Гильдия - Голотвина Ольга - Страница 305

– Оболтус, – веско и печально произнес старый Эшузар. – Двое внуков у меня – и оба оболтусы.

– Нашелся, значит? – задумчиво отозвался принц.

– Больше из дворца ни ногой! – прикрикнул король. – Послезавтра воинские игрища, так чтоб оба изволили там быть!

– Хорошо! – кивнул принц и направился к дверям.

– Эй, куда?! – в один голос окликнули его отец и дед.

– Не по любовницам, – успокоил их наследник. – Интересно послушать, что эта смугляночка рассказывает про Жабье Рыло. Скоро вернусь.

При появлении принца разговор прервался. Но Ульфест сделал рукой успокоительный жест: мол, продолжайте, я тоже послушаю. И сел на резной табурет у стены.

Из уважения к наследнику престола Нитха завела всю историю с самого начала. Ее слушали так же внимательно и уважительно, как и в первый раз.

Когда она закончила Хранитель Аргосмира, взглядом испросив у принца дозволения говорить, высказался:

– Что ж, мы благодарны юной барышне. То, что Жабье Рыло не один человек, а несколько… ну, это согласуется с теми сведениями, которые мне уже доставлены, и подтверждает их. Что же касается определенных лиц, то… Ювелир? Это очень распространенное ремесло в городе, гурлианские ювелирные изделия славятся по всему миру. Вдова советника? Советников по различным вопросам при дворе – человек пятьдесят. За последние годы от различных причин скончалось около двадцати из них, и, если не ошибаюсь, все они были женаты. Таможенник? Никто и не сомневался, что у Жабьего Рыла свои люди на таможне…

– Но, разумеется, мы внимательно отнесемся к словам юной госпожи и все тщательно проверим, – галантно утешил дарнигар огорченную девушку.

– Хотя все это наверняка бред сумасшедшей нищенки, – бухнул бестактный командир «крысоловов».

Нитха учтиво поклонилась присутствующим и направилась к дверям. Проходя мимо принца, безмолвно сидевшего у стены, девушка остановилась, чтобы отдельно поклониться наследнику гурлианского престола.

Вид серой шелковой маски с длинной бахромой вызвал в памяти девушки то, что она в свое время отбросила, посчитав ерундой.

– Пусть господа простят меня, – неуверенно сказала она, – я вспомнила еще одну фразу этой ужасной женщины. Почти наверняка это чушь, бессмыслица, но…

– Мы слушаем, – подбодрил Нитху Хранитель города.

– Нет, – с неожиданной твердостью сказала она, – это я скажу только принцу.

Присутствующие слегка встревожились, но Ульфест взмахом кисти остановил их попытки протестовать и кивнул Нитхе. Та подошла ближе и тихо-тихо произнесла несколько слов.

– Вот, господин мой, – уже громче продолжила наррабанка, – так она и сказала, слово в слово… – Нитха пристально взглянула на изумленно застывшего принца. – Могу ли я теперь идти?

Кивком принц отпустил девушку.

Когда дверь закрылась за Нитхой, принц обернулся к заинтригованному Хранителю и его сгорающим от любопытства подчиненным.

– Просто набор слов без смысла и связи, – ответил он на невысказанный вопрос. – Да и что взять с бабы, если она хуже чем пьяна… как это называют наррабанцы? Ах да, ашроух…

16

– Говоришь, в ученики его берешь? – прищурился Лауруш на мелкого, тощего парнишку неопределенного возраста, который тихо умирал от страха при виде грозного Главы Гильдии.

– Беру… – Фитиль постарался напустить на себя независимый вид. На самом деле ему было порядком не по себе. Конечно, в уставе Гильдии ни слова не сказано, кого можно брать в ученики, а кого нельзя. Но если уж Глава Гильдии скажет: «А я против!» – тут уж надо быть самим Шенги Совиной Лапой, чтобы пропустить такие слова мимо ушей.

Но даже Совиной Лапе такая дерзость с рук не сойдет. Вот взял он учеников против воли Лауруша, три года с ними бился – а испытание они не прошли. Не позволили им его пройти, вот так-то! А с виду все гладко и пристойно…

– Как тебя зовут, паренек? – спросил Лауруш у мелкого создания с растрепанными желтыми волосами.

