Снег как пепел - Рааш Сара - Страница 37

— И кто же это тут у нас подготовился к битве?

Я не оборачиваюсь на присоединившегося к нам Мэзера. Его доспехи точь-в-точь как у Терона — от нагрудника до поножей, и под всем этим позвякивает кольчуга. Так же, как и Терон, он до зубов вооружен — я вижу меч, ножи и даже секиру на его спине. На его скуле налился фиолетово-бордовый синяк. Мэзер тоже рассматривает меня, но я избегаю его взгляда.

— Никогда не слушаешь Уильяма, да? Что в детстве, что сейчас.

Я не отвечаю, даже осознав, что оказалась между ним и Тероном: Мэзер идет по правую руку от меня, Терон по левую. Оба напряжены, как я перед броском шакрама, и стреляют друг в друга взглядами поострее кинжалов. Ладно, позже с этим разберемся. Надеюсь только, что это «позже» не ознаменуется разгромом Битая, после чего нам останется лишь побираться на его развалинах.

Чем ближе мы подходим к главным воротам Битая, тем больший сумбур наблюдаем. Солдаты бегут к воротам, в то время как городские жители бегут прочь от них, волоча за собой скот и тележки, груженные добром, которое в силах утащить. Жители удаленных деревень тоже ищут убежища внутри каменных городских стен.

— У ворот есть башня. Мой отец и ваш генерал будут там, — сообщает Терон и смотрит на Мэзера, будто решая, что еще добавить.

Мэзер кивает.

— Сколько в городе солдат?

— Пять сотен. Не основная часть нашей армии, но этого достаточно.

— Накопитель?

Терон широко улыбается, позволяя себе чуточку гордости:

— Мой отец, может, и известен тем, что использует магию накопителя для всяких благоприятных возможностей, но в случае нужды он никогда не жалеет силы на защиту королевства и его жителей. Думаю, вы будете приятно удивлены, король Мэзер.

Вызвать ответную улыбку Мэзера у Терона не получается. Глянув на принца, а точнее, сквозь него, он просто кивает.

— Ради Битая, надеюсь, вы правы.

Ведущие к воротам улицы кишат людьми, но у самих ворот царит полный хаос. Жители потоком льются в город, блеет скот, плачут дети. Несколько солдат пытаются навести хоть какой-то порядок, но люди стремятся попасть за ворота как можно быстрее.

Башня, упомянутая Тероном, расположена слева от нас и высится над стеной, открывая находящимся внутри людям вид на юг. У ее дверей собрались капитаны, и, приблизившись, мы слышим приглушенные крики их бесстрашного лидера, от которых даже воздух дрожит. Мы замечаем у двери капитана Доминика. Его темные пряди влажны от пота, и когда он поворачивается к нам, его окаменевшее лицо едва заметно расслабляется.

— Мой принц, гонец сообщил, что с той скоростью, с какой продвигается армия Спринга, к вечеру она будет у наших ворот.

— Благодарю, капитан, — отвечает Терон и бросает на Мэзера жесткий и вызывающий взгляд. — Ну что, идем?

Губы Мэзера раздвигаются в скупой улыбке.

— Это ваше королевство, так что я — после вас.

Терон коротко кивает, ныряет в башню и, позвякивая доспехами, поднимается по винтовой лестнице. Мэзер следует за ним, и я чуть не врезаюсь в него, когда он резко останавливается.

— Ты не можешь явиться туда в таком виде, — замечает он.

Я скалюсь. Я и так уже приготовилась спрятаться где-нибудь в башне, чтобы не попасться на глаза Генералу. Мэзер мог бы и промолчать, между прочим.

— Если ты отошлешь меня во дворец, то я снова выберусь тайком, но тогда ты не будешь знать, где я, и не сможешь за мной проследить. Поверь, лучше я пойду с вами.

— А то я не знаю, — выгибает бровь Мэзер.

— Что?

Вздохнув, он машет рукой пробегающему мимо солдату:

— Будь добр, дай свой шлем.

Солдат стаскивает с головы шлем. Взяв его в одну руку, Мэзер убирает мою косу так, чтобы надеть его на мою голову. Из-за поднятого забрала кажется, что я смотрю на Мэзера издалека и сквозь дымку. Проносятся воспоминания о том, как мы с ним тренировались, как сражались друг с другом — дети, притворяющиеся солдатами. Или солдаты, притворяющиеся детьми.

— Молчи, — говорит Мэзер. — Не привлекай к себе внимания. Если Уильям тебя раскусит, будешь отвечать за себя сама.

