Сага о Ваосе. Часть I. Тайна Ангромора (СИ) - Егоров Николай Михайлович - Страница 16

–Всю жизнь я продаю товар, - начал лорд Ромборд, - но себя я ни разу не продавал. Я не считаю себя очень уж честным человеком, я частенько обманывал, каюсь, но даже я никогда не позволял себе опустился до такого…

- Как я мог сразу не углядеть в тебе предателя, Бавер… - сетовал король, - это моя вина, что принц Троин чуть не погиб. Простите меня, Трамдин.

– Кто же мог знать, Ваше Величество… - ответил Трамдин и тяжело вздохнул. – Этот мерзавец всех одурачил.

– Всё в мире продаётся и покупается… - печально, со слезами на глазах, протянул лорд Ромборд. – Даже внутреннее достоинство. Всё приносится в жертву золотому идолу. Если раньше ратное дело было святым подвигом Веры, Любви, Надежды, Чести и Преданности, то теперь это всего лишь вид наёмного труда… Это ужасно. Мир, построенный на золоте рухнет. Ибо золото – прах человечества, а на прахе нельзя строить… Ради проклятого идола мы готовы пролить реки крови. Святые ценности, дарованные нам Единым Творцом попраны и осмеяны, а смрад и тлен заменили их.

Трамдин стоял, задумчиво потупив глаза, выражающие боль и тревогу. Главный мудрец сидел, погрузившись в глубокое раздумье, не проронив ни единого слова. Его брат, священник, стоял где-то в углу, в стороне, и тихо молился вполголоса… и плакал… и из его сверкающих от слёз серебристых глаз по глубоким морщинам струились ручьями слёзы.

Было странно и даже удивительно слышать такие слова от купца, а не от священника, и даже не от воина... а от купца, всю жизнь имевшего дело с золотом... Даже такому человеку стало до глубины души мерзко от осознания всей гнили мира, построенного на золоте. Бавер стоял на коленях перед Советом, смотря на своих разоблачителей яростным, полным ненависти и презрения взглядом, но в душе его слова старого купца, над которым он насмехался всё время, которое довелось им знать друг друга, произвели смятение… Впрочем, как и у всех присутствующих.

Все они в душе начали, казалось, видеть свои пороки, сокрытые в глубине. Им всем в этот жуткий миг казалось, что над всеми ними был совершён какой-то страшный, неотвратимый суд. Наконец, собравшись духом, король встал и, что было царского величия и в его облике, грозно произнёс:

- Именем Единого Творца миров, Бавер, ты арестован! На сотню лет!

- Но по закону надо мною надлежит совершить суд! – возразил Бавер.

- Ты сам его свершил! – холодно ответил король. И сам вынес себе приговор. Может быть, хоть в четырёх каменных стенах ты успеешь одуматься. Лорд Эревард, - он обратился к генералу, - велите взять его под стражу!

- Да, Ваше величество. – ответил генерал.

Лорд Эревард протрубил в горн. В зал вошли двое стражей во главе с капитаном. Генерал приказал взять Бавера и увести в темницу. Бронбард кивнул стражникам. Бавера взяли под руки и повели прочь. Он всё ещё с ненавистью смотрел на короля и советников, но не произнёс ни слова, а лишь яростно шипел сквозь зубы, рычал и скулил, как побитый пёс. Король сел в своё кресло и, опершись локтями на стол, закрыл лицо руками. Сквозь его грубые изрубленные в боях пальцы слёзы.

Поздним вечером на Гильднор пролился сильный дождь. В свете луны засверкали лужи на дорогах, черепичные крыши домов и храмов. Капли дождя уныло стучали по крышам, как одинокие путники, просящие, но не находящие ночлега. Сквозь черные, словно обрывки траурных стягов, тучи, пробивались копьями бледные лучи луны. Только вернувшись от Троина, которому, к слову сказать, стало значительно лучше, Трамдин сидел за дубовым резным столиком в своих покоях, кутаясь от холода в покрывавшую большой кованый сундук шкуру медведя и задумчиво похлёбывал горячий грог из глиняной кружки. Кап-кап-кап-кап… - слышалось через полураскрытые оконные створки, словно оживлённая беседа тысяч тоненьких звонких голосов. Узнав о том, что наемник схвачен, Троин изъявил желание видеть его, и теперь, как только оправится, непременно нанесёт визит в Королевскую темницу.

Глава XII. Тени ночного леса.

–Милорд Троин! – воскликнул Бронбард, торопливо бежав на встречу въехавшему в ворота замка принцу. – Как я рад видеть вас в добром здравии!

- Взаимно, Ваше Величество. – ответил Троин, спешившись с Алмаза.

– Последние три дня за вас молились во всех храмах Гильднора. Хвала Единому Творцу Миров за то, что вы выжили!

- Я искренне благодарен вам за ваши молитвы. Милорд, могу ли я попросить вас об одном одолжении?

- Я вас слушаю, милорд.

– Не могли бы вы проводить меня в Королевскую темницу?

 Бронбард не сказал ни слова, но лицо его выражало недоумение и немой вопрос.

– Я хочу видеть того, кто хотел меня убить. – пояснил Троин, заметив его недоумение. – Я подозреваю, кто это сделал и хочу убедиться в этом… И задать ему пару вопросов.

– Ах, вы об этом. Что ж, я скажу об этом лорду главному тюремщику. Он вас лично проводит. Но сначала предлагаю вам отобедать, а то на вас лица нет. Осунулись да побледнели, как смерть с косой.

– Благодарю вас.

После обеда, как и обещал, король велел лорду главному тюремщику проводить Троина в камеру допроса, где сейчас находился Бавер. По тёмным, освещённом факелами, грязным коридорам темницы, тюремщик провёл Троина в камеру, такую же тесную, тёмную и грязную, как коридоры. Там у дверей стояли двое солдат королевской стражи, напротив двери, прикованный наручниками к стене, сидел на грязной соломе Бавер, подле него расхаживал по камере генерал Эревард, допрашивая убийцу, а в углу за столиком сидел молодой монах и записывал каждое слово. Лорд главный тюремщик вошёл в камеру и объявил:

- Принц Троин Остроглаз желает видеть убийцу! Прикажете просить? Услышав имя Троин, Бавер поднял взгляд.

- Ну понятно дело, просить! – резко ответил Эревард.

Троин волновался до боли в груди, но прилагал все усилия, чтобы не показывать виду и казаться абсолютно спокойным в глазах почтенных лордов. Тяжело вздохнув, он вошёл в камеру, приготовившись взглянуть в глаза тому, кто хотел и хочет его смерти. Войдя в камеру, он увидел его. Взгляды их встретились и застыли друг на друге, выражая гнев и боль.

– Ну, здравствуй, Троин. Давно не виделись. – Бавер по-волчьи ощерился. – Какими судьбами к нам? Каким ветром?

– Действительно, давно... – Троин вздохнул. - С тех пор, как её не стало. Помнишь Герту из клана Ясноликов?

- Ты до сих пор её любишь? Ты страдаешь по мертвецу? Но ведь её нет! Осталась лишь куча костей! - захохотал Бавер.

Троин ударил Бавера в лицо.

– Закрой свой зловонный рот! – в гневе закричал он и схватил его за ворот. – Даже не смей о ней говорить, осквернять её память!!!

-Ты глупец, Троин Остроглаз, ты всегда был глупцом, и глупцом сдохнешь! – Бавер хохотал, как гиена. – Глупец!

-Пусть так. Но умереть глупцом – всё лучше, чем убийцей и клятвопреступником.