– Айсур Белый Плавник из Семейства Дейта, господин, – сипло ответило создание.

– И который тебе год?

– Семнадцатый… – виновато отозвался Айсур.

Лауруш присвистнул.

– А что, вы неплохо вместе смотритесь, – хмуро сказала Фитилю Джарина, проходя мимо к крыльцу. – Желтый и рыжий…

Фитиль уже имел случай убедиться, что у наглой бабы кулак быстрый и тяжелый. Поэтому ответил мирно и без грубости:

– А нам с ним не для картины позировать…

Джарина равнодушно поднялась на крыльцо и скрылась в доме.

Лауруш нахмурился:

– Вот что, паренек, посиди-ка у ворот на лавочке. Нам тут потолковать надо…

Айсур поплелся к забору, тоскливо думая: вот она и кончилась, его короткая удача…

Лауруш тем временем негромко говорил Фитилю:

– Послушай, отдай ты его в другой бродячий цирк, а то наш уже переполнен. Оборотень, раб, заморская принцесса, теперь еще карлика возьмем… Его ветром с ног не валит, когда он за ворота выходит?

Фитиль сдержанно ответил:

– У этого парня лет десять как ни ворот, ни дома. Он крутится и выживает в Аргосмире. Ничего, с голоду не сдох. И ветром его не унесло.

– Ну да, богатырь. Где только ты такого нашел?

Фитиль ощетинился:

– Там же, где и ты своего! У кошелька за руку поймал! Думаешь, ты один можешь сделать Подгорного Охотника из уличного воришки?

За спиной Лауруша скрипнула дверь. Глава Гильдии обернулся.

На крыльце стоял Шенги.

– Учитель, вроде все собрались. Шаушур уже ворчит.

Ничего общего с тем бездомным зверенышем, которого когда-то Лауруш подобрал в одном из припортовых переулков. Знаменитый Охотник, гордость Гильдии.

Сильный человек. Во всех отношениях сильный. И сейчас старается держаться уверенно. Не показывает вида, что извелся из-за гильдейского испытания.

Его ученик переживает из-за своих учеников…

Старый Охотник сник. Негромко сказал Фитилю:

– Да мне-то что… бери хоть мартышку из королевского зверинца…

И поспешил в дом.

– Я сейчас! – кинул ему вслед Фитиль и, гордый своей победой, направился к скамье, где сидел несчастный, съежившийся Айсур.

Парнишка вскинул глаза на Охотника. Вскочил. Замер.

– Сиди-сиди, – разрешил Фитиль. – Я быстро вернусь. Там всего-то дел – объяснить этим ученикам Шенги, что не быть им Охотниками. А потом отправимся в храм и, как положено, принесем клятву, что я буду тебя учить.

Айсур боялся вздохнуть. Ужасно хотелось поверить, но…

– Лауруш… согласился? – выдохнул он наконец.

– Лауруш? – высокомерно откликнулся его будущий учитель, самый замечательный Охотник на свете. – А кто его спрашивает, Лауруша-то? Я его просто поставил в известность… Думаешь, мое слово так мало значит в Гильдии?

– …И государь просил передать вам, что эти молодые люди оказали серьезную услугу Озерному королевству. Поэтому король настоятельно и убедительно просит нас позволить ученикам Шенги пройти испытание вторично…

Лауруш честно исполнил обещание, данное королю. Сам он по-прежнему был против того, чтобы принимать эту троицу в ряды Гильдии. Но просьбу Зарфеста передал почти дословно, предоставив каждому из приглашенных Охотников самому сделать выбор.

Нургидан застыл в молчаливой ярости. У Нитхи на щеках пропал румянец. Дайру невидимкой держался за спинами друзей и тоскливо гладил кончиками пальцев свой талисман – бархатный мешочек. Подарок невесты… эх, видела бы Вианни сейчас своего героя!

– Ах, король настоятельно и убедительно просит? – заскрипел вредный старикашка Шаушур (живо напомнив Лаурушу короля-отца). – А с каких это пор король сует нос в гильдейские дела?

Шенги хотел вмешаться, но его опередила скучающая Джарина:

– Да пусть они расскажут, чем так королю угодили!

Нитха шагнула вперед: друзья заранее договорились, что говорить будет она. Девушка начала рассказ неспешно, без лишнего хвастовства, но гладко и красиво.