Ошимское колесо (ЛП) - Лоуренс Марк - Страница 15

Я прошёл почти полпути до уровня Омега на вершине башни, и, обильно потея, остановился, чтобы восстановить дыхание. В течение года здесь председательствуют по очереди четыре грандмастера ордена, и я надеялся, что нынешний глава вспомнит меня и мои связи с троном Красной Марки. Лучше всего, если б им оказался Каласиди, поскольку именно он организовывал моё обучение. Если повезёт, то матемаги организуют мне проезд домой, а может даже рассчитают безопасный маршрут.

– Ялан Кендет. – Это был не вопрос.

Я обернулся и увидел, что позади меня на лестнице стоит Юсуф Малендра, закутанный в белый халат, блистая чернозубой ухмылкой на шоколадном лице. В прошлый раз я видел его в Умбертиде, в фойе Золотого Дома.

– Говорят, с матемагами случайностей не бывает, – сказал я, вытирая лоб. – Вы вычислили место и время нашей встречи? Или просто вас сюда привело окончание ваших дел во Флоренции?

– Последнее, мой принц. – Казалось, он искренне рад меня видеть. – Но у нас действительно имеются вычисления, и это было самым радостным. – Позади него по лестнице, пыхтя, поднимался студент.

Внезапно мне пришла в голову мысль: образ белого тела, чёрной одежды, изломанного и подвешенного на Воротах Мира под пустынным солнцем. – Марко… это ведь был Марко, не так ли?

– Я…

– Ялан? Ялан Кендет? Не верю своим глазам! – Из-за плеча Юсуфа высунулась голова – широкая, тёмная, и с такой широкой ухмылкой, что казалось, она растянулась до ушей.

– Омар! – Только увидев ухмыляющееся лицо Омара Файеда, седьмого сына калифа, я знал, что мои испытания окончены. В Вермильоне Омар был одним из самых преданных моих компаньонов, и всегда любил поразвлечься. Пил он, конечно, слабо, зато его любовь к азартным играм затмевала даже мою, а его карманы были глубже, чем у любого известного мне молодого человека. – А теперь скажите ещё, что это было совпадение! – сказал я Юсуфу.

Матемаг развёл руками.

– Вы не знали, что принц Омар вернулся в Хамаду продолжать своё обучение в Матеме?

– Ну… – пришлось признать, что я знал.

– Говорили, что ты умер! – Омар протиснулся мимо Юсуфа и положил руку мне на плечо. Поскольку он короче меня, то ему пришлось тянуться – приятная перемена после того, как я столько времени пробыл в тени Снорри. – Тот огонь… я им не верил. Я пытался провести вычисления, чтобы это доказать, но, хм, это нелегко.

– Рад, что избавил тебя от стараний. – Я почувствовал, что ухмыляюсь в ответ. Приятно было снова оказаться с людьми, которые меня знают. С другом, которому было настолько не наплевать, что он попытался выяснить, что со мной случилось. После… – сколько бы там ни длилось путешествие по Аду, – всё это внезапно казалось немного ошеломительным.

– Пойдём. – Я бы разрыдался перед ними на лестнице, но Юсуф избавил меня от этой неловкости. Он провёл нас на полдюжины ступеней вниз к двери на уровень Лямбда, потом по основному коридору и впустил в маленькую комнату.

Мы сели вокруг полированного столика. Комнатка была тесной, и к тому же заваленной свитками и толстыми томами в кожаных обложках. Юсуф взял стоявший на окне серебряный кувшин и налил из него три крошечные чашечки очень крепкого кофе.

– Мне надо попасть домой, – сказал я, поморщившись от глотка кофе. Не было смысла ходить вокруг да около.

– Ты где был? – спросил Омар, всё ещё улыбаясь. – Выходит, сбежав из огня, ты отправился на юг? Почему на юг? Зачем притворяться мёртвым?

– Так получилось, что я в спешке отправился на север, но дело в том, что я был… отрезан от мира… примерно… хм. А какой сейчас год?

– В смысле? – Омар озадаченно нахмурился.

– Сейчас девяносто восьмой год Междуцарствия, десятый месяц, – сказал Юсуф, пристально глядя на меня.

– Значит, примерно… хм… – Признаться, к моему стыду, мне нелегко было вычита́ть в присутствии мастера матемага в Матеме. – Примерно, чёрт! Несколько месяцев, почти полгода! – Полгода, неужели? С одной стороны, казалось, что прошло две полных жизни. С другой, если взглянуть на то, что на самом деле случилось, то все события легко можно было уместить в неделю.

