Маленькие повести больших и великих дел (СИ) - Завацкая Ульяна - Страница 16

Благодарно подняв глаза к звёздам, она тихо прошептала: - Господи милостивый спасибо тебе!

Так она и уснула с благодарностью на устах озарённой улыбкой светлого покоя, с лицом, обращенным к звёздам на котором было написано счастливое умиротворение.

Осса присела тихо в уголке. Но тревога шелестела в её мыслях.

«- Где же Ариэль и Андреас?!»- думала она.

В дверь тихонько, вежливо, постучали. Вскинувшись, Осса радостно вскочила на ноги, и, пробежав лёгкими шагами по комнате, ласково разбудила Франческу.

Проснувшись, молодая женщина удивленно посмотрела на дверь: - Кто может быть в такой час?! - тихо спросила она, и добавила лениво поежившись.

- Постучат и уйдут.

Ей было лень вставать, уютно пригревшись в кресле. Она устроилась поудобнее приготовившись еще немного подремать.

Но тихий, осторожный стук не прекратился. Он стал настойчивым и уверенным. Тот, кто за дверью, непременно хотел достучаться до её слуха, разбудить её сознание... и сердце.

- Придётся открывать! - недовольно вздохнула Франческа. Она бросила настороженный взгляд на перегородку. - Или разбудят детей.

Приоткрыв осторожно дверь Франческа, боязливо выглянула в узкий проём. Восхищенно ахнув, она отступила назад, широко распахнув дверь. На пороге стоял Андреас с огромным букетом чайных роз нежного цвета кофе с молоком. Таким чудесных роз Франческа не видела никогда в своей жизни. Разве что в далеко, далеком детстве в галерее искусств, где её мама работала ночным сторожем. И она, тогда еще совсем маленькая девочка, всегда была рядом со своей старенькой, больной мамой. Франческа была единственным ребенком в семье. И само её рождение было истинным чудом. Её родители безумно хотели детей. Но Бог их им не давал. И врачи говорили, что их у них быть не может. Но дружная чета Дженниферов верила, верила до последнего. Пока не настали годы, когда верить в рождение ребенка, почти глупо. Но они вопреки всем кто смотрел на них с жалостливой усмешкой, вопреки тем, кто смотрел на них с язвительным сарказмом, и тем, кто при виде их вертел пальцем у виска. Они все же верили, и продолжали надеяться. Хотя уже совсем тихо, и с каждым годом всё тише, и тише. Теперь уже не говоря об этом даже друг с другом. А лишь держа эту надежду-мечту глубоко в тайниках своих сердец. И, Бог услышал их молитвы. И когда Анси Дженниферу исполнилось 75 лет, он подарил ему дочку. Они долго не могли поверить своему счастью. Илза, мама Франчески жутко боялась происходящего в ее теле изменений. И врачи, те самые которые говорили что подобное в их случае невозможно, сейчас, когда это всё же случилось, настаивали на том, что это чудо нужно уничтожить. Ведь будущей роженице было не 20, и даже не 30, 40, а 63, 63 года! Но Илза, хотя и боялась, но твёрдо решила что нельзя отказываться от того чего так долго хотел, и так горячо просил. И Дженниферы отчаянно решились на этот непростой шаг. И они никогда не пожалели об этом. Целых десять лет безмерного счастья потчивала их судьба. И так могло бы быть и дальше. Всё изменилось враз, в одно злополучное мгновенье. В один из вечеров Анси не вернулся с работы. На заводе где он работал, случился несчастный случай. Илза души не чаяла в дочери. Но потеря мужа, с которым она прожила всю свою жизнь, целых 57 лет, с тех пор как совсем ещё юной, в 16 лет вышла замуж, сильно подкосила её. Она отчаянно боролась за жизнь ради Франчески, но тихий голос Анси печально звал её по ночам. И однажды, она не смогла устоять, и последовала вслед за любимым мужем. Илзе, умерла тихо, и спокойно, с умиротворенной улыбкой на усталом от тягот и забот лице. Она умерла в своей постели, уснув и не проснувшись, спустя год после смерти мужа. Одиннадцелетняя Франческа осталась совсем одна в этом огромном мире, на попечении тетушки судьбы, которая, впрочем, не была к ней жестока. Но была строга, и порой чрезмерно. Но была и ласкова и справедлива порой. Да пред глазами Господа, которые не всегда смотрели на нее, ведь там наверху так много дел, и здесь на земле так много детей его, которым он нужен. И Франческа научилась жить просто, надеяться на себя и светлое будущее, не сетовать по пустякам, жить с благодарностью и добрым, отзывчивым сердцем.

