Ключ от Реальности (СИ) - Юлия Драндина - Страница 65

Конник, посланный на поиски Джевина Блайта, как раз приближался в сопровождении самого полковника. За ними ехали Айнер и какой-то светловолосый воин – видимо один из пленных командиров Защищающего Клинка. Или, возможно, Джевину – а точнее, Сандриду – повезло, и он всё же отыскал сына? Райдан надеялся на это, хотя и не представлял теперь исход боя и то, способен ли будет кто-нибудь из участвующих в нынешнем сражении айриасцев испытать искреннюю радость, когда всё закончится.

Полковник Блайт, он же лорд Барред, отсалютовал генералу и направил своего коня к нему, ожидая приказов, жестом велев Айнер охранять драгоценного пленника. Райдан поднял забрало, не удивляясь, что сам Сандрид не открыл лицо. Едва ли сейчас было хорошее время для объяснений семейных разногласий. Понизив голос, генерал проговорил:

– Надеюсь только, вы оба уйдёте отсюда живыми. Ты и без моих приказов знаешь, что делать. Помоги нашим людям, прикрой тыл, но потом уходи. Чем больше солдат и магов сможешь увести, тем лучше. Никто не обязан устилать своими костями это бесово поле. Кейерг пришёл за моей головой, её он и получит, бес меня дери, но только не вместе с вашими.

Барред склонил голову в молчаливом обещании. Райдан ободряюще улыбнулся ему.

– Сандрид, я рад был сражаться рядом с тобой. Не подведи меня теперь. И не вздумай следовать за мной!

На последних словах в голосе генерала зазвенел металл. Он снова стал не только другом, но и командиром с железной волей. Барред отсалютовал ему на прощание, так и не произнеся ни слова. Откуда-то Райдан точно знал, что они больше никогда не увидятся.

Склонившись к шее коня, насколько позволял панцирь, воин прошептал мудрому животному своё пожелание, и тот понёс его со всей возможной быстротой. В сопровождении нескольких конных латников генерал мчался в тыл, предоставив отрядам Барреда покончить с боем у стен. О том, чтобы укрыться в таком близком Мидерране, уже не могло быть и речи. При нынешней расстановке сил магия жрецов, воссоздавших защиту над городом, пленила и смяла бы всех их до единого, а у жриц Лайеры, способных противостоять этому колдовству, были сейчас другие сложности.

Райдан не мог не радоваться, что паника в рядах айриасцев довольно быстро сменилась сосредоточенной деятельностью. Перед лицом намного превосходящего их числом противника каждая крупица их силы должна была быть сохранена и использована со всей возможной эффективностью. Ободряющие крики, звон доспехов и оружия и цокот копыт почти заглушали звон рогов кавалерии Кейерга, прорезавший воздух, возвещавший о начале наступления. Сейчас Райдан ехал прямо навстречу сверкающей лавине рыцарей Чарльтвуина.

– Мне нужен знаменосец! – крикнул генерал, не останавливая коня ни на миг.

Отстегнув от седла собственный боевой рог, он поднёс его к губам, и новая мелодия, подхваченная другими, стала дерзким ответом рогам храмовников. Кейерг должен был знать, что Райдан находится в тылу, ставшем передовой. Именно сюда Лорд-Командор должен был бросить основные силы. Только так можно было купить время, а, следовательно – больше жизней.

Говорят, эльфы обладают совершенным чувством времени, и потому, как правило, везде появляются вовремя. Знаменосцем Райдана стала эльфея, как по волшебству оказавшаяся неподалёку на своей боевой кошке. Она поравнялась с генералом, улыбаясь ободряюще и беспечно, точно они ехали на лесную прогулку, а не на свидание с собственной смертью. Вскоре с ними поравнялся и Странник, боевой кот которого без труда нагнал закованных в броню коней.

– Хочешь продать свою жизнь подороже, мой друг? – со смехом воскликнул капитан лучников. – Уж не обессудь если я составлю тебе компанию в этой авантюре.

– Всегда рад тебе, друг, – Райдан невольно улыбнулся, хотя гнев гремел в нём раскатами весеннего грома. – А мою жизнь продал не я... надеюсь, хоть не по дешёвке, – он стиснул зубы, процедив крепкое проклятие, и подумал с горечью: «Но ведь не только мою...»

