Иней как ночь - Рааш Сара - Страница 36

Несса хватает меня за руку и вытаскивает из постели. Шакрам падает на пол, туника путается меж коленей. И только сияющая улыбка Нессы останавливает меня от возражений.

Несса вытаскивает меня из палатки. За спиной тут же вырастает Коналл — он снова взял на себя заботу о моей охране, так как большая часть Предвестников Расцвета отправилась навстречу беженцам. Хорошо хоть Несса ведет меня не слишком далеко. Пусть я и не переживаю по поводу своего внешнего вида, но все же королеве Винтера не пристало разгуливать по лагерю в ночной рубашке.

Мы подходим к бордовой палатке, украшенной синими лентами, струящимися вниз. Коналл остается снаружи с отемнианской охраной, а Несса тянет меня внутрь в облако благовоний. Узкое помещение заставлено ширмами и открытыми сундуками, забитыми атласами и шелками. Дендера, Николетта, Шази и Калео со своей дочерью Амели сидят, развалившись на подушках.

При нашем появлении Шази взвизгивает, а Дендера вскакивает.

— Она здесь!

За одной из ширм раздается хмыканье и на секунду показывается голова Кэридвен. Я успеваю заметить яркую золотую вспышку и подпрыгнувшие рыжие кудри.

— Наконец-то! Жар и пламя, я уж подумала, что ты все проспишь.

— Просплю что?

Дендера тычет мне в лицо голубым атласом, а из-за ширмы Кэридвен вылетают туфли. По-моему, я все еще сплю.

— Вы осознаете, что нам надо готовиться к войне? Или думаете, мы поразим Ангру в самое сердце, устроив бал?

— Мы осознаем, что нам надо готовиться к войне, — сжимает мое плечо Дендера. — Поэтому-то и устраиваем бал.

— В честь чего?

На этот раз голова Кэридвен появляется из-за ширмы не на секунду. Ее локоны убраны под золотую диадему, с которой свисают посверкивающие листочки. Темная кожа расписана золотистыми и коричневыми завитками.

— Свадьбы, — хихикнув, отвечает Кэридвен.

Я улыбаюсь. Никогда не слышала, чтобы она хихикала.

— Моей свадьбы. Мы с Джессе сегодня женимся.

Она ныряет за ширму, когда Шази бросает в нее оранжевую ленту.

— Твоей свадьбы, — вторю я.

Дендера радостно кивает.

— Из последних донесений известно, что через пять дней армии Ангры объединятся. Это… — она обводит рукой палатку, — необходимость.

Я понимаю, что она хочет сказать. Нам нужен праздник. Нужен так же, как оружие, которое мы заточим, как доспехи, которые мы наденем. Мгновения покоя и счастья, пережитые сейчас, потом помогут нам сохранить рассудок.

— Полагаю, это мой наряд? — я беру атласную ткань из рук Дендеры.

Она с улыбкой машет мне на другую ширму.

— Я помогу. Несса?

Несса спешит присоединиться к нам.

За ширмой они стаскивают с меня серую тунику и начинают затейливо облачать меня в голубой атлас — наверное, их научила этому Николетта.

Так вот что Кэридвен имела в виду, сказав несколько дней назад, что ей самой нужно последовать своему совету. Мне мало что известно об ее отношениях с Джессе, но я знаю, что она давно его любит. И хотя война принесла много всего ужасного, она так же вынудила их забыть о разногласиях и помириться.

Это прекрасно — ответить на войну свадьбой.

Дендера с Нессой заканчивают колдовать над моим нарядом через полчаса. Когда я выхожу из-за ширмы, Николетты с Шази уже нет, а растянувшийся на подушках Калео с ленивой улыбкой смотрит на ширму Кэридвен.

— Ты там еще не готова? — спрашивает он.

— Искусство не терпит спешки, папочка, — отзывается из-за ширмы Амели.

— Это не ты выходишь замуж за вентраллианцы С чего ты вдруг так заговорила?

В палатку заходит Лекан. Он оглядывает Калео, затем выглянувшую из-за ширмы и пославшую ему воздушный поцелуй Амели. Ухмыльнувшись мужу, Лекан опускается на подушки рядом с ним.

— Уже собираешься выдавать ее замуж? — поддразнивает он Калео.

— За вентраллианца причем! — хихикает Амели и имитирует рвотные позывы.

— Ну спасибо за поддержку, Амели, — смеется Кэридвен. — Но должна признать, что такое искусство не чуждо ни одному из королевств.

