Мы Крылья (СИ) - Вечерский Кристоф - Страница 49

- Маливьена, детка! - заикаясь, повторил я. - Ты куда это собралась, на ночь глядя, родная?!

Вздрогнув от моих слов, девушка пошатнулась! Что за люди, у меня адреналин сейчас из ушей потечёт, а этой хоть бы хны: стоит себе, качается. Да и встреча, надо сказать, как всегда, вышла самая что ни наесть оригинальная! У меня по-другому же и не бывает! А, и правда, зачем?! Ведь жить долго и счастливо и любить друг друга - это слишком просто и скучно! «Ладно, шутки в сторону, позже поскалимся, если плакать не представится!» - осёк я себя, готовый взвыть от счастья и досады одновременно. Ведь я снова видел любимую девушку целой и невредимой, но хлоп же по лбу вать машу, опять на волосок от очередной её смерти!

- Солнце, ты всё же нашла возможность вернуться? -  заговорил я со старой подругой, словно с ребёнком, держащим в руках пулемёт.

Наконец-то, губы немой собеседницы дрогнули, и она с недоумением спросила:

- О чём вы?

- Ну, как же, - продолжил тянуть время я таким же дурацким тоном, - о нашей с тобой судьбе! Послушай, Малиш, что бы с нами не случилось, и кем бы  ты не оказалась на самом деле, пожалуйста, сейчас дай мне руку, детка, и мы с тобой поболтаем без обид, хорошо?! Я просто не привык разговаривать с девушками, когда они находятся в столь деликатном положении, да и ты к тому же такая раздетая, а там сквозняк, околеешь ведь от холода.

Ситуация была крайне странной, но ковыряться в деталях было некогда, и я продолжал нести всякую чепуху, которая казалась уместной. Единственное, о чём я не мог перестать думать, так это о взгляде подруги. Он был отрешённый и какой-то даже стеклянный, к тому же складывалось стойкое впечатление, что любимая девушка совершенно меня не знает.  Но после сказанного, я увидел, как в этих глазах блеснула живая искра, будто начали пробуждаться основательно затёртые воспоминания.

- Давай так, - не останавливался я, - не хочешь дарить кавалеру танец, так и скажи, но ничего не знаю - ты просто обязана принять пальто. Пожалей мою совесть, ведь она не вынесет, если я заморожу целую девушку на этой крыше! Договорились?!

Медленно сняв пальто, я очень осторожно вытянул перед собой руку, надеясь ухватить подругу, если та всё же машинально потянется за одеждой.

- Видишь, я даже не делаю резких движений, чтобы ты ничего скверного не подумала.

Девушка продолжала смотреть на меня  молча, но, к счастью, в её глазах начал проявляться интерес. Теперь она мучительно старалась что-то понять.

- Маливьена! - умоляюще воскликнул я, пытаясь незаметно приблизиться как можно ближе. - Неужели ты меня совсем забыла, детка?!

Губы девушки задрожали, но так и застыли, ничего не вымолвив в ответ.

- Ладно, хочешь поделиться тем, о чём так надрывно думаешь?! А я же вижу, думаешь! Вероятно, тебе нужно выговориться?! Если так, можешь не стеснять себя в выражениях, главное - выплесни накопленное, а потом мы договоримся оставить это в секрете, как в детстве. Помнишь, как мы с тобой всегда делились секретами?! Не подумай, ради Бога, что я люблю воровать чужие тайны, просто, мне кажется, кричать об этом на весь город с крыши - не самая хорошая идея!

«Унылый из тебя парламентер», - как обычно, не к месту пнул меня по живому  внутренний голос.

И мне снова захотелось взвыть от накала страстей. Но броситься вперёд и постараться её ухватить - это, считай, сам спровоцирую падение, притом ещё и вместе улетим, а девчонка, может, всего-то пришла городом полюбоваться! Продолжать пафосные излияния? Так она почти не реагирует на них.

- Ну, что мне сделать, чтобы ты отошла от этого дурацкого края?! - взмолился я, уже не скрывая своих опасений. - Хочешь, на колени стану?

- Просто, моё предназначение иссякло, - прорвало, наконец  девушку потоком сумбурных откровений, - а без него у меня нет ни смысла, ни цели в жизни. Я жила только во имя своего создателя, но сердце говорит, что однажды судьба нас разлучила, и мне пришлось покинуть его навсегда перед тем, как река забвений забрала разум. Теперь я даже не помню его имени, а у него, наверное, давно другая и новая жизнь, в которой я буду лишней, и в которой я ему больше не нужна. Так зачем, скажите, продолжать этот одинокий путь без единственного близкого человек?!

