетворил.

— Маг Крассис Вастранин к вашим услугам, госпожа. К сожалению не лекарь, а то с удовольствием бы предложил свои услуги. Я пока к вашей честной компании присоединюсь, мне тоже надо в столицу.

— Странно, что пешком? — послышалось с облучка Кардиша.

— К сожалению, уважаемый, семейное состояние имеет свойство кончаться, вот и иду работу искать, — выдал маг.

— Вас главный зовет, просит к нему подойти, — прохрипел подбежавший охранник с головы обозы.

— Госпожа не желает присоединиться? — Крассис опять блеснул кошмаром стоматолога.

Я покачала головой, сказав, что стараюсь держаться знакомого семьи и ткнула пальцем в Кардиша, тот мрачно кивнул. Вот мужик же толковый попался! И оба мага удалились в сопровождении охранника А я вздохнула с таким облегчением, да так громко, что на меня обернулись и Фет, и Кир, и даже Кардиш с Плюшей.

Путь телег к тому времени пролегал по лесу со странным названием Сычевой. Жара и мошкара донимали просто ужасно, Кардиш авторитетно заявил, что завтра будет большая деревня. Ура! Я себя чувствовала просто поджаренным овощем и уже загнившим, с набором всех возможных паразитов. На мое счастье на ночлег остановились засветло, и я облегченно свалившись, уж простите за честность, с лошади, достала и сумки запасное платье, привязала Плюшу и, сообщив Кардишу, что пошла искать кустики, нырнула в лес, на что мне вдогонку покричали, чтобы под ноги смотрела.

Клад с приходом мага переместился в начало обоза и сейчас вовсю кашеварил на образовавшейся стоянке. Блондинчика видно не было.

Я — житель очень большого города, поэтому, леса для меня неизведанная территория. И звуки тут совсем по-разному разносились. На сколько не отойди, все равно казалось, что все видят, и все всё слышат.

Через пару десятков метров моего путешествия обнаружился маленький родничок, бивший из земли, конечно, умываться из лужи то еще удовольствие, особенно с учетом того, что вода даже в жару ледяная, но выбора не было. Провозившись с полчаса, я переоделась в свежее платье и, накинув плащ, пошла обратно. Начало смеркаться, и я, призадумавшись о своем нелегком житье- бытье, споткнулась о корень, торчавший из земли, по инерции схватившись за ветку, однако та явно не на меня рассчитана была, и я, взмахнув руками, кубарем покатилась в небольшой овраг, который прятался за кустами колючей ягоды, так что, еще и руки поцарапала.

Пискнула я от неожиданности только на самом дне оврага, когда обе ноги погрузились в мутную жижу. Ругалась шепотом, но всем известным мне матом. Мои чуни-сапоги, выданные семейством Лаври, завязли в этой жиже, и чтобы не утопить ненароком, сначала пришлось выдернуть одну ногу осторожно, а потом… А потом я уже ничего не могла, жижа зашевелилась, и выросло на пару метров над поверхностью мохнатое щупальце. Я была в таком ужасе, что застыла и смотрела, как оно безошибочно рвануло к моей не освобожденной ноге и, обхватив ее, погрузилось в лужу, потащив меня за собой.

Успев только пискнуть, я моментально ушла с головой в зловонное болото, щупальце тянуло и тянуло вниз, будто там не было дна, я забилась, но плотная масса вокруг не давала сделать должного толчка. Грудь сдавило. Безумно хотелось вдохнуть, а это была верная смерть.

Вот так попасться!

Я отчаянно лягалась, попадая больше по собственной ноге, но все же попала по врагу пяткой, а может просто повезло, щупальце разжалось, и я точно сквозь кисель пыталась продраться к поверхности. Рука уже почувствовала свободу от этой гадкой каши. Но в следующий момент мы с, как оказалось, подкрадывающимся и не ожидавшим такой подставы тентаклем взлетели вверх, будто подбросило взрывной волной. Пара секунд невесомости дала возможность судорожно протереть лицо от грязи, открыть глаза и обозреть картину в деталях, не иначе как благодаря адреналину.

На берегу стояли Клад, охранник и, собственно, тот, кто этот неоплачиваемый полет мне и устроил.

