Черный Страж - Смит Э. Дж. - Страница 15

– Гм, а я‑то думал, что стража уже давно разобралась со всеми этими одуряющими снадобьями. – Ута вопросительно посмотрел на сержанта Клемента, и тот, запинаясь, ответил:

– Милорд… стража не обладает реальной властью за стенами города… мы… э-э… обычно стараемся держаться подальше от каресианских разбойников… с этими негодяями не так просто справиться.

– Спокойно, сержант, брат Ута просто не любит чужеземцев, – спокойно произнес Ториан и обернулся к Уте. – Прекрати, пожалуйста, этот балаган. В Касбе имеется несколько заведений, предоставляющих женскую компанию тем, кто склонен…

– Ты имеешь в виду дома терпимости? – перебил его Ута.

– Так их обычно называют. Но не важно; Гленвуд, изготовитель поддельных документов, в основном проводит ночи в одном из таких заведений. Скорее всего, сейчас он только просыпается.

– В таком случае идем и преподнесем ему приятный утренний сюрприз, – произнес Ута со своей обычной зловещей ухмылкой.

Нестройной группой они вышли из ворот, отдав честь королевским гвардейцам, которые патрулировали городские стены. Гвардейцы были вооружены длинными мечами, носили богато украшенные золотом латы и подчинялись исключительно королю. Они несли службу в пределах Ро Тириса, а также в королевском дворце, защищая от врагов город и корону. Ута относился к ним с гораздо большим уважением, чем к стражникам, потому что это были настоящие воины, с рождения посвятившие свою жизнь служению королевскому дому.

Гвардейцы останавливали тех, кого не узнавали в лицо, и взимали небольшую пошлину с людей, желавших пройти через ворота. Большинство простых людей гвардейцы возвращали обратно и не разрешали им покидать город. Ута знал, что это одна видимость; если человек действительно хотел уйти, существовало множество потайных путей, а также ворота, которые не так строго охранялись.

За стенами, по обе стороны Большой королевской дороги, до самого побережья раскинулся внешний город, скопление домов и узких переулков. Именно там каресианские торговцы «радужным дымом» продавали свои запрещенные товары, и сюда бедняки ро приходили затем, чтобы на время забыть о своей жалкой жизни. Сойдя с дороги, Ута сразу же почуял сильный запах специй и какой-то другой зловонной бурды. Он задержал дыхание, чтобы не чувствовать его, и поднес руку к лицу.

Дома здесь, в отличие от города, были почти все одноэтажными и теснились вплотную друг к другу. Их яркие цвета Ута счел вульгарными и безвкусными. Люди из Каресии и народа ро, завидев прохожих, выкрикивали цены на свои товары; повсюду были выставлены на всеобщее обозрение специи, продукты, оружие и одежда. Ута заметил экзотических животных с юга; эти грязные, тощие существа томились в клетках в ожидании богатого покупателя, который мог позволить себе необычного домашнего питомца или охотничье животное. Здесь были пустынные пауки размером с собаку, многоголовые птицы, огнедышащие драконы.

Ута выпятил грудь, чтобы все окружающие видели, что идет Черный священник. Ториан, который был выше ростом, откинул за спину пурпурный плащ и гордо выставил на всеобщее обозрение полные доспехи. Стражники, шагавшие следом, выглядели неуверенно и нервничали; по их лицам было видно, что здесь, за городскими стенами, они практически никто. Но и к священникам местные жители испытывали мало уважения и страха; большинство людей, окинув пришельцев безразличными взглядами, просто отворачивались и продолжали заниматься своими делами. Лоточники и торговцы по-прежнему пытались завлечь покупателей, не обращая внимания на Уту и Ториана.

Касба Хак походила на дюжину других рыночных площадей внешнего города; это был расширенный участок одной из улиц, пестревший цветастыми навесами и наставленными вплотную друг к другу лотками.

Ториан указал на ничем не примечательный домик на краю рыночной площади:

– Вот этот. По-моему, он называется «Голубое перо».

– Как правило, чем изысканнее название, тем поганее бордель, – пробурчал Ута.

– Видишь ли, мне не часто приходится бывать в таких заведениях, так что придется положиться на мнение знатока, брат, – высокомерно ответил Ториан.

