Золотая свирель - Кузнецова Ярослава - Страница 213

Мораг выскочила из фургона, принялась командовать и сорить деньгами. Снаружи покричали, поворчали, побурчали — и фургон благополучно вкатился во двор. Пепел вытащил из сумки мое белое платье. Онемение в теле прошло, но все равно я была какая-то неловкая. Помогая мне натягивать одежду, бродяга даже не подумал отвернуться, а я решила, что стесняться глупо, потому что поздно.

Из комнаты, что нам досталась, только что выставили прежних жильцов. По тому как хозяин бегал, приседал и гонял слуг стало ясно, что Мораг открыла свое инкогнито. Но только ему: истово кланяясь, он продолжал именовать ее «сэн Мараньо», а не «ваше высочество», хотя любому дураку понятно, что ни наемникам, ни рыцарям об одном щите так не кланяются ни за какие подвиги. Ужин нам принесли наверх: жареных кур, рыбу нескольких видов, творожный пирог, мед, яблочное вино и большую миску моченой брусники.

— Значит так, — сказала принцесса. — Если моя сестрица в свите у этой галабрской крысы, я прямо сейчас пойду в дом к этому… как его? местному богатею, и разузнаю про нее. И про мать. И про этого их колдуна ненормального.

— Девушка под личиной. — Я слизнула с пирога потекший мед. — И Каланда скорее всего под личиной, ты ее не узнаешь.

— Ты личину этой девахи описала. Возьму ее за ухо и вытрясу все что надо. И пусть попробует на меня колдануть!

— Это может быть опасно.

— Ага. — Мораг подхватила с блюда курицу и разломила ее пополам как булку. — На меня вообще опасно покушаться. Пока никто не выжил, а кто выжил, тот не рад. — Она откусила пол куриной ноги вместе с костью, сплюнула кость на пол, вытерла руки о скатерть и поднялась. — Ладно, я пошла.

— Ночь на дворе, поздно по гостям ходить. — Ратер глядел на принцессу. — Помозговать сперва надо, потом уже бегом бежать.

— Завтра будет еще позднее, рыженький. Пока они не знают что я здесь, надо действовать.

— А почему вы были так уверены, что у королевы сын? — спросил Пепел.

Мораг нахмурилась:

— Действительно, почему?

— Потому что Найгерт — мальчик, — буркнула я.

— Что-то намудрили Герт с Кадором и Вигеном, — Мораг, морщась, потерла ключицы. — Какой такой наследник и претендент, если это девка? Однако ж они уверены были, что у королевы — парень.

— Кукла изображала мальчика, — сказала я. — От того и уверены. Но отмахиваться еще рано. Их может быть двое. Мальчик и девочка.

— Девочка! Этой девочке на мантикора глянуть позволили, — Кукушонок сжал кулак. — А солдат на воротах сказывал, псоглавцы никому его не кажут, и от денег носы воротят.

— Ничего удивительного, братец. Она колдунья.

— Я че смекаю: не простая она. То есть, из свиты леди Корвиты Клест. Может, той самой ледью и послана.

— Псоглавцы, похоже, хотят отвезти Малыша Найгерту в подарок к свадьбе. Хаскольд говорил: «Ни у кого нет такого красавца, а у короля Амалеры будет».

— Замечательный подарок, — фыркнула Мораг. — Чтобы подлизаться к Герту. Поэтому Клестиха послала свою колдунью, чтобы надурить монахов и отобрать у них мантикора.

— Госпожа моя принцесса, — подал голос молчавший прежде Пепел. — Почему-то ты заранее ненавидишь свою сестру в купе с будующей невесткой.

— Не твое дело, кого я ненавижу, певец. Хватит болтать. Все, что мы раньше понапридумывали, катится коту под хвост. Нужны новые сведения, и я собираюсь их получить.

— Пойду с тобой! — рванулась я.

— Сиди! — гаркнула Мораг.

— Нет, — нахмурился Пепел. — Никуда ты не пойдешь.

А Ратер просто помотал головой. Я взбеленилась, конечно:

— Как это — «нет»? Это как это «нет»?

— Нагулялась уже. — Бродяга крепко ухватил меня за локоть. — Хватит.

— Чтобы ты там суетилась и под ноги мне лезла? — Мораг показала зубы. — Я мамочке скажу, что ты здесь сидишь, если она захочет, встретится с тобой.

«Если захочет»! Я плюхнулась обратно на табурет. А если не захочет? Вдруг я ей не нужна совсем, и спасать ее не надо? Может, ей неприятно будет видеть меня… Все, что мы придумали — никуда не годится. Все оказалось не так. Все не так…

— Ты запамятовала, — сбавил тон Пепел, — тебя ищут, госпожа. И, хоть все здесь сейчас заняты Клестами и мантикором, забывать об этом нельзя. Мне бы не хотелось выцарапывать тебя из подземелий, синюю от кровоподтеков, с вывернутыми руками.

О, да… То есть — о, нет. Пепел прав. Второго раза я не переживу, свихнусь.

— А колдун? — вякнула я растерянно. — Он может зачуять миледи.

— Колдун! — Мораг стояла уже у самой двери. — А ты-то сама кто? Полотерка? Ты, малявка, разве не колдунья? Вот и поколдуй, займись своим делом, а я займусь своим. Рыжий, а ты куда?

Ратер поднялся, шагнул к выходу и остановился перед принцессой.

— Я к монахам пойду, вот что, — Мораг была выше его на полголовы и шире в плечах, но даже на таком невыгодном фоне мой братец почему-то казался сильным, высоким и очень взрослым. — Наниматься. Смекаю, у них мне самое место, госпожа моя принцесса. Рядом с Малышом.

— Ты правда так думаешь? — спросила Мораг.

— Я нужен Малышу. А брат Хаскольд меня в оруженосцы звал.

— А то, что кроме рыцарства ты получишь монаший ошейник, тебя не смущает, мой герой?

Он мотнул головой.

— Нет, Мореле.

— Наглец.

Она положила ладонь ему на затылок и провела снизу вверх, взъерошивая волосы. И сжала пальцы, так что кукушоночьи вихры рыжими перьями растопырились у нее из кулака.

— Пойдем, — вздохнула она, разжав руку и приглаживая смятые волосы. — Нам немного по пути, Ратери.

Они вышли, я посмотрела на Пепла.

— Мораг верно говорит. Я колдунья, я магичка, я должна заняться своим делом. Я должна действовать не как простой человек, а как волшебник. Мне надо подумать.

Певец катал в пальцах хлебный шарик. Лицо у него было усталое. Осунувшееся после болезни, глаза черным обведены. Он щелкнул ногтем, запустив шарик куда-то в угол. Я взяла его за руку.

— Пепел.

— М?

— А если я так и не смогу помочь тебе… ты уйдешь?

— Хм… ты в себе разочаровалась, прекрасная госпожа?

— А ты во мне — нет?

— Нет.

— А если?..

Он ухватил меня за локти, поднял с табурета и притянул к себе, поставив как ребенка меж раздвинутых колен.

— Все случится как ты захочешь, моя прекрасная. «Если» — не рубеж, а только ступень. Перешагни ее, иди дальше. Ты волшебница, тебе нельзя стоять на одном месте.