Отбор. Мечтать о главном (СИ) - Бурцева Ольга - Страница 4

Скептически настроенная Даша равнодушно рассматривала немногочисленных пришедших и вполуха слушала щебетание неугомонной Вики.

Но когда в зале появился Олег, а на тот момент ему исполнилось только девятнадцать, у Даши перехватило дыхание. Высокий, подтянутый, он как солнышко осветил своими медными волосами отсыревший полутемный спортзал, его добродушная улыбка, обращенная к собравшимся, в основном девушкам, обогрела каждую. Час тренировки пролетел, как минутный волшебный сон. Даша поняла, что влюбилась в хип-хоп… ну возможно, и не только в него….

Придя домой, она так эмоционально рассказывала бабушке и Маше о молодежном танцевальном направлении, что Лидия Ивановна приняла решение чуть урезать бюджет на питание и хозяйственные нужды, но обязательно дать возможность внучке посещать танцы.

Хип-хоп стал для Даши жизнью. Они с Викой бежали на тренировки, постоянно обсуждая Олега Дмитриевича, находя в нем все новые и новые достоинства. Каждый его мимолетный взгляд в сторону подружек разбирался до мелочей и выворачивался наизнанку в поисках скрытого смысла. Бабушке пришлось сменить работу, и теперь она каждый день, кроме воскресенья, возвращалась не раньше десяти вечера, поэтому после школы Маша шла в спортзал и, пока Даша танцевала, пыталась делать уроки. В перерывах между тренировками Даша их проверяла, где-то подсказывала, где-то объясняла.

Олег Дмитриевич был не против присутствия младшей Громовой, он досконально изучил каждую семью занимающихся у него девочек и, зная ситуацию сестер, предложил через полгода Маше заниматься с его группой бесплатно.

Надо ли говорить, насколько такое предложение поразило умы Вики и Даши?! Олег Дмитриевич стал принцем на белом коне, спасающим принцессу из лап чудовища.

Но Маша не была бы Машей, если бы не отнеслась к такому предложению, как к должному. Она с удовольствием ходила на тренировки уже как полноценный член команды, но выкладываться на сто процентов было не в ее стиле.

Даша же, наоборот, оказалась одной из лучших учениц. Через год тренировок ее начали ставить в сольники на московских этапах, и девочка регулярно забиралась в тридцатку, а в малой группе вообще удалось выиграть первое серебро. Участия в соревнованиях обходились Громовым недешево, но бабушка очень старалась. Машу на этапы не брали, девочка злилась, но виду не показывала, ездила просто болеть за свою команду и втайне радовалась «неудачам» сестры.

Когда же в конце одиннадцатого класса умерла бабушка – не выдержало сердце, – Даша решила, что ее жизнь закончена. Но и тут на выручку пришел принц Олег. Он не только продолжил заниматься с сестрами бесплатно, но и предложил старшей Громовой попробовать себя в качестве тренера для вновь набранной группы детей от шести лет. До экзаменов оставалась пара месяцев, и Даше пришлось готовиться в перерывах между тренировками и работой. Девушка пребывала в постоянном напряжении, понимая, как важна учеба, и при этом старалась не подвести Олега.

В итоге Даше не хватило баллов по ЕГЭ, чтобы поступить на бюджет, даже статус сироты не помог пробить брешь в бесчеловечной системе образования, и девушка полностью посвятила себя тренерской работе. Ее детки успешно выступали на кубковых этапах и всегда возвращались с призами. Саму Дашу Олег Дмитриевич пригласил танцевать во взрослую малую группу, с которой они тоже частенько выигрывали призы по Москве. К сожалению, поехать на мировые этапы Даша себе позволить не могла.

Маша же, с горем пополам закончив девять классов, тоже напросилась на тренерскую работу. Олег Дмитриевич, понимая бедственное положение подопечных, согласился, отдав ей детей, которые занимались для себя, а не на перспективу. Девушку это не сильно волновало, главное, что ей платили и продолжали тренировать, давая надежду на поездку в Европу.

– Дашка, он же тебе нравится?! – заговорщически шепнула Маша и подтолкнула сестру локтем в спину.

– Иди, работай! – отмахнулась старшая Громова, устраиваясь на банкетке, чтобы переодеться.

– А вот я бы с ним замутила! – хитро прищурилась Маша. – А если бы у него еще был лексус, а не мазда, так и вообще бы замуж пошла.

