Охотники теней (СИ) - МакКлайн Сьюзен - Страница 36

Решившись, я кинула платье на кровать и поплыла в душ, захватив некие средства гигиены. Постояв немного под ободряющими каплями воды, обмоталась полотенцем и принялась расчесывать и сушить запутавшиеся волосы — никогда не любила это дело. Я обожала свои светлые локоны, водопадом струящиеся по спине, но ухаживать за ними каждый день – было выше моих земных сил. Стоит сделать вывод, что даже Банши не способны выдержать столь нелегкую задачу.

Наконец, я высушила голову и взяла плойку, с помощью которой, выпрямила свои волнистые волосы. Юркнув из ванной комнаты, надела комплект черного белья и нацепила это ужасно-короткое платье. Ткань плотно облизнула мои формы и, скорее, больше открыла, чем закрыла. Ну и дела. Может, Дэм решил надо мной поиздеваться? Думаю, духам в теле мертвяков все равно, в каком наряде щеголять – они и внешне выглядят не ахти. Если повезет, им попадаются почти не тронутые червячками оболочки, ну а вселяться в живых людей – удел сильнейших сумеречных гадов.

Я подошла к зеркалу — на меня, отныне, глядела девица легкого поведения. Слишком белые ноги контрастировали с темным платьем, как молоко и шоколад. Смотрелось бы круто, будь вещичка подлинее…

Образ шлюхи нужно было дополнить косметикой – куда уж без нее. На скорую руку я нарисовала вульгарные стрелки, промокнула губы сочно-ягодным блеском и вылила на себя целый флакон импортных духов – никогда бы не подумала, что можно выглядеть одновременно дорого и дешево. Наклеив на ноги пластыри, я с ворчанием окунула ноги в лакированные неношеные туфли – тоже подарок Джесс – и выпрямилась. Ох, видела бы меня сейчас подруга – пищала от радости: ее мечты сделать из меня «дикую штучку» воплотились в реальность. Не представляю, во что превратится это одеяние, если придется кому-то надрать зад – хотя-я-я-я, велика вероятность, что аут потерплю сегодня точно я. Здесь кроются две гребанные причины, и одна из них – я не умею драться.

Раздался сигнал автомобиля. Наверное, Дэмиенус пригнал свою «карету»: пора выходить. Лошадь ждет Золушку.

Быстрым, но неуверенным шагом я выхромала на крыльцо и направилась по тротуару, спотыкаясь. На улице стоял еле ощутимый холодок, который прокрадывался по моим конечностям; небо было немного темнее, чем час назад; деревья лениво покачивались, и когда очередной порыв прохладного ветра плюнул мне в лицо, я пожалела, что вообще вышла за дверь.

Дэмиенус – во всем своем величии – стоял неподалеку от моего дома, опершись спиной о дверцу внедорожника, и нервно смотрел на часы, периодически поднимая руку. Он выглядел почти так же, каким я его видела в закусочной: грязноватая куртка, черные джинсы и растрепанные волосы, напоминающие воронье гнездо. Красавчик.

Увидев меня — или, точнее быть, услышав грохот каблуков, смешанный с проклятиями, знакомый сдержал глупую улыбку. Только не это. Не хватало, чтобы надо мной еще смеялись. Он деликатно сжал губы и закрыл рот ладошкой, уловив мое раздражение на лице.

— Молчи. Просто. Молчи.

Я осторожно протопала к нему, пытаясь не упасть. Практиковаться с туфлями не часто приходилось, именно поэтому взгляд Дэмиенуса яро выражал, что мне бы понадобились костыли.

А ему в скором времени может понадобиться машина скорой помощи: он, вероятно, не в курсе, как больно можно ударить этим женским атрибутом.

Охотник выдохнул и подошел ко мне, глотая приступы хохота – вот кретин.

— Правда, платье слишком короткое, — подметил он, смотря на мои оголенные ноги.

— Капитан Очевидность, — буркнула я и направилась к автомобилю, отдергивая задравшуюся ткань.

До места назначения мы доехали быстро — всю дорогу Дэм гнал: сбавлял скорость только на поворотах, отчего его тачку здорово заносило. Когда я подумала, что минует моя кончина, мы уже оказались на месте. Парень припарковался возле газона обветшалого здания и выплыл на улицу с сигаретой в зубах. Я не спешила выходить, ожидая, когда в этой верзиле пробудится джентльмен, но вместо того, чтобы открыть мне дверь, он принялся скуривать вторую партию.

Желаю ему поперхнуться.

— О, Дэмиенус, ты так галантен, спасибо. — Бурча под нос, я вылезла из авто и осмотрелась по сторонам: забытая богом территория, куда мы прибыли, была незнакома мне.