Мысли неслись вскачь – мысли о том, кто мог предать их. И тем больше исступлённой ярости вызывало у Райдана это предательство, что в ловушку заманили не его одного, и пострадать должны были десятки людей. Генералу стоило больших усилий унять бешенство хотя бы настолько, чтобы мыслить трезво и принимать решения.

– Цена твоей головы – целое королевство. Смотри, сам Лорд-Командор Клинка за тобой пожаловал, – Странник усмехнулся, небрежным движением поправляя перевязь колчана, и прищурился, вглядываясь куда-то в поток вражеских воинов. Несомненно, он сумел разглядеть Кейерга своими не по-человечески зоркими глазами эльфийского охотника. – Отбиться не отобьёмся, мой генерал, – философски заметил капитан лучников, – но уплаченную цену повысим изрядно.

– На то и надеюсь, – тихо, будто сам себе, проговорил Райдан и с ожесточением захлопнул забрало.

* * *

Кейерг не мог не восхититься полководческими талантами Брейона и выучкой его солдат. То, как быстро айриасцы перестраивали боевые порядки, не позволив панике окончательно смешать свои ряды, вызывало у него глубокое уважение. Нужно было быть глупцом, как некоторые его сторонники, чтобы считать повстанцев неотёсанным сбродом. Армия Айриаса являла собой могучую силу, относиться к которой с пренебрежением было не просто нельзя, но губительно.

Рыцари Клинка нападали клином, однако первая волна каким-то чудом разбилась о стену щитов, наскоро выставленную повстанцами. Завязалось жестокое сражение. Кейерг пока не принимал в нём участия, так как прибыл сюда с одной вполне определённой целью. Разумеется, он слышал звон рогов Брейона, и прекрасно понимал, что вызов ему был брошен. С горечью, смешанной с тем же невольным восхищением, Лорд-Командор наблюдал, как две почти равные силы слились в кровавом танце. А ведь они были единым народом Энферии.

– Что же ты наделал, Райдан Брейон... – тихо сказал Кейерг, не в силах оторвать взгляда от сражающих. – Что ты наделал... и как тебе это удалось?

Он не хотел смерти повстанцам, и уже знал, что будет добиваться милости у Совета Жрецов для всех своих пленных. Никаких позорных казней, когда армии нужен приток свежих сил! Глупо не использовать ресурсы по назначению, да ещё какие! Слово Лорда-Командора имело большой вес. То, что северные королевства объединялись в Альянс Норвьеру, только увеличивало его вес. Эта гниющая рана – разлом в народе Энферии – должна была срастись во что бы то ни стало, и общая угроза извне могла поспособствовать примирению. Лорд Сандрид Барред понимал это. Кейерг буквально мечтал, что ему удастся донести эту простую истину и до Райдана Брейона. Айриасский генерал мог быть фанатично предан своему делу, но безумцем он не был. Этот талантливый полководец, прежде всего, заботился о людях Энферии, просто по-своему. То же делал и Арео Кейерг. Им оставалось только прийти к взаимопониманию, озвучив эту основную точку соприкосновения их таких разных взглядов. Лорд-Командор знал, что им многое предстоит обсудить. Ему было безумно жаль, что жрецы имели в этой ситуации свой интерес, который он пока вынужден был поддерживать. Но ломать такого человека было просто преступно! Кейерг не собирался потворствовать этому, просто пока время для его плана ещё не пришло.

Храмовник прищурился, вглядываясь вперёд, и, не оборачиваясь, протянул руку своему адъютанту.

– Будьте добры, подзорную трубу, Ольдрис.

Ольдрис Бентош, пожилой офицер, всегда совершенный в своей исполнительности, точно только и ждал этого и передал бронзовую трубу Кейергу. Через неё Лорд-Командор всматривался в лица сражающихся, ища человека, за которым он явился сюда. Найти Брейона не составило труда, так как рядом с ним держалась эльфея-знаменосец. Генерал дрался плечом к плечу со своими рыцарями. Именно там стена сопротивления казалась просто непробиваемой, а сражение разгорелось особенно жарко. Точно могучий призрак возмездия, закованный в тёмные доспехи, он внушал трепет даже чарльтвуинской элите храмовников. Отсюда казалось, что рыцари Клинка словно обтекают передовой отряд Брейона, стараются обойти стороной и нанести удары по флангам, только бы не встречаться в бою с айриасским генералом и его стражей. Кейерг не скрывал восхищения искусством своего врага, искусством равного ему, а в чём-то и превосходящего его самого.