— Что ж, ничего нового. До сих пор как-то справлялась.

Мэзер застывает, держа ладони на моем шлеме. Может, он и хотел сказать что-то еще, но ограничился тем, что опустил забрало.

— Когда все начнется, держись поближе ко мне, Мира. Иначе, поверь мне на слово, я лично отведу тебя назад в Битай.

Я киваю, и шлем бряцает на моей голове. Он пахнет потом и старым железом. Железом, которое, возможно, добыли в Кларинских горах. Мне даже становится уютно от ощущения этой маленькой частички дома. Не говоря больше ни слова, Мэзер исчезает в башне. Надеюсь, моя маскировка сойдет и нависшая угроза отвлечет мысли Генерала настолько, что он не заметит в комнате тощего солдата-мальчишку. Не знаю, чего боюсь больше — гнева Ангры или Генерала.

Я щурюсь, поднимаясь по ступеням и следя за Мэзером через щель забрала. Мы проходим семь пролетов, когда сквозь приоткрытую дверь долетают крики Ноума. Большая круглая комната находится на самой вершине башни и открывает вид на распростертые внизу и выходящие за границы Битая земли. Она забита генералами, склонившимися над картами. Они пытаются не смотреть в глаза своему разгневанному королю. Ноум брызжет слюной, машет руками и нервно меряет шагами комнату. Он облачен в доспехи, накопитель висит на металлическом поясе у бедра.

— Будь ты проклят, Уильям! Ты и твои белобрысые людишки. Ни в коем случае нельзя было позволять тебе пересечь границы моего королевства и уж тем более втягивать во все это моего сына. Проклятые Сезоны! Никчемные варвары, отказывающиеся подчиняться тем, кто гораздо сильнее их…

Я встаю у стены рядом с двумя солдатами. Они кивают мне, словно я и должна здесь быть. Что ж, пока все идет как надо.

— С такими, как вы, ни о чем нельзя договариваться, — продолжает Ноум. — Я должен был это предвидеть. Но нет, я проявил милосердие, опозорил свое королевство союзом с Сезонами, и каково мое вознаграждение?! На меня идет Ангра! Назови мне хоть одну достойную причину, по которой я не должен сию минуту передать вас всех Спрингу.

Моя вспышка гнева всего каких-то пару часов назад ничто в сравнении с яростью Ноума, ставящего все с ног на голову и делающего странные умозаключения. Он действительно верит в то, что оказал нам услугу? Он считает, что мы должны быть ему благодарны? Что он ни в чем не виноват и это мы навлекли на него опасность, несмотря на то что он сам пытался заключить сделку с Тенью Сезонов?

Генерал никак не реагирует на гневные излияния Ноума. Прислонившись к дальней стене, он массирует переносицу. Он никогда не опускается до того, чтобы отвечать на чей-то крик или угрозы, я это точно знаю, хотя ни разу не являлась свидетелем подобных сцен.

Терон устало вклинивается в тираду отца, уже душевно утомленный, хотя битва еще впереди:

— Отец, хватит…

Ноум поворачивается с таким лицом, будто никак не ожидал увидеть здесь сына.

— Да! Конечно же, сын. Хватит с нас Винтера! Мы все отменяем. Помолвка разорвана.

— Нет, — кричит Терон, и это приводит в себя всех присутствующих.

— Что? — хмурится Ноум.

— Нет, — повторяет Терон. — Я хотел сказать: хватит выставлять себя ослом, отец.

Генерал вскидывает голову, так и не убрав руки от лица. Его глаза расширились от изумления.

— Только не говори мне… Спринг наступает… Это они виноваты, они привели сюда Спринг…

— Нет. Это ты привел его сюда. Написав письмо Ангре, ты ясно дал понять, где находятся винтерианцы. Так чего же ты ожидал?! — кричит Терон, и в его глазах мерцает безумие, порожденное годами молчаливого подчинения.

Окружающие солдаты пораженно таращатся на него, явно шокированные тем, что их принц повысил голос на их короля.

— Ты ожидал, что Ангра придет к тебе с поклоном? Что он будет вести с тобой переговоры, согласится на предложенную тобой сделку и честно выполнит ее? Ангра хочет уничтожить винтерианцев. И он ни перед чем не остановится, чтобы добиться желаемого. Он не из тех, кто идет на переговоры. Думаешь, Винтер перед падением не пытался с ним договориться? Думаешь, Отем не пытался заключить с ним сделку, когда Спринг переключился на него? Если бы ты удосужился побывать в Отеме, знал бы, насколько мстителен Ангра.