Золотая свирель - Кузнецова Ярослава - Страница 65

Мда-а… В такой обстановке искать злоумышленника… Характерец у девы нашей благородной, прости Господи… Вот скажите, что ей вступило — я ведь от верной гибели ее спасла, а она меня в вампиризме обвинила. Вот так, походя, не вникая в подробности… если бы не Найгерт дотошный, и не Ютер… спасибо, хоть в конце словечко за меня замолвила. «Катись в Ракиту»…

— Скажи, Ютер, — я понизила голос, — а что… с королем? Мне показалось, он… болен?

Лекарь некоторое время молча глядел на меня, потом опустил глаза. Откинулся на спинку стула, касаясь столешницы кончиками пальцев. У него вдруг задергалось веко.

Молчание затягивалось.

— Ютер? — окликнула я мягко.

— Головные боли, — глухо выговорил он, не поднимая глаз. — Очень сильные. Последнее время… может, мне кажется, но…

— Участились?

— Да. — Он выдохнул и сморщился, словно раскусил горькую миндалину. — Найгерт держится, не жалуется. Скрывать наловчился, представляешь? Весь зеленый… ходит, улыбается… не ест ничего… Боюсь я…

И замолчал. Словно испугался, что сказанное слово возымеет реальную силу и подпишет юноше приговор.

Я поставила локти на стол и подперла кулаками лоб. У меня тоже болела голова — но я знала причину: обыкновенная шишка. Завтра или послезавтра сойдет как не бывало. А вот Найгерт… Хуже не придумаешь — голова! Со всем остальным я более-менее имела дело, но с мозгами…

— Леста, — после долгой паузы голос у лекаря стал каким-то сиплым. — Леста… Где ты училась?

Этого мне еще не хватало… надежду бедняге подавать… а потом давить ее, надежду эту… Какая холера меня сюда понесла?!

— Ох, Ютер . Моих знаний хватает только рану перевязать да вшей в ы вести. Не смогу я Найгерту помочь. Выпишите ему хорошего врача.

— Выписывали, как же. Приезжал сам Рудор Альбака, личный лекарь их верховного в е личества Иленгара Лавенга. Ничего, кроме тинктуры, дающей временное облегчение, пре д ложить он не смог. Лорд Виген вып и сал знаменитое светило из Маргендорадо, но пока тот приедет… И Найгерт ругался очень, не хочет тратиться на врачей. Жаль… я было понадея л ся…

— Я слышала, король собирается жениться?

— Да. Пора ему. На Мабон, Сентябрьский Медовар свадьба назначена. Совсем уже ск о ро. Пусть хоть наследника сделает, да поскорее. — Лекарь покачал головой. — Бог даст, здор о венького родит.

— А ты интересовался здоровьем будущей королевы?

— Первым делом. Говорят, девушка у Клеста хорошая, крепкая, и бедра у нее достато ч но широкие, и грудь полная. К тому же красавица. По крайней мере, на портретике.

На портретиках все невесты красавицы, подумала я. А вот Каланда была красивее со б ственного портрета.

— Дай Бог, — согласилась я.

— Погоди, — вдруг спохватился Ютер — Ты же справилась с морским дегтем!

— Это не я справилась. Это принцесса справилась.

Я вспомнила пламенные глубины, дыхание лавы, темную налетающую тень… что это было — сон, бред? Я всего-то хотела слепить края раны и кровь заговорить. Я и знать не знала, что нож был отравлен! Про запах вспомнила потом, когда пришлось врать и изворачиваться. Кто справился с ядом — я или принцесса? Или мы обе?

Нет, это она. Это ее победа. Обыкновенного человека яд уложил бы в считанные мгновения — а Мораг сперва с убийцей боролась, потом умывалась, потом со мной разговаривала … любой другой за это время десять раз копыта бы откинул! Она — существо необычайное, вот в чем причина. Я даже знаю, кто ее сделал такой — мать родная, Каланда Аракарна. Или госпожа Райнара, Ама Райна. Или это работа обеих…

(…это был аптекарский огород и садовник сюда не допускался. На грядках возился Ю — младший сын королевского лекаря. В центре терраски, на равном удалении от стен, возв ы шалось престранное сооружение, все состоящее из стеклышек, вправленных в ячеистый м е таллический каркас, напоминающий гигантскую клетку. Я прошла мимо лавандовых курт и нок, мимо кустиков шалфея, до грядки со свежевысаженными растениями. Ю сидел на ко р точках и разминал в пальцах черную, маслянисто поблескива ю щую землю. Ящик с рассадой стоял на дорожке рядом с ним.

Он оглянулся на мои шаги, близоруко сощурился.

— Леста?..

— Добрый день, Ю.

Он улыбнулся, моргая, вытер лоб сгибом локтя. На лице осталась п о лоса грязи.

— Госпожа Райнара велела попросить у тебя некоторое количество семян датуры. Она сказала, что ей требуются не прошлогодние, а этого года, прямо с куста.

— Датура? — парень поднял белесую бровь, почти не заметную на бледной коже.

— Она так сказала.

— А зачем, не сказала?

Я покачала головой. Ама Райна не имела привычки объяснять свои действия кому бы то ни было. Даже Каланде.

— Ну… хорошо. — Ю встал, вытер руки о штаны. — Иди за мной.

Он был мне симпатичен, этот сутуловатый, длинный как шест, очень серьезный пар е нек. Сверстников из замка он сторонился, должно быть сч и тал их грубиянами и зазнайками, а может, просто побаивался. Я же была г о да на два его старше, и кроме того, парня впечатлила моя монастырская гр а мотность и знахарские познания в области ботаники.

Вдоль беленой стены были расставлены кадки с заморскими растениями. Я признала лавр и лимон, распознала розовые кисти и перистую листву акациевого дерева, дающего це н ную камедь. Припомнив вышитый п о кров на алтаре нивенитского монастыря, догадалась, что вот этот запутанный, цветущий фантастическими звездами клубок и есть знаменитый стр а стоцвет.

Последним в ряду стоял пышный куст с большими грубоватыми л и стьями. На нем еще сохранилось несколько поздних цветов — крупных белых воронок с острыми защипами на краях.

— Оу! — поразилась я. — Да это же дурман! Ничего себе дерево вымах а ло!

— Датура — южная родственница известному тебе дурману, — заявил Ю, любовно пр и поднимая тяжелую ветку. — И силы у нее побольше, чем у него. Конечно, у нас она не столь сильна, как если бы выросла у себя на родине. Плодики еще зеленые, видишь?