Ширма складывается под рукой Амели, и девочка выпрыгивает из-за нее, сияя улыбкой, затмевающей клеймо на ее левой щеке.

— Позвольте представить… принцессу Кэридвен! — Отведя руку, она приседает в изящном реверансе и отходит, представляя нашим глазам принцессу Саммера.

Кэридвен стоит, уперев руки в бедра. От лица к ключицам спускается золотая роспись, волосы горят огнем. Несса права — она похожа на закатное солнце. У ее темной кожи оттенок природы, на которую опускается ночь, а волосы — алые всполохи лучей. Наряд Кэридвен довершает образ. Корсет переплетен красными шелковыми лентами и сверкает золотыми бусинами.

— Как вам? — Кэридвен проводит ладонью по бусинам. — Это же искусство, а?

В ее голосе звучит неуверенность, словно она боится, что ее наряд не годится для невесты, которая выходит замуж за монарха королевства, которое славится своими произведениями искусства.

Несса и Дендера принимаются уверять Кэридвен, что все замечательно. Я подхожу к ней, беру за руки и вижу, что их тоже покрывает золотистая вязь.

— Ты идеальна, — говорю я ей.

— Идеальна, — фыркает она, закатив глаза. — Вот уж нет. Но уж точно умопомрачительно соблазнительна.

Амели хохочет. Словно почувствовав, что все нарядились, в палатку заходит Николетта. На ней яркий наряд из оранжевых и бирюзовых шелков.

— Мы готовы начинать празднество, — улыбается она.

Кэридвен высвобождает руки и делает глубоким вдох. На ее лице больше нет ни волнения, ни сомнений. Ее глаза светятся счастьем.

Николетты? Я подбираю юбки, чтобы не испачкать подол.

Мы углубляемся в лес, виляя между деревьев и обходя скопления палаток. Чуть выше начинается подножье Кларинских гор, и на нас падает тень от их зазубренных вершин.

Николетта поворачивается к нам.

— Там все готово для церемонии, — кивает она на уходящую в сторону дорожку. — Джессе ждет тебя вместе с Каспаром. Как сорванный с ветви лист устремляется сквозь другие ветви к земле, так по обычаям Отема невеста должна пройти сквозь толпу гостей к своему суженому.

— Стой! — машет ладонью перед лицом Кэридвен. — Гори оно все пламенем, я уже плачу.

— Идемте за мной, — зовет остальных Николетта. — Мы будем ждать ее вместе со всеми.

Они заворачивают за деревья, а я медлю, глядя на Кэридвен. Заметив, что я не ушла, она вопросительно поднимает брови.

— Я рада, что ты счастлива, Кэри, — говорю я, опустив ладонь на ее руку.

— Я тоже, — смеется она. — Ты не представляешь, как я рада тому, что я счастлива.

Сжав ее руку, я отступаю.

— Но… спасибо, — добавляет она.

Видя слезы на ее глазах, я тоже готова расплакаться.

— Смотри не споткнись, — уже уходя, кричу я.

— Ах ты!..

Но я уже не вижу ее. Через несколько шагов палаточный лагерь заканчивается, и дорожка, по которой я иду, превращается в туннель, образованный деревьями и густой зеленой травой. Оранжевые, красные и коричневые листья осыпаются дождем. Они устилают землю ковром и пропитывают воздух своим ароматом. Люди, собравшиеся в конце дорожки, ждут появления невесты, головы Джессе и Каспара возвышаются над толпой. Музыканты готовы заиграть, как только появится Кэридвен.

Под моими ногами хрустят листья, и несколько людей поворачиваются посмотреть, кто пришел. Но музыканты не играют, поэтому большинство людей продолжают глядеть вперед. Друзья Кэридвен — Лекан, Калео и Амели — стоят с детьми Джессе. Отемнианская служанка держит на руках притихшую Шази. Справа стоят мои винтерианцы: кто-то просто набросил поверх обычной одежды атласную ткань, а кто-то, как и я, наряжен с ног до головы.

Несса машет мне рукой, подзывая к себе. Рядом с ней стоят Дендера и Коналл, но меня притягивает другой человек — и его глаза темнеют при взгляде на меня. На Мэзере иссиня-черная одежда с красивым золотистым узором, вьющимся по высокому воротнику, рукавам и груди. Волосы стянуты в узел, но несколько прядей отпущены у лица.