Ключ от Реальности (СИ) - Юлия Драндина - Страница 68

«Амила... прости меня... я не могу остаться в живых с этим знанием...» – мысли проносились обрывочно, в едином ритме с ударами меча.

Если он одержит победу в этом поединке, его наверняка прикончат на месте из страха, что он убьёт Лорда-Командора.

Мышцы и кости ныли в мучительном напряжении, и усталость сковывала в свинцовых объятиях, но цель и страх перед последствиями, если он не достигнет её, вливал новые силы. Если его тайны попадут в руки жрецов, это станет гибелью не только для Айриаса, но и для Энферии...

Уже не думая о защите, Райдан отбросил щит, перехватил палаш обеими руками и с разворота нанёс мощный удар по правому плечу Кейерга, открывая тем самым путь для меча храмовника. Защитная пластина на плече Лорда-Командора разлетелась на части, разрубленная. Его палаш, в свою очередь, пробил доспех Райдана сбоку. Удар был недостаточно сильным чтобы нанести глубокую рану – неожиданный выпад генерала почти парализовал его руку. Кейерг настолько опешил – скорее оттого, что противник открылся ему сам, чем от удара – что невольно замер. Генерал хрипло выдохнул, не чувствуя боли, и усмехнулся, невидимо под забралом.

– Убей меня, всё честно...

В тот момент произошло сразу несколько вещей: кто-то из повстанцев прорвался к защищённому кругу на помощь генералу; по всему мидерранскому полю боя прошла сильная волна магии, не коснувшаяся орденских воинов, но заставившая айриасцев осесть на землю точно марионеток с обрезанными нитями. Райдан даже не понял, что пронзительный крик отчаяния был его собственным. Кейерг отступил, так и не нанеся последний удар.

...А потом была боль, такая сильная, что невозможно было даже определить её источник. Райдан упал на колени, хватая ртом воздух. Что-то навылет пробило его грудь у самого плеча в хрупком сочленении доспехов, но в агонии содрогалось всё тело. Последним усилием воли он поднял голову, взглянув на Кейерга сквозь тёмную завесу.

Нет, не Кейерг нанёс этот удар... Предательство... последнее... Сил обернуться и разглядеть труса, подарившего ему смерть, уже не было.

– Амила... – имя украло его последний вздох, и он рухнул к ногам Лорда-Командора.

* * *

Защиту, выставленная жрицами, смело, а их самих отбросило на землю. Круг был разорван, словно в центре его произошёл небольшой беззвучный взрыв. Лайере показалось, что она ослепла, так черна была пелена перед глазами. Через некоторое время она приподнялась, и зрение вернулось, хотя всё по-прежнему было в алой дымке. В голове развернулась пустота, наполненная болезненным звоном, и большого труда ей стоило сосредоточиться даже на самых простых действиях. И всё же ей повезло больше, чем многим её лунным сёстрам. Кто-то бился в конвульсиях и выл от боли, кто-то уже был без сознания, или – страшно представить! – мёртв. Сама Лайера пребывала в каком-то мучительном оцепенении. Машинально она отёрла кровь, хлынувшую из носа от напряжения. Потом пришло осознание.

– Странник... О нет... – простонала она.

Орден пробил их защиту и добрался до воинов. В этом не было вины жриц. Даже то, что они продержались так долго в борьбе с намного превосходящими их силами, само по себе было чудом. Но для Лайеры это было слабым утешением, ведь в итоге они проиграли, а потери были слишком велики.

По-прежнему едва соображая, она нащупала портальный амулет. Даже сквозь исступление и отдалённо ощутимый ею ужас она чётко знала, что должна переправить жриц в Храм. Орденские маги наверняка скоро вычислят их укрытие и явятся сюда. Поднялась она только со второй попытки, и обошла всех женщин, касаясь лунного амулета каждой своим. Только жрицы Храма Луны могли использовать эти артефакты. Если хозяйка не могла активировать свой медальон сама, это могла осуществить другая жрица с таким же медальоном, и никто больше. Портальные амулеты офицеров и архимагов работали несколько иначе: если владелец был без сознания и не мог активировать их, они просто не срабатывали. Так же обладатель такого артефакта должен был привести его в действие без принуждения, даже косвенного. О да, Амила, выросшая в плену у Единого Ордена, просчитала всё, включая попадание в плен, магию принуждения и давление через заложников.

