Воин пепла (СИ) - Рауд Алекс - Страница 12

Первое время женщина с кажущимся равнодушием выдерживала его взгляд, но наконец отвернулась.

– Я не врала тебе. Ну, почти. Демоница – это действительно сосуд с кровью Иешну. Она его дальний потомок. Дочь бога.

Такого ответа Тайен не ожидал. Эль криво улыбнулась, наблюдая за выражением его лица.

– Легенды не слишком правдивы, да? Моя семья как раз из тех, кто хранит истину и следит, чтобы все ключи оставались на местах, а дети богов – заперты.

– Ключи?

Она продемонстрировала амулет, которым открыла волшебную печать.

– Я знала, что за дверью демоница.

Тайен стиснул ее правое запястье. Было очень трудно сдержаться и не влепить ей пощечину.

– И не предупредила?

– Я же не знала, что она использует оборотничество! Я думала, она сразу на нас набросится, как обычные демоны.

– Ты все равно меня обманула! Почему нельзя было сразу сказать правду?

Он внезапно получил такой удар в плечо, что пошатнулся. Хоть и левая, но рука у Эль была тяжелая.

– И что бы я тебе сказала? – прошипела женщина, с которой слетела вся виноватость. – «Давай прогуляемся до одного оазиса, убьем демона, в котором течет кровь местного божества?» И ты бы согласился? Да я не знала даже, доживешь ли ты до встречи с ней! И позволю напомнить твоему проклятому лордскому величеству, что ты меня чуть не задушил! Тебе не кажется, что мы квиты?!

Маг отпустил ее руку. Эль, не переставая ругаться, походила вокруг, пока не успокоилась. Звезды к этому времени побледнели, готовясь полностью исчезнуть с небосвода.

– Зачем я тебе нужен? Ведь не затем, чтобы убивать демонов?

– За что тебя выгнали из Вессалии?

– Если уж ты выяснила, что какие-то мошенники прикрываются моим именем, неужели не выяснила причину изгнания?

– Официальную – выяснила. За нападение на личную охрану императора, которое расценили бы как покушение на него самого, если бы он не уехал на месяц в провинцию и если бы ты перед этим не разорался, что идешь проучить братьев-стражников. Тебе повезло, что тебя не казнили. Но я не дура, Тайен. Что Кейро с твоей помощью украла у императора?

Он молчал.

– Это был ключ, верно? – настаивала Эль. – И никто не объяснил тебе, что такого важного в вещи, которая похожа на простой амулет.

– Ни мне, ни Кейро не предъявляли обвинений в воровстве.

– Но тебе же интересно, правда? Поэтому ты бросился вдогонку за Кейро: ты хотел понять, почему тебя использовали ради кражи амулета, пропажу которого никто даже не заметил?

Тайен вдруг почувствовал себя измученным.

– Я ищу ее, чтобы снять проклятие. Вот и все.

Ассасинка пыталась говорить что-то еще, но он не слушал. Маг обогнул ее и побрел туда, где над пустыней возвышались пальцы погребенной статуи. Сейчас ему пришла в голову догадка, что это могло быть древнее, исковерканное временем и ветрами изображение Иешну, чьей дочери поклонялись в аль-Нуили, но под гнетом усталости эта мысль не задержалась надолго.

Иешну, демоны, дети богов, таинственные ключи…

– Зачем тебе все это, Кейро? – прошептал Тайен.

Ответом ему было лишь завывание ветра.

Глава 5

Тело пронзила резкая боль. Тайен зашипел сквозь зубы и стиснул в кулаке край соломенного тюфяка, на котором лежал.

— Не рыпайся, – осадил Карас и снова воткнул в спину товарища иглу.

Маг сдержал стон, а потом по очереди перечислил всех посланников Всесоздателя на земле: царя зверей и лесов Леда, владыку Подземного царства Хада, покровителя магии Иешну, Варона Свет во Тьме и Мать морей Леливу. И пожелал, чтобы каждый из них обратил на криворукого Караса свой гнев.

Истязание длилось уже долго. Полчаса или час, а может, всего четверть часа – время тянулось для Тайена невыносимо. Обезболивающие зелья закончились, а до города, где можно было бы купить ингредиенты для новых, друзья добраться еще не успели. Остановились в какой-то деревне, в первом же караван-сарае на пути, потому что Тайену стало совсем плохо. Эль тоже едва держалась в седле, но ее самочувствие вряд ли получилось бы сравнить с самочувствием человека, проткнутого копьем.

