Помощница лорда-архивариуса (СИ) - Корсарова Варвара - Страница 112

– Мы так не договаривались! – возмутился Крипс. – У меня на нее свои планы!

Канцлер махнул рукой.

– Разберемся. Сначала нужно дождаться Дрейкорна. Он что-то пронюхал, и теперь будет скрываться. Не страшно. Выследим его. Тихо, не привлекая внимания Совета Одиннадцати. Поговорите с баронессой. И с нашим осведомителем.

Стуча подкованными каблуками, в кабинет вошел полицейский.

– Нашли тайник. В ритуальном зале в подвале. Кладка стока для крови разобрана, кто-то туда спускался недавно.

– Скорее! – пришел в возбуждение Крипс. – Вот где Небесный механик скрыл свои секреты! Я знал, что в доме есть потайной жертвенный зал. Спущусь туда сам, не спорьте, канцлер! «Дом-у-Древа» уже практически принадлежит мне. Не смейте брать свои слова обратно! Я вам заплатил столько, что хватит подкупить половину сенаторов империи, да еще останется на пяток вилл для ваших содержанок. Скоро меня по миру пустите с вашими запросами.

Канцлер недовольно нахмурился, но ничего не ответил.

Вигилант заставил встать, схватил за руку и повел вслед за канцлером и Крипсом.

Возле люка в жертвенном зале ждали остальные непрошенные гости. Мои конвоиры ступали осторожно, стараясь не касаться корней дерева. Кроме Крипса: он смело провел рукой по корневищу, торжествующе улыбнулся , поправил очки и потребовал:

– Суперинтендант, найдите фонарь. Иду туда. Я должен первым увидеть секреты Небесного Механика.

– Вы уверены, Крипс? – усомнился канцлер. – Это может быть небезопасно. Ведь дерево…

– Дерево покорится, – уверенно заявил Крипс. – Его вернул к жизни Дрейкорн, а когда он умрет, Ирминсулу потребуется новый хозяин. Если ничего не выйдет, просто уничтожим корягу. Пожалуй, это лучший выход.

Принесли фонарь. Крипс начал спуск. Кряхтя, протиснул свое тщедушное тело в лаз. Минуту его голова с всклокоченными волосами торчала на поверхности, пока он нащупывал, куда поставить ногу. Затем крякнул, дернулся, голова провалилась. Спустя минуту глухо донесся восхищенный возглас:

– Здесь действительно тайник! Пещера под корнями Ирминсула. А это что?!

Крипс замолчал. Полицейские встревоженно оглядывались. Им не нравилось в жертвенном зале. Канцлер со скучающим видом постукивал тростью по выступающему корневищу. Вигиланты бродили возле алтаря, рассматривали уродливую двуликую статую. Я ненавидела их всех, и ненависть моя росла с каждой минутой. Как бы мне хотелось, чтобы похожие на мертвых змей корневища Ирминсула ожили и оплели их смертельными объятиями!

– Тьма! – из-под земли раздался негодующий голос Крипса. – Тут диплуры! Вижу двух, трех… да их тут целое гнездо! Прочь, твари! Здоровые какие!

Я насторожилась. Вчера, когда мы спускались в пещеру с Джаспером, диплур не было и в помине.

– Ох! – сдавленно выкрикнул Крипс. – Она укусила меня! Тарден, спустите сюда своего остроголового с винтовкой.

Полицейский неуверенно приблизился к лазу, неохотно спустил туда ногу, глянул вниз и тут же отскочил в сторону, побледнев.

– Скорее! Сюда! – надрывался Крипс.

Нарастал шум, похожий на потрескивание хвороста, перемежаемый звонкими щелчками. Шум разорвал тонкий, пронзительный крик боли. Кричал Крипс.

– Сержант Аттикус! Вниз! Вниз! Что вы медлите! – бушевал Тарден. Канцлер покрепче перехватил трость и отступил от лаза на шаг. Вигиланты замерли в углу зала.

– Их там сотни, суперинтендант, – пробормотал полицейский. – Никогда такого не видел. Они огромные, как крокодилы.

– Угостите их «плевком гидры»!

– Вы сожжете Крипса, суперинтендант! – возмутился канцлер. – Придумайте что-нибудь другое! Диплурам огонь нипочем.

Крик перешел в визг, от которого волосы встали дыбом. Когда он оборвался, наступила гнетущая тишина. Шорох и щелчки стихли. Мужчины тяжело дышали и переглядывались. Наконец, суперинтендант решительно одернул шинель, забрал из рук полицейского штык-нож и фонарь, заглянул в лаз и полез.