Крассис, сложив руки на груди, являл собой изваяние, полное спокойствия и презрения к моей жалкой персоне. Мысль, что я к лекарям, лечащим от тупости, направляюсь, была им прекрасна передана приподнятой бровью и уголком губ. В итоге щупальце подумало и удалилось в глубину лужи, откуда собственно и торчала только его часть, а меня выбросило на берег к ногам блондина. Если честно, я была счастлива, ибо умирать как-то не планировала, а ведь скорее всего я не опередила бы тварь, и она уволокла бы жертву вглубь уже безвозвратно. Я закашлялась, пытаясь избавиться от пустоты в легких, отвратительного привкуса болота и страха во рту.

Маг поднял руку, и Клад с охранником почему-то тихо попятились и скрылись в зарослях.

— Госпожа не знает про трясину? — послышался мне сквозь шум в ушах холодный надменный голос, да, в первую встречу он мне нравился больше.

— Теперь знает, — отплевываясь, прокаркала я. Меня начало колотить от пережитого ужаса.

— Раздевайтесь!

— Что? — я даже кашлять перестала.

Он спорить не стал, подошел и, схватив за ворот платья, рванул на себя, ткань послушно разошлась по швам. Я осталась стоять в одном лифчике и трусиках, которые он, не задумываясь, отправил туда же. Плащ остался в луже. А потом на меня обрушился поток теплой воды, смывая грязь, но мне как-то было не до этого, разглядывая из-под слипшихся волос этого ублюдка, подумалось, что я, конечно, не магиня, и прав никаких не имею, но это перебор! В моем мире ты бы сел, гад! На пятнадцать суток точно! Я уж молчу про моральную компенсацию!

Поток воды был такой силы, что я еле удержалась на ногах.

— Так-то лучше, госпожа, — заявил этот… этот… — За одеждой, полагаю, дойдете сами. Возьмите мой плащ.

А я вдруг поняла великую вещь, а мне по барабану, что я голая.

— Спасибо вам за заботу о нас жалких, — злобно выплюнула любимую фразу Лаври ему в лицо и, откинув назад его протянутую с плащом руку и мокрые волосы, гордо голышом прошлепала мимо. В конце концов, чего он там не видел у баб. Сисек или задницы? Я думаю, их в его жизни было предостаточно, если он, конечно, не склонен к мальчикам, а то блондины — они такие.

Сзади послышался хмык, я швырнула, не глядя, на звук комок грязи со склона, конечно, не попала, потому что вскоре пришел второй хмык, но сверху откуда-то.

— Чтоб тебе на том свету провалиться на мосту, спаситель хренов, — выдала я на родном русском.

Кое-как выбравшись из леса (слава Богу, промокшие насквозь башмаки хоть при мне остались) я наткнулась Кардиша, тот стоял спиной к лесу и держал в вытянутой руке мою сумку. В тот момент я прониклась еще большей благодарностью к этому мрачному человеку. Быстро одевшись и вымыв ноги из фляги, гордо подошла к костру, у которого уже стояла и лыбилась белобрысая магическая мужская особь, и, удостоив, его нижайшим реверансом заявила, не поднимая головы: 'Хочу вас еще раз поблагодарить, лорд господин маг, за вашу доброту и за спасение моей жалкой жизни. Прошу простить за то, что от пережитого не смогла себя держать в руках и кинула в вас грязью, еще раз прошу прощения'.

Слова честно просила дословно мне повторить Клада, раз пятьдесят, заучила как стих. И, даже не смотря в его сторону, улеглась, расстелив покрывало, завернулась в плащ, выданный Кардишем. И хорошо, иначе бы увидела, как почернели и стали, точно два бездонные колодцы с алыми всполохами, глаза мага.

Глава о страхе

— Юр! Боги, да что же это?! Риан, пожалуйста, пожалуйста, помоги! — Дея рыдала навзрыд, прижимаясь к груди мужа.

От увиденного ее трясло. Юрао Найтес больше не был собой. Тем, кто умудрялся шутить в самые тяжелые моменты, кто находил выход из безвыходных ситуаций, кто стал Дее больше чем другом или партнером по бизнесу, он стал частью ее семьи, ее сердца.

А теперь это был лишь призрак. Невозможно было предположить, но черная кожа способна бледнеть, а прекрасная золотая шевелюра тускнеть, он превращался в старичка с каждой минутой, будто для него время ускорилось в сотни раз.