Он посмотрел на красную лужицу, которая медленно впитывалась в земляной пол. Карас взял из миски влажную тряпку, промокнул ей спину Тайена и небрежно бросил обратно. Миска накренилась, и оттуда снова натекла алая лужица.

– Откуда во мне столько крови? – хрипло удивился маг.

— Поразительно, но пока что ее в тебе больше, чем пепла. Хотя если ты продолжишь попытки взятия в одиночку крепостей, то вряд ли доживешь до того момента, как подойдет назначенный проклятием срок. Я же предупреждал тебя — чем больше ты колдуешь, тем хуже тебе становится.

— Ну вот. Пить ты мне запрещаешь, теперь и брать крепости тоже… Ай!

– Тихо, адан. Будь мужчиной и не ной.

– Хорошо… Мамочка.

Словно в отместку, Карас сделал особенно больной стежок. Тайен вцепился зубами в тюфяк, не думая о том, сколько грязных и вшивых путешественников лежало здесь до него.

— Проклятье! Может, я и состою наполовину из пепла, но чувствительность потерял еще не до конца. Давай все-таки аккуратнее, а?

– Хорошо. Когда ты перестанешь подставляться под стрелы с копьями, тогда я и буду аккуратным.

Под аккомпанемент свежих ругательств (на сей раз в ход пошли предводители демонов начиная с Херна) отворилась дверь, и в комнату вошла Эль. Чтобы не вызывать подозрений у местных жителей, она заранее переоделась в платье, и Тайен смотрел за тем, как темно-синий подол волочится по полу и замирает возле циновки. Караван-сарай не блистал роскошью, поэтому сесть было больше некуда. Эль поколебалась и в конце концов опустилась на нее, нечаянно оголив стройные голени и тут же прикрыв их снова.

— Красивые ножки, — отметил Тайен.

– Уже не злишься на меня?

– Еще как. Но это не мешает получать эстетическое наслаждение.

В следующее мгновение маг порадовался, что успел договорить фразу. Над последним стежком Карас извратился так, что из глаз у Тайена хлынули слезы. Ему пришлось закашляться, чтобы скрыть от Эль гримасу боли.

Хоть и лгунья, она все равно оставалась женщиной, а он, хоть и убийца, мужчиной.

-- Не шевелись, – сказал Карас. – Еще не все.

Он положил руки Тайену на спину, и маг ощутил тепло вместе со слабым покалыванием. Ткани тела понемногу срастались, боль утихала.

– Так вот в каком смысле он твой телохранитель, – с восхищением произнесла Эль. – Целитель – он хранит твое тело от повреждений!

– Можно обращаться и ко мне напрямую, – пробормотал Карас.

На мгновение нажатие стало сильнее – он устал и едва не потерял равновесие, но удержался и быстро убрал руки. Лечение магией выматывало его не меньше, чем Тайена – заклинания. Целителям тоже приходилось тратить на это собственную энергию.

– Никогда не слышала о мужчинах-целителях из Эмана. Разве там не разрешено этим заниматься только женщинам? – Карас молчал, поэтому Эль продолжила: – Я думала, ты убийца или что-то вроде этого.

– Я и убийца тоже.

– Что это значит? – с любопытством поинтересовалась ассасинка.

Невзирая на предложение разговаривать с ним, а не через голову Тайена, Карас отвечать не торопился и, судя по всему, вообще не собирался. Он не любил пустую болтовню и плохо сходился с людьми. За те несколько лет, что эманец провел у семьи Ребеллин, он так и не завел друзей. А если бы не необходимость, он бы не сблизился и с Тайеном.

– История Караса сейчас меньшее из того, что должно нас волновать, – пришел маг ему на помощь. – Я попросил тебя прийти, чтобы ты рассказала правду – правду! – о том, кто ты такая и что ты знаешь о целях Кейро. Если я тебя поймаю еще хоть на одной малейшей лжи – будь уверена, я закончу то, что начал в аль-Нуили.

Теперь настала пора тяжело молчать Эль. Тайен, морщась, сел, надел рубашку и потянулся за вином, которое заказал у хозяина караван-сарая чуть ли не раньше, чем комнату. Пил он прямо из узкого горлышка и опустошил кувшин сразу наполовину, а потом запрокинул голову и уставился в закоптелый, с пятнами от насекомых потолок. Напиток разбавили до такой степени, что он мало чем отличался от колодезной воды, но жгучая боль стала понемногу расплываться и слабеть.