На глухой загрязненной улочке располагалось единственное многоэтажное строение – и то заброшенное. Коричневая краска давно слезла со стен, окна заколотили досками и завешали клеенкой, что собрала с себя всю влагу – капельки на прозрачном материале мерцали, ловя лунные блики. Возле входа, над которым висела потухшая неоновая вывеска «Красный перекресток», болтался мясистый вышибала. Кривясь от дуновений ветра, он потирал разодранные костяшки и мертвыми глазами сканировал местность. Одержимый.

Здрасти.

Я подавилась слюной, когда увидела выскочившую из-за угла толпучку… смеющихся трупов. Серьезно. Они ржали. Компания, не спеша, двигалась в бар, едва перебирая ногами, откуда проглядывали косточки. Новая одежка на их дряблых телах удивила меня, как и следующее: духи залпом осушали бутылки с чем-то красным, наполняя дырявые, как дуршлаг, животы, затем покусывали шеи друг друга. Зрелище было нисколько пугающим, сколько отвратительным. Мне мало что было понятно в их действиях, и я не спешила задаваться вопросом, почему один чувак оторвал от своего дружка лоскут бледной плоти и проглотил, будто наивкуснейшую конфету.

Дэмиенус затушил бычок, и я поежилась — Одержимые взирнули на нас, после чего медленно засеменили внутрь, не посчитав странным увидеть здесь подозрительных людишек, от которых ничего не отваливается.

— Не бойся, — Охотник одурело хлопнул меня по спине, якобы, утешающее, и я отдала славу господу, что не упала замертво, а всего-то отделалась тихим писком, — они нам ничего не сделают.

— Я думала, нас вычеслили, — сообщила и отпрянула от Дэма, потирая вспыхнувшую болью лопатку. Ему бы в мясники податься.

— Об этом месте знают только Одержимые и мы. Самое смешное, они не догадываются, что их логово обнаружили, — пояснил парень и, достав мобильник, приложил к уху.

— Это пока. Неизвестно, как пройдет сегодняшняя «миссия». Нас могут поймать…

Когда я выставляла свои опасения, Дэм уже не слушал меня – что в его стиле. Закатив глаза, я терпеливо ожидала, когда его Величество перетрет с кем-то по телефону. Поговорив, он запихал гаджет в карман куртки и подцепил меня под руку.

— А теперь притворись, что под кайфом. — Парень достал какую-то салфетку, измазанную в красной дряне. Он щедро выдавил содержимое на свои губы, отвернувшись от любопытных зевак, снующих подле входа.

— Что? — удивилась я. — И зачем ты…

Он мученически выдохнул, возвращая взор ко мне — жидкость, похожая на кровь, стекала с уголка его рта:

— Ты думала, нас просто так пропустят? У Духов чуйка на нас и простой люд. И здесь лишь два выхода: притвориться жертвой, которая, отныне, и дня не может прожить без укуса Хозяина, ибо выпить Сомнию и спокойно щеголять в полуживом состоянии среди Одержимых.

Я поморщилась, пытаясь переварить информацию.

— Сомния?

Звучит как наркотик.

Дэм кивнул.

— Это раствор, придуманный нашими предками. Замедляет работу органов, отчего сердечная мышца сокращается медленнее — у обычных людей это, вскоре, вызывает смерть, так как сердце останавливается спустя пару часов, а Охотники способны противостоять этому. Сомния лишь на какое-то время «усыпляет» сердце – оно бьется всего один раз в тридцать минут. — Дэм усмехнулся, заметив, как широко я разинула рот, опешив. — И да, Эви, Охотники не умирают от этого препарата, если не переборщат с ним. Побочный эффект – амнезия, а частое употребление вызывает привыкание. Становишься зависимым.

Остановите Землю.

Я нервно сглотнула и осторожно поинтересовалась:

— Разве можно жить, когда твое сердце не бьется?

Парень таинственно улыбнулся.

— Еще как. — Он слегка отстранился от меня и продолжил, пачкая руки в краске…или крови: — Когда Сомния выйдет из крови, работа органов возвращается к прежнему графику. После препарата могут возникнуть головные боли и жуткая усталость. Охотники стараются избегать частого контакта с этим веществом, но иногда приходится идти на крайние случаи. — Дэм тяжело вздохнул. — Кевин и Сэм уже под действием Сомнии. Это поможет им без всяких проблем проникнуть в бар, переполненный Одержимыми. Как известно, бесы чувствуют друг друга, и если к ним запрется живой человек, они сразу об этом узнают, а под «прикрытием» Сомнии всего-навсего будут думать, что дух в том или ином теле слишком слаб, чтобы его «распознать».