– Но ты же можешь смотреть, только трогать нельзя… ни женщин, ни себя, – грубо произнес Черный священник. – В любом случае хватит болтать о том, чего ты делать не можешь. Этого твоего жулика зовут Гленвуд, я правильно запомнил?

Ториан кивнул:

– Он подделывает документы и известен в определенных кругах, хотя многие из его собратьев считают его ненадежным и беспечным.

Ута вопросительно посмотрел на друга:

– А что, ты вращался в преступных кругах, брат?

– Не по своей воле, однако мне пришлось до некоторой степени погрузиться в эту среду, чтобы раздобыть информацию. Преступники обычно прежде всего озабочены тем, как остаться в живых, и вид рассерженного Пурпурного священника вызывает у подобных людей мысли о скорой смерти. Если им пригрозить, они легко идут на сотрудничество.

– И ты еще высмеиваешь мой, как ты выражаешься, «балаган», – расхохотался Ута.

– Я пользуюсь дарами, которыми наделил меня Один Бог, точно так же, как и ты, – с еще большей надменностью в голосе, чем прежде, произнес Ториан.

– Ладно, в таком случае говори с Гленвудом сам. Просто кивни мне, если понадобится помощь, – сказал Ута.

Ториан сделал глубокий вдох и зашагал по направлению к «Голубому перу», положив руку на эфес меча. Ута жестом велел стражникам следовать за ним и медленно пошел за Пурпурным священником.

– Милорд, как вы считаете, нас здесь ждут неприятности? – спросил Рэндалл, поравнявшись с Утой.

– О, скорее всего, да. Вряд ли дойдет до смертоубийства, но кое-кто получит пинка под зад.

Рэндалл вежливо улыбнулся в ответ, но Ута чувствовал, что оруженосец не видит в ситуации ничего забавного.

– Успокойся, парень, здесь не найдется настоящего мужчины, чтобы заставить твоего господина попотеть, – произнес он, очевидно, желая успокоить Рэндалла.

Ториан зашел под темно-синий навес и приблизился к небольшой группе каресианцев, сидевших на низких деревянных табуретах. Все пятеро были вооружены короткими кривыми мечами и облачены в широкие черные одежды каресианских воинов. На руках виднелись многочисленные татуировки, головы у этих людей были выбриты.

Ута остановился за спиной Ториана, за пределами навеса, однако его было хорошо видно. Сержант Клемент по-прежнему нервничал и держал арбалет наготове. Рэндалл топтался позади, и по виду его сразу можно было сказать, что он совершенно не готов принимать участие в стычке, если таковая начнется.

– Да пребудешь ты в страхе перед Джаа, – заговорил один из каресианцев с напыщенным поклоном. В речи его слышался сильный акцент. – Что нужно от нас служителю Одного? – с уважением спросил он Ториана, который в свою очередь слегка поклонился.

– Мы ищем человека по национальности ро, по имени Гленвуд. Я слышал, что он часто посещает это… заведение. – Последнее слово было произнесено презрительным тоном, и Ута покачал головой.

Каресианец поднялся и улыбнулся Ториану, обнажив несколько золотых зубов. Это был высокий мужчина, и он смотрел на Пурпурного священника сверху вниз.

– Наши клиенты, как ты понимаешь, милорд, это люди, не желающие огласки, и, к моему огромному сожалению, я не могу тебе ответить, кто именно посещает или не посещает это… заведение. – Он говорил по-прежнему вежливо, но Ута различил в его голосе вызывающие нотки.

Ториан цепко оглядел человека с головы до ног, оценил его меч и военную выправку.

– Кто именно еще тут есть, меня не интересует, но ты скажешь мне, здесь или не здесь находится человек, которого я ищу. – Это было произнесено властным тоном, и пятеро каресианцев выпрямились и настороженно оглядели двух священников и отряд стражи.

Человек, который заговорил с Торианом, прищурился:

– Милорд, мы люди простые, непривычные к присутствию служителей бога. – Он снова поклонился. – Я не хотел причинять тебе обиду.

– Значит, ты отведешь нас к Гленвуду? – спросил Ториан.