И сейчас, увидев эти розы, и чистый ласковый взгляд, пары таких замечательных серых глаз, смотрящих на нее так весело, и по - родному просто, она вдруг вспомнила об этом.

Она всегда хранила в своем сердце светлый образ своих родителей. Но сейчас нежное лицо матери встало перед ее глазами так живо, так ясно, что она почувствовала её незримое присутствие. И тихие слезы памяти покатились из ее глаз. Она приняла протянутые ей розы и благоговейно уткнулась лицом в их душистую нежность бархатных лепестков. В растерянности Андреас не знал что сказать, да и нужно ли что-то говорить, и Ариэлю пришлось помочь ему. Он взял руки Андреаса, и, напустив на него облачко нежного оборачивания, обнял ими Франческу. А Осса быстро окутала их розовой пыльцой нежной близости, связывая их сердца золотыми нитями. Она подняла на него глаза, и Андреас вновь окунулся в дивные озёра чайного цвета, хранящие в себе столько таинственного очарования.

- Я, наверное, поздно?! - извиняющиеся сказал он. - Но я просто не смог бы дождаться завтрашнего утра...

- Уже сегодняшнего. - Мягко поправила Франческа.

- Да! - смущенно просияв улыбкой, согласился он.

- Так, что же привело вас к порогу моего дома? У вас есть еще один костюм, который надо почистить?

Нет. То есть, у меня конечно не один костюм, а много. Но их не надо чистить, по крайней мере, не сейчас....- Он вконец сконфузился, поняв, что вероятно несет полную околесицу.- Я...- Он почувствовал как робость перед этой невероятно красивой и притягательной женщины, образ которой весь день стоял у него перед глазами, словно рассеянный туман несбыточной мечты, застлавший ранним утром дорогу, заползает в его душу, и словно дерзкий воришка, крадет его смелость и отчаянность присущее его характеру.

- Да?! - спросила Франческа, подбадривая, заметив плещущееся в его глазах отчаянно смятение, желая ему помочь.

И вдруг это тихий нежный голос, подбадривающий его, вселил в Андреаса силу такой надежды, что казалось с ним горы можно свернуть. И платину несмелости прорвало.

- Знаете вы стали моим талисманом удачи! - порывисто заговорил он, поспешно выплёскивая слова, так, словно боялся, что она его остановит, или его опять охвати дурман робости. - Представляете, я успел на встречу, и сделка все же состоялась. Это было очень важно для меня, и моего будущего. А всё получилось так замечательно, что я и мечтать не мог о таком. И я вдруг почувствовал, что должен поделиться с кем то своей радостью. И ещё я вдруг так сильно увидеть вас, что не смог устоять. Вы меня простите за поздний визит? - Он просительно заглянул ей в глаза.

- Ну конечно! - тепло улыбнулась она. - Только давайте лучше вы войдете. И мы закроем дверь. И будем говорить потише. У меня дети спят. - Пояснила она.

Они сели рядышком возле открытого окна, и проговорили всю ночь, не чувствуя времени. Звёзды пели им песни нежности. Только когда забрезжил рассвет и тихие звёздные песни сменили весёлые трели птиц встречающих новый день, они поняли что ночь прошла. Им не хотелось расставаться. Разжимать сплетённых рук. И отводить друг от друга взглядов. Но новый день принёс с собой и новые заботы.

- Мне нужно приготовить завтрак и разбудить малышей. - Вздохнув сказала Франческа.

- Зачем же их будить, они так сладко спят? - с сожалением спросил Андреас.

- Да. Но мне нужно отвести их в детский садик. Я не могу, сидеть сними сама.

В ее глазах мелькнула печаль и неуверенность перед начинающимся днем. И груз забот предстоящего дня, снова тяжелой рукой лег на ее хрупкие плечи.

- Но, почему?! - удивился Андреас.

- Потому, что как видишь, я одна у своих малышей. И мне нужно работать. Вернее сначала нужно найти работу. Я ведь живу одна и нам нужно, на что то жить.

- А если.... Если - Нерешительно начал он.