Наемница (СИ) - Сальваторе Лия - Страница 6

Хьял купил для нее узкое темно-синее платье из атласа, разрисованное черными узорами. Оно сливалось с сине-черными волосами Лэа, впервые в жизни не небрежно убранными под шляпу, а тщательно расчесанными и аккуратно завитыми. Хьял где-то раздобыл для нее ожерелье из темных сапфиров и черные туфли.

Лэа зло и рассержено смотрела на свое отражение. Нет, ну самая, что ни на есть, благородная глупая девица!

– Нет.

Лэа начала стягивать платье. Хьял поймал сползающий с плеч атлас.

– Сделай это для меня. Хоть один раз в жизни.

Да, эти слова ударили сильно, весьма отличаясь от всех предыдущих воплей и угроз, принуждающих ее идти в этом нелепом наряде.

И Лэа начала понемногу сдаваться.

– Я надену под низ свою одежду.

– Это будет глупо. Платье начнет топорщиться.

– Тогда возьму с собой.

– Это плохая идея.

– Но меч я возьму.

– И куда ты его денешь?

– Закреплю на спине, где же еще? – удивилась Лэа.

Хьял возвел глаза к небу.

– Ты неисправима.

Лэа быстро накинула сверху кожаную перевязь с мечом.

В зале, освещенном тысячами свечей, стало тихо, когда туда вошла совсем молодая на вид девчонка, не старше восемнадцати лет.

На самом деле ей было двадцать один.

Она шла по залу с гибкой грацией, мягкими пружинистыми шагами, двигалась так, будто на нее вот-вот нападут. Темно-синее платье облегало кошачью фигуру, обсидиановые глаза горели темным огнем, белый шрам разделял лицо на две половины, непрестанно двигаясь при ее улыбках. За спиной у Лэа висел гномий меч. Она шла легко и непринужденно, раздавая всем улыбки, но, не забывая оббегать настороженным взглядом присутствующих, отмечая неестественные складки на одежде, под которыми могло быть спрятано оружие.

Легкое открытое платье и подобранные наверх волосы открывали скрытую всегда от посторонних глаз синюю татуировку на левом плече, изображающую скрещенные клинки, перевитые раздвоенным драконьим языком – герб Логи Анджа. Все, кто видели эту татуировку, с восхищенным и почти благоговейным трепетом начинали шептаться. Многие воины пытались подделать эту татуировку, чтобы придать себе большее значение и мастерство, чем на самом деле, но первородные руны, которыми были испещрены лезвия вытатуированных мечей, не поддавались подделке, ибо в своей первозданной сущности были известны только масэтрам Логи Анджа.

– Я заберу деньги и уйду, – сквозь зубы процедила идущему рядом брату Лэа.

– Не смей. Не показывай им своих слабостей. Говоря на твоем языке: они бросили тебе вызов, отказаться будет трусостью.

Лэа вздохнула.

– Но танцевать не буду. Даже не думай.

– Не смею, – улыбнулся Хьял.

Она развернулась на каблуках и пошла прямо к королю Тирнау. Рядом с ним стоял мужчина, с головы до ног увешанный оружием. Лица его Лэа не видела, но осанка выдавала в нем воина, не раз бывавшего в переделках. В отличие от остальных он был одет в обычную одежду, и Лэа пожалела о том, что поддалась уговорам брата.

– Ваше Величество? – Лэа присела в реверансе. Хоть она и не подчинялась ни одному из земных правителей, злить человека, который предоставил ей работу, явно не стоило.

Король улыбнулся.

– Так быстро? Право, я рад, что доверил это дело тебе. Ты нашла там то, что искала?

Лэа кивнула, стиснув зубы.

– Старейшина деревни передал вам письмо. – Она протянула ему аккуратно свернутый лист пергамента.

Тирнау развернул свиток и быстро пробежал по нему глазами.

– Отлично.

Он передал ей увесистый мешочек.

– Я покину вас, дорогие гости. Меня ждут более важные дела.

Король ушел, и Лэа осталась вдвоем с воином. Она поправила сползающую с гладкого атласа перевязь.

– Ты та, о ком я подумал или нет?