Одна за другой жрицы растворялись в серебряных искрах. Оставшись в одиночестве, Лайера обхватила себя за плечи и некоторое время просто стояла, глядя в никуда.

– Только будь жив... будь жив, Странник... – как заклинание шептала жрица, а по лицу, смешиваясь с кровью, катились слёзы.

Она разрывалась между желанием присоединиться к воинам и осознанием собственной беспомощности. В итоге победил здравый смысл, как ни был слаб его голос, и Лайера призвала силу своего лунного медальона. Придя в себя в Храме, она сможет вызволить Странника и остальных пленников. Амила ведь обязательно поможет!

В вероятность того, что эльф не пережил битву, жрица просто отказывалась верить...

* * *

Портал вывел их на какую-то каменистую пустошь. Барред хмуро оглядывал дикие скалы, огораживавшие небольшую равнину, и пытался определить, где они находились. Воины, ожидавшие оказаться в тылу Кейерга, а не на краю мира, в недоумении переговаривались. Сандрид выхватывал отдельные реплики, осторожные вопросы, на фоне смешанного ропота солдат.

– Что произошло?

– Где мы?

– Когда откроется портал обратно к Мидеррану?

– Мы же можем не успеть!

– Всем спешиться! – приказал Барред.

Офицеры быстро подхватили этот приказ, и отряды пришли в движение. Это было последним, что он мог сделать для них сейчас. Он не хотел, чтобы конники сверзились на землю с неуправляемых лошадей, когда сонное зелье Лиссандры сработает. Самым большим искушением сейчас было привести в действие портальный амулет и попытаться провести в Айриас не только солдат, но и Дрэйта. Но волшебство Храма Луны было таково, что не пропустило бы никого, кто был связан с магией Акхараат, а Барред не мог ручаться за сына. Кто знал, что будет с теми, кого портал отторгнет? Да и игры с Лиссандрой могли закончиться плохо.

Обернувшись, он с тоской посмотрел на Дрэйта, невидимо под забралом. Храмовник уже тоже спешился и стоял рядом со жрицей, наблюдая за Сандридом с мрачным любопытством. Как и солдаты, он напряжённо ожидал, какой приказ полковник Блайт отдаст следующим. Ждала и Лиссандра, и в её безмятежном вроде бы взгляде Барред читал скрытое предупреждение. Он вздохнул, собираясь с мыслями. «Восстание бессмысленно, старый друг... Я должен был защитить моих людей, ведь они верят мне, верили с тех пор, когда я ещё был одним из лордов северного приграничья. Они последовали за мной под твои знамёна, а ты ведёшь их только на смерть... как и всех остальных верных тебе... По крайней мере, с этим безумием теперь будет покончено».

Впрочем, попытки оправдаться перед самим собой в безмолвном диалоге с Райданом не принесли его сердцу облегчения. Барреду оставалось лишь доделать начатое, так как менять что-либо было уже поздно. Он вскинул руку, сжатую в кулак, призывая всех к тишине. Голоса быстро стихли, и десятки пар глаз устремились к нему, возвышавшемуся над всеми на своём огромном боевом скакуне. Терять теперь уже было нечего. Сандрид стянул латные перчатки, а затем медленно снял шлем, чтобы тот не заглушал его голос. Он не позволил эмоциям отразиться на своём лице, когда услышал возглас Дрэйта, и не нашёл в себе сил даже посмотреть в его сторону, только увидел краем глаза, что Лиссандра удержала храмовника за плечо.

– Да будет вам известно, мои братья и сёстры по оружию, что генерал Брейон прикрывал наше отступление. Его последним приказом нам и отрядам за нами было уходить в Айриас, – после этих слов Барред вынужден был замолчать и подождать, пока офицеры успокоят загалдевших солдат, а потом продолжил: – Я понимаю ваше возмущение, но прекрасно вижу смысл приказа. У нас не было шансов выиграть сражение, – здесь он нисколько не кривил душой, так как не считал, что гибель большинства айриасских солдат стоит того, чтобы заставить Кейерга отступить с мидерранского поля боя. – Теперь же, как ни жестоко это звучит, наши потери минимальны. Да, мы не вернёмся в Мидерран. Через некоторое время мы выдвинемся в Айриас.