Печаль Танцора (ЛП) - Эсслемонт Иан Кэмерон - Страница 42

Глаза волшебницы взирали на пейзаж, видимый только ей. - Не может быть, - наморщила она лоб. - Как такое возможно? Он был разбит. Запечатан.

- О чем вы?

Дикий взгляд устремился на него, как будто не узнавая. - Наш позор, - раздался тихий вздох.

Мара указала головой на выход, предлагая удалиться. Шелк молча кивнул.

В преддверии, миновав стражу, Шелк указал на боковую комнату. Мара закатила глаза, но пошла за ним.

- Пора решать, что нам делать, - начал он, запирая дверь.

Мара скрестила руки на объемистой груди. - Похоже, мы недооценили канезцев. Ловкий трюк, верно? Мы напустили на них монстра за стеной, они отплатили тем же, но внутри города. Ничего, Королл и Хо его выследят.

Шелк старался не пустить на лицо свой гнев, свое раздражение. - Относительно этого вызова.

- Что?

- Официально мы ничего не заметим.

Симпатичное лицо исказилось презрением. - О чем это ты?

Он не удержался, прижав ладонь ко лбу. - Нельзя дать им понять, что мы нервничаем.

- Мы? Скорее ты.

Прикусив оскорбления, готовые вылететь в лицо близорукой дурочке, он закрыл глаза ладонями. - Ее решимость - наша решимость. Горожане запаникуют. Это будет концом.

Мара нахмурилась и косо взглянула на него, размышляя. Потом фыркнула, кивнув, и прошлась по комнатке. - Хмм. Ты не только красавчик, а, Шелк?

Улыбка вышла вымученной. - Ждем вестей от Королла.

Она скользнула мимо, махнув рукой: - Отлично. Пока. - Потянула дверь и помедлила на пороге. - И не вздумай снова нести чушь о рангах! Потому что у тебя нет никакого, понял?

Она вылетела бурей. Шелк воздел брови, глядя в пустую дверь. "Боги! Мы "сотрудники"! Ну что тут можно сделать!"

***

Фенех Леруленал, мастер тиснения кожи, не мог назвать себя любителем гаданий. Его матушка, однако - благослови ее улетевшую душу! - была без ума от грядущего. Консультировалась у талантов каждую неделю и перед любым важным решением. Однако осада, все эти трудности и беспокойства заставили его думать: не пора ли бежать из города, как грозятся сделать многие друзья?

И он задержался утром по пути в мастерскую. Впрочем, работы там почти не было, кожа кончилась, остались жалкие дешевые ошметки. Рынок был почти пуст, не считая тележки, около которой зазывала манил купить амулеты, чары, кости знаменитых ведьм и различные варианты Колоды Драконов. Да, этот парень наверняка обогатился. Фенех выбрал карты в коробке - слишком дорогое издание из Анты, на табличках слоновой кости - и положил обратно.

- Вижу, у вас глаз наметан, - заявил толстый торговец, сразу показавшийся слишком навязчивым.

Фенех метнул на него недоверчивый взгляд. Заметил большую деревянную карту на веревке, проходившей вдоль лотка. Карта была безликой, изображая какие-то клубы дыма. - Это что?

Торговец подался к нему, подбоченившись. - Ага! - подмигнул он, - новый Дом. Собрать вам колоду?

- Нет, - сердито ответил Фенех. - Проклятая штука пуста.

- Вовсе нет, дорогой друг, - невозмутимо отозвался торговец. Снял карту и поднес ему. - Вглядитесь пристальнее.

Фенех не хотел тратить время, спеша на работу, но все же помедлил. Глаз уловил движение на карте. Он всмотрелся... - Дом еще не определен, - сказал лоточник. - Таланты говорят, новые манифестации еще ищут конечную форму.

Фенех восхищенно смотрел, как краски меняются и движутся перед глазами. Скорее похожи на тучи или туман, подумал он - или на беспокойные тени. И склонился ниже. Там таилась какая-то форма. Низкая и широкая... бегущая?..

- Мои комплименты художнику, - начал он. - Свет как будто скользит по...

Утробный рык - словно заскрежетали камни - заставил его выпрямиться. Торговец испуганно озирал улицу. - Чертовски большой пес, - пробормотал он озадаченно и тревожно.

Рычание стало громом лавины, тележка задрожала. Зачарованные амулеты звенели, падая на мостовую. Фенех попятился. Прохожие застыли, оглядываясь в поисках источника звуков; другие попросту разбежались.