Лэа окинула воина равнодушным взглядом. Ничего примечательного. Он мало чем отличался от всех, прежде встреченных ею воинов. Правда, внешность его была весьма привлекательной, а сапфировые глаза могли сравниться цветом с самыми лучшими самоцветами Хаара. Лэа усомнилась, что в нем течет чисто человеческая кровь. Скорее всего, не обошлось без весьма солидной примеси эльфьей. Улыбка была весьма располагающей к себе, но Лэа как раз и не любила таких людей, которым хотелось доверять после первой же улыбки.

– Не знаю.

– Ты Лэа ун Лайт?

– Два часа назад была ею.

– А сейчас?

– А сейчас – не знаю.

– Столь разительная перемена?

– Еще бы.

Лэа провела рукой по гладкой ткани платья.

– Я – Райт рент Крайген.

Он с небрежным изяществом оперся о мраморную статую. На темных волосах блеснули отсветы огня, на мгновение превратив их в вихри агатов.

– Я представлял тебя другой.

– Зачем ты меня вообще представлял? Откуда ты меня знаешь? – в душу девушки начинало закрадываться подозрение.

– Скажем так, я кое-что слышал о тебе от одного знакомого…

– Какого знакомого? – Лэа не хотела разговаривать и начинала терять терпение.

– Не знал, что выпускники Логи Анджа любят носить платья, – усмехнулся Райт.

– Ну, уж нет! – его слова привели Лэа в ярость. Лицо ее побелело, почти сравнявшись со шрамом. – Не знаю, кто ты таков, но я, Лэа ун Лайт, даю слово, что если ты еще раз позволишь себе необдуманно выразиться в мой адрес, я заткну тебе глотку твоим же языком!

Он поднял брови.

– Больше похоже на истину. На ту Лэа, о которой мне рассказывали, что она два года прожила в Хааре.

Она развернулась, собираясь уйти от этого непонятно что пытающегося добиться человека. Он успел поймать ее за руку. Хватка была крепкой. Вырваться так, чтобы атласное платье не разошлось по швам, было невозможно.

– Ты ведь соврала ему. Королю. Его там не было.

– Что тебе нужно? – прошипела она.

– Я хочу тебе помочь.

– Я сама со всем разберусь!!!

– И как, получается? Легкая такая задача, не пыльная?

Лэа резко замерла. Казалось, что на нее вылили ведро холодной воды, лицо ее помертвело, губы плотно сжались.

– Я не знаю, где он сейчас, – продолжил Райт. – Но могу помочь тебе отыскать его, если разрешишь составить тебе компанию.

Он ослабил хватку, и Лэа вырвала руку.

– Мне не нужна ничья помощь.

– Но ведь это глупо! Ты не найдешь его одна. Мир Элатеи огромен. Я хочу помочь.

Она молчала.

– Ты можешь подумать. Я буду ждать тебя завтра вечером в таверне «Виррокузский сад». А сейчас… не хочешь ли ты потанцевать?

– Нет, – резко ответила Лэа. – Я не танцую.

– Конечно, – Райт улыбнулся так, будто только этих слов он и ждал.

И она убежала, легко лавируя между танцующими парами, лишь серебряная рукоять меча сверкнула напоследок ярким огнем.

– Ты неважно выглядишь, – заметил Хьял, когда поздним вечером они возвращались в таверну. – Это торжество утомило тебя?

Лэа весь остаток вечера потратила на поиски Хьяла и усиленные попытки держаться от Райта подальше.

– Нет, все в порядке. Завтра ты отплываешь…

– Я помню, – раздраженно ответил Хьял. – Тебе так не терпится от меня избавиться?

– Прости… – тихо ответила Лэа.

Она вдруг загрустила. Ее месть теряет свой священный характер, который она имела семь лет назад и превращается в отчаянные попытки загнать в угол ветер. Райт предложил ей реальную помощь, прося взамен только возможность быть ее спутником. Что же в этом плохого? Она не умеет вести себя с людьми. Но ведь Райт – воин. Им не будет скучно. А вместе они смогут… что?

Лэа раздраженно пнула камень. Для начала пусть докажет завтра, что достоин путешествовать вместе с ней, что не будет обузой на ее шее, а потом она подумает.

– Райт…

– Что? – удивленно перепросил Хьял.

– Прости… Хьял. Я хотела сказать… – Лэа покраснела. И тут же разозлилась на саму себя из-за того, что размякла на этом балу. – Я найду тебя, когда отомщу. Даю слово.

– Я знаю, сестренка. – Он обнял ее покрепче, вдохнув дурманящий аромат цветущих лилий. – Я знаю…