– Не думаю, что ему нравятся такие девушки, как ты, – жестче, чем хотела, проговорила Даша, вынимая из сумки спортивную форму.

– Такие это, какие? Глухие? – Уперев руки в стройные бока, Маша смерила сестру презрительным взглядом, прекрасно понимая, как болезненно та реагирует на упоминания о давнем происшествии. – Пф-ф-ф… а такие идеалистки, как ты, вообще на хрен никому не нужны. – Гордо вскинув подбородок, младшая Громова вышла из тренерской.

Стиснув зубы, Даша посмотрела вслед сестре и машинально потерла большим пальцем тату в виде сердечка на левом запястье. «Люби жизнь такой, как есть, и она в ответ полюбит тебя!» – девушка мысленно проговорила мантру, вложенную в сознание бабушкой.

Глубоко вздохнув, старшая Громова окинула задумчивым взглядом опустевшую тренерскую, уставленную раскрашенными в веселенький салатовый цвет шкафчиками, и опустила босые ноги на холодный серый линолеум.

Почему она не призналась сестре, что давно мечтает о принце Олеге? Потому что это тайна, которой она живет. После смерти бабушки и переезда Вики в Германию Даша не доверяла больше никому. Она боялась осуждения, боялась, что ее тыкнут тем, что она не достойна мужчины, добившегося таких высот в танцах, ведь он, ни много ни мало, стал серебряным призером в сольниках на «мире», и даже участвовал в танцевальном шоу на центральном телевидении. Даша прекрасно понимала, что для сестры, когда что-то не по ее, пара пустяков высмеять сокровенную мечту, поэтому никогда не открывалась Маше, боясь плевка в душу.

Олег давно стал смыслом Дашиного существования. Она хотела показать, доказать ему, что лучшая, что достойна его, и когда Олег это поймет, то обязательно увезет ее на своей белой мазде в счастливую совместную жизнь.

Мечтательно улыбнувшись, Даша переоделась и перед тренировкой вышла рассказать родителям об успехах их замечательных детей.

День, как всегда, прошел в суете и сумасшедших физических нагрузках. После семичасовой группы у Даши неожиданно осип голос. Перекричать подростков и музыку, считая восьмерки, намного сложнее, чем малышей. Да и растягивать девиц, которые выше тебя на полголовы, хотя у Даши среднестатистический рост, и тяжелее на добрый десяток килограммов, не так просто.

Маша давно уехала домой, даже не соизволив попрощаться, но старшая Громова привыкла к выходкам сестры.

Совершенно измотанная Даша без двадцати девять вышла из спортивно-образовательного центра и поплелась к остановке. Очень хотелось взять такси и побыстрее доехать до Лыткарино, тем более появились внеплановые полторы тысячи, но, поразмыслив, девушка решила все-таки отложить эту сумму на Европу.

Ближе к десяти старшая из сестер в сумерках торопливо пересекала заснувший двор. Уличные фонари как всегда не работали, и разбитая асфальтовая дорожка освещалась только тусклым светом, исходившим из окон убогих хрущевок.

Подходя к подъезду, Даша заметила белую мазду, припаркованную у соседнего дома, и тут же улыбнулась, вспоминая о солнечном принце Олеге.

Повернув ключ в замочной скважине, девушка толкнула входную дверь, но она во что-то уперлась, открывая лишь темную щель, поэтому Даша толкнула сильнее.

– Машка, ты что, решила меня не пускать домой? – возмущенно крикнула старшая Громова, ища выключатель, вечно прячущийся под вешалкой с верхней одеждой.

Из комнаты послышались возня и приглушенный шепот. Даша наконец-то включила свет и замерла в немом ужасе. Открыть дверь мешали пятки начищенных коричневых ботинок сорок пятого размера, которые носами уткнулись в тумбочку.

Девушка подняла глаза от обуви и с надеждой посмотрела в темную комнату. «Это наверняка не он!» – мелькнула спасительная мысль, и старшая Громова сделала два неуверенных шага вперед. Через пару секунд зажглась шарообразная люстра с редкими хрустальными висюльками, и Даша увидела сидящую на кровати раскрасневшуюся сестру в наспех накинутом шелковом халате и стоящего рядом Олега, нервно покачивающегося на мысках и заправляющего рубашку в зауженные брюки.