- Послушай меня, Малиш! - поспешил я воспользоваться моментом. - Ты не представляешь, как тебе сейчас повезло! СЛЫШИШЬ, очень-очень повезло, потому что я знаю твоего создателя! Сама судьба сейчас привела тебя сюда, нам, действительно, есть, что обсудить. Ведь это именно он послал меня к тебе.

- Правда? - удивлённо воззрилась на меня девушка. И я увидел, как искра в её глазах вспыхнула пламенем надежды!

- Разве стал бы я обманывать того, кто находится средь бела дня в такой неловкой ситуации, да на краю крыши?! Конечно, стал бы! - подытожил я. - Но только не в этот раз!

Девушка пожала плечами, показывая своё непонимание. Моя очередная шутка не удалась.

- Правда, Солнце, истинная правда! Иначе, скажи на милость, откуда мне тогда известно твоё имя?!

- И точно! - воодушевилась девушка. - Откуда вы знаете моё имя?!

- Так я же говорю, что отлично знаю человека, которому ты ОЧЕНЬ-ОЧЕНЬ нужна, и для которого ты никогда не будешь лишней, просто обстоятельства сыграли с вами злую шутку, и река забвений уничтожила многое, но она не стёрла главного, о чём тебе следовало знать.

Договорив, я возликовал! Она поверила мне! Застенчиво улыбнувшись и протягивая руку, Маливьена сделала шаг навстречу. И только я с облегчением выдохнул, как прямо за спиной девушки буквально из ниоткуда возник бумажный самолётик. Это был тот самый самолётик, который  в наш первый вечер мы вместе запустили на счастье. Я не поверил своим глазам! Подруга рефлекторно подняла голову вверх, пытаясь внимательно разглядеть неожиданного гостя, но её нога, предательски дрогнув, подвернулась, и, покачнувшись, девушка сорвалась вниз.

Время замерло! Замерло настолько, что я даже успел увидеть, как во взгляде несчастной полыхнули новые воспоминания! Я был готов поклясться, что она тоже узнала этот злополучный клочок бумаги! Но как же опять не вовремя! После этой мысли ход времени принял своё обыденное русло, а вот дальше всё  произошло настолько стремительно, что я не успел как следует удивиться.

В отчаянном порыве я бросился к девушке, вытянув обе руки и чувствуя, как всё тело пронизывает иглами. Но было слишком поздно. Оставляя лишь вскрик, который эхом разнёсся вокруг, Маливьена скрылась из виду. Бьюсь об заклад, сейчас в моей крови была лошадиная доза адреналина! Чуть ли не тормозя носом и зажмурившись, я машинально вцепился рукой в воздух там, где мгновение назад промелькнула рука подруги, с ужасом  приготовившись ощутить пустоту в сжатой ладони. Но, к собственному удивлению, вместо пустоты я почувствовал, что мою кисть пронизала жгучая боль!

Острые коготки крепко впились мне в запястье, проникая глубоко под кожу! Какой же сладкой показалась эта боль. И дело вовсе не в скрытых наклонностях мазохиста, просто мне так и не верилось, что успел! Я всё-таки успел! Правда,  повода радоваться, было всё же маловато! Сейчас я, в прямом смысле слова, ощутил, какой тяжёлой может показаться даже самая хрупкая фантазия, если при этом ты сам почти наполовину свисаешь вниз головой с крыши пятидесятиэтажного небоскрёба, удерживая одной рукой эту самую фантазию, а второй - пытаясь удержать вас обоих! И всё бы ничего (что того веса в хрупкой девчушке!), вот только я всё же немного опоздал! А неудачный хват рукой лишь усугубил ситуацию. От напряжения в глазах потемнело, и, казалось, суставы вот-вот затрещат! Глядя на подругу и положение собственного тела, я понял, что из-за столь самоотверженного усердия почти наполовину перегнулся через край и неотвратимо соскальзываю вниз. В глазах девушки застыл страх, и она открыла рот, пытаясь что-то сказать. «Мне бы только удержаться, родная, и потом мы обязательно поженимся!» - «Ты ещё пытаешься шутить?!» - вспомнил я собственные слова, некогда адресованные виновнице нашего остросюжетного положения. Держась рукой за кромку острого бетона, я почувствовал, как мои пальцы слабеют.