Тележка подскочила, словно зверь как-то сумел пролезть под нее и прыгнул. Доски сломались, торговец полетел вверх тормашками. Фенех отскочил под градом побрякушек, прижавшись задом к кирпичной стене. Тварь размером с пони встряхивалась, ворча и рыча, разметая остатки лотка. Явный пес, хотя чудовищного размера и сложения. Покрытые шрамами косматые бока были коричневыми, оттенок переходил на груди в кремовый. Канаты мышц и жил шевелились под кожей. Янтарные когти скрипели, царапая камни, пока существо поворачивалось влево и вправо, громко пыхтя и раскатисто принюхиваясь. Наконец к ужасу Фенеха, бледные сияющие глаза нашли его. Мощные лапы подняли тварь в воздух, Фенех упал, закрывая голову руками и ожидая мучительной смерти в огромных челюстях.

Он ждал и ждал. Ничего не происходило. Мастер осмелился поднять голову. Амулеты и безделушки звенели, торговец ворочался, садясь среди разгрома. - Где... где оно? - выдохнул Фенех.

- Убежало, - сам себе не веря, отвечал торговец.

Фенех встал на ноги. - Боги... что... кто там... Мне пора на работу. - Он ощупал себя, будто не веря, что остался цел, и побрел прочь.

- Эй! - слышал он вопли торговца посреди пустоты. - Чей он был? Кто хозяин чудища? Кто заплатит за мой лоток?!

***

Генот Эмтар валялся пьяный в одном из тех разграбленных зданий, что некогда служили храмами давно забытых богов или местами собраний культов. Весьма уместно, думалось ему, обитать в подобных развалинах, ибо и сам он был прежде жрецом культа Чаровницы. Однако отпал от ордена или, скорее, орден отодвинулся от него. Слишком вы самодовольны, твердил он братьям и сестрам уютных синекур, всем, греющим объемистые зады у очагов и потребляющим слишком много пищи. Не стеснялся возглашать презрение и негодование. Где, говорил он, пламя, привлекающее неофитов? Где страсть и убежденность веры? Вы тратите больше сил на интриги ради возвышения и престижа, чем на спасение паствы. Тут он тоже не выбирал выражений и не стеснялся называть имена.

И что было ему наградой? Самые непривлекательные из послушаний. Такова ныне благодарность за заботы о процветании ордена? Что ж, решил он, в Бездну мистерии и поклонения... и ушел от всего.

Хотя сердце разорвалось, когда ему пришлось отвергнуть веру.

Он снова поднес высокий грубый кувшин к губам, пролив большую часть на запятнанную рясу. Отщепенцам подобает ютиться в трущобах, сказал он себе и поднял кувшин, салютуя темным углам, куда не добирался косой свет луны.

Он был не одинок. Другие силуэты сгорбились в сумраке: соратники по несчастьям, жертвы жизненных невзгод и беженцы войны. Все они голодали и мерзли в холоде близкой зимы.

Генот отдал честь и им: нуждающимся, пастве, кою настоящий жрец должен беречь пуще личного гнезда. Глотнул, чуть не подавившись мерзким кислым пойлом.

И тут что-то сдвинулось в самом мрачном углу старого храма. Отставной жрец узнал явление, и волосы встали дыбом на затылке. Лишь во время величайших ритуалов призыва встречался он с этим феноменом, когда мерцала гладь пруда или колебалось серебряное зеркало. Так открывается вход в Высокое Королевство.

Он встал, бросив кувшин на пол, среди других осколков. Соседи ворчали, выражая недовольство. А на подсвеченной луной мозаике пола шевелились тени, кружась в калейдоскопическом танце. "Покажи мне!" умолял он тьму, широко раскрыв объятия. "Подари откровение!"

Тени поползли, будто прячась, мельком явив сумрачный пейзаж - каменистую равнину - и громадная тварь прыгнула в храм, завыла, подняв голову к небу.

От зычного рыка сыпались камни. Все обитатели трущобы повскакали и убежали, вопя и стеная. Впрочем, Генот едва слышал их за псовым рычанием.

Тварь была страшна и прекрасна. Пес нездешних размеров, белесые бока изрыты шрамами, мышцы трепещут в ожидании кровопролития. Генот узнал эту повадку: зверь был выпущен на охоту. Он поднимал тупую морду, куда больше головы Генота, и принюхивался, глядя по сторонам.