– Келем! – Выпалил я, ещё не решив, благоразумно ли это. – Расскажите мне о Келеме, и о банкирских кланах.

– Влияние Келема на кланы разрушено. – Руки Юсуфа шевелились на столе, пальцы дёргались, словно он сдерживался, чтобы не начать записывать переменные и балансировать уравнения новой информацией. – Вычисления показали, что он утратил материальную форму.

– Что это значит? – спросил я.

– А вы не знаете? – Судя по левой брови Юсуфа, он мне не верил.

Я подумал об Аслауг и Баракеле, вспомнив, как дочь Локи бушевала против Келема, когда я её освободил, и боль в чёрных глазах, когда я позволил Каре прогнать её обратно во тьму.

– Зодчие отправились в мир духов…

– Некоторые, – сказал Юсуф. – Немногие. Они воспользовались изменениями, которые принесли в мир, когда повернули Колесо. Одни сбежали в иные формы, когда плоть предала их. Другие скопировали себя в машины Зодчих и существуют теперь в форме эха давно мёртвых мужчин и женщин. Зодчие, оставившие свою плоть, некоторое время были словно боги. Но когда люди вернулись на земли запада, их ожидания стали хитрой ловушкой. Духи Зодчих попались в капканы мифов. Каждая история разрасталась вокруг ду́хов, усиливалась ими же, и вплетала их в полотно верований, которое одновременно создавалось ими и захватывало их. И в конце концов они уже перестали помнить то время, когда были не теми, кем, как верят люди, они являются теперь.

– А Келем? – Меня сейчас беспокоил именно он. – Может он вернуться? Будет ли он помнить… хм, что произошло?

– Ему понадобится время, чтобы собраться. Келем был присягнувшим камню. Если он не умер должным образом, то через некоторое время он попадёт в землю. И да, он будет помнить. Пройдёт много времени, прежде чем история захватит его в ловушку. А может, этого никогда и не случится, если он осозна́ет опасность.

Я уставился на каменные стены вокруг нас.

– Мне нужно…

Юсуф поднял руку.

– Присягнувшие камню действуют медленно. Потребуется много времени, прежде чем Келем снова явит миру своё лицо, и этого времени у него нет – ни у кого из нас его нет. Мир трещит по швам, принц Ялан. Колесо, которое Зодчие повернули, чтобы изменить мир, не остановилось, и пока оно свободно крутится, эти изменения будут нарастать и в масштабах и в скорости, и, в конце концов, не останется ничего из того, что мы знаем. Мы – поколение слепых, идущих к обрыву. Келем не ваша забота.

– Синяя Госпожа… Мёртвый Король. – Не хотелось произносить эти имена. Мне отлично удавалось не думать о них с тех пор, как я сбежал из Ада. На самом деле если бы тот проклятый джинн не вызвал мои воспоминания, то я, может, никогда бы и не задумался обо всём путешествии и о бедном Снорри. – О них мне следует волноваться?

– Именно. – Юсуф кивнул.

Омар лишь выглядел ещё более озадаченно и беззвучно прошевелил губами: "кто?".

– Что ж. – Я откинулся на стуле. – Всё это от меня не зависит. Я хочу лишь вернуться домой.

– Эта война, и ваша бабушка сражается на ней. – Юсуф говорил тихо, но слова казались неприятно вескими.

– У Красной Королевы есть война, и пусть она себе её ведёт, – сказал я. – Людям вроде меня такие вещи изменить не под силу. Я не хочу принимать в этом участия. Я просто хочу вернуться домой и… расслабиться.

– Принц Ялан, вы так говорите, но сами изменяли разные вещи в изумительных масштабах. Победили нерождённого в северных пустошах, свергли с престола Келема в соляных копях, преследовали Мёртвого Короля в Аду… и у вас есть определённый ключ, не так ли?

Я сердито глянул на Юсуфа. Он явно слишком много знал.

– Да, у меня есть некий ключ. И вы его не получите. Он мой. – Пока не вернусь домой, я буду изо всех сил держаться за ключ Локи. А потом в тот же миг передам его старухе и дождусь фонтанов похвал, золота и титулов.

Юсуф улыбнулся мне и пожал плечами.