Появился через минуту. В руке он держал помятые, разбитые очки в проволочной оправе. Осколки стекол покраснели от крови.

– Все, что осталось от Крипса, – хрипло проговорил он. – Твари разорвали его, сожрали и ушли. Магия Темных Веков по вашей части, канцлер. Я умываю руки.

Канцлер медленно повернулся, крепко стиснув руки на набалдашнике трости, чтобы скрыть дрожь, но взор его не потерял бритвенную остроту.

– Это сделали вы, госпожа Агрона? – спросил он тихим голосом, который напугал больше, чем ужасная смерть Крипса. – Вот в чем ваш секрет. Я почувствовал силу, когда пытался ввести вас в транс. Вы управляете созданиями Темного Века. Это вы пробудили Ирминсул, а не Дрейкорн. Суперинтендант, отвезите ее в Адитум. Ей будет предъявлено обвинение. Через неделю состоится суд. Для принятия Третьего Пакта требуется много жертв. Эта девушка сможет заменить сотню приговоренных.

Полицейские вывели меня наружу. У подъезда ждал черный экипаж, похожий на сейф, окованный медными пластинами. Он был запряжен парой тяжеловозов-некроструктов. Они стояли совершенно неподвижно, как никогда не ведут себя обычные лошади, лишь внутри их обнаженных латунных ребер что-то постукивало.

Я попробовала упираться. Тут же на уровне колен лязгнули стальные челюсти инвестигатора. Взвизгнув, я метнулась вперед.

– Протяните руки, барышня, – вежливо попросил полицейский и достал наручники, похожие на костяные трехпалые руки, обрезанные и скрепленные в запястьях стальными винтами. Повернул какой-то рычажок, наручники лязгнули, дохнули ледяным паром. Когтистые «пальцы» разомкнулись, затем хищно обхватили мои запястья, блеснув медными когтями. Я вскрикнула от боли. От таких демоновых оков не избавиться с помощью шпильки!

Полицейский открыл дверь в задней части экипажа и втолкнул меня внутрь. Там обнаружилась липкая от грязи узкая скамья, пахло чем-то кислым. Следом впихнули растрепанного Кассиуса в таких же наручниках. Последним загрузился мрачный полицейский. Хлопнула дверь, отсекая дневной свет. Снаружи донесся недовольный голос канцлера:

– Где дворецкий? Сюда его.

– Мы не нашли дворецкого, гран-мегист Моркант. Он сбежал. Виноват, не досмотрел…

– Валефарова пасть! – яростно рявкнул канцлер. – Вы кретин, сержант Аттикус. И вы, суперинтендант, тоже. Отправитесь под нож сакрификула за это упущение. Немедленно разыскать, пока он не предупредил Дрейкорна!

Экипаж дрогнул, по мостовой мерно застучали копыта некроструктов.

Несколько минут я сидела, безвольно опустив голову на грудь, не веря тому, что произошло. Кисти отекли, наручники больно резали запястья. Покрутила руками, но холодные медные когти впились в кожу еще сильнее. Я всхлипнула.

– Расслабься, не шевели руками, – посоветовал из темноты опытный Кассиус. – Станет легче. «Пальчики кадавра» чувствуют сопротивление.

Я последовала совету, хотя это было нелегко сделать. Демоновы наручники немного ослабили захват.

– Кассиус, что теперь делать? – торопливо прошептала я. – Что будет с Джаспером?

Полицейский молчал. Вероятно, ему дали указание не встревать в разговор, чтобы он мог подслушать что-то полезное.

– Не беспокойся, Камилла. Это просто недоразумение. Джаспер справится. Я про его дела мало знаю, толку от меня не будет. А вот ты лучше расскажи все, что они попросят… у тебя нет таких защитников, как у Джаспера.

– Я боюсь за него, Кассиус.

– Бойся лучше за себя. Кажется, ты чем-то крепко насолила канцлеру. С ним шутки плохи. Что ты сделала?

– Ничего.

Экипаж подпрыгивал на мостовой квартала Мертвых Магов, затем брусчатка кончилась, некрострукты-тяжеловозы прибавили ходу. Потянулись тоскливые минуты. Кассиус прислонил голову к стене, закрыл глаза и, кажется, задремал. С каждой минутой тяжелая тревога сильнее сдавливали сердце.

Раздавленная отчаянием, я скорчилась и сидела неподвижно. Вскоре снаружи донеслись шум, крики, экипаж сбросил скорость, и тогда я неловко повернулась и встала коленями на узкую скамью, чтобы выглянуть в небольшое грязное оконце, забранное частой решеткой.