Кузнец Рун. Отголоски прошлого (СИ) - Федяшин Роман - Страница 52

Набрав воды, ученик шамана вернулся в шатёр. Подвесив котелок над очагом, он насыпал немного вахи из специально предназначенного для его хранения плетеного накрытого куском кожи короба и по привычке потянулся за огнивом. И на полпути замер от пришедшей в голову мысли. А зачем ему огниво? Почему бы не воспользоваться магией для розжига очага? Ведь вчера Дартак использовал тотемный жезл для этого. А затем Сегай с легкостью воспроизвел тоже, самое действие. Что мешает ему сделать это снова?

Присев на корточки, Сегай наклонился к очагу и вытянув руку, мысленно выстроил в нужном порядке символы перед своей ладонью, а затем напитал их силой витавшей вокруг. Как и вчера, он испытал легкую эйфорию, от забегавших по его пальцам ярко-голубых разрядов. И едва успел отдернуть ладонь, и отшатнутся от взметнувшегося вверх пламени. Рывок его был столь резким, что Сегай не смог удержать равновесие, и вынужден был упасть на пятую точку. Настороженно потрогал лицо рукой, с облегчением удостоверившись, что на слегка стянувшейся от жара коже нет ожогов и брови все еще присутствуют на своем месте. Задумчиво посмотрел на опавшие языки пламени, в данный момент спокойно лижущие котелок над очагом, решил, что в следующий раз, пожалуй, стоит вливать в символы чуточку меньше силы. Сегай уже допивал из оловянной кружки заваренный им настой, когда вернулся Дартак.

– Вот – шаман бросил перед учеником внушительный сверток и с некоторым подозрением посмотрел на почти прогоревшие угли в очаге.

– Что это? – юноша озадачено перевел взгляд со свертка на наставника.

– Ты, что забыл про женитьбу?

– Э-э-э…

– Ясно. Сегодня мы идем свататься. Это новая одежда. Снимай свои обноски и переодевайся. Хотя нет. Ступай для начала вымойся, как следует.

Сегай одним глотком осушил остатки все еще горячего настоя и подхватив сверток, пошел выполнять указание наставника.

– А ну-ка постой – остановил его Дартак. Взяв кружку Сегая, он вылил туда большую часть парящего в котелке настоя и протянул практически пустую посуду ученику – Котелок заодно почистишь.

Сегай вздохнул, но повиновался. Так, со свертком под мышкой и котелком в руке, он во второй раз за полчаса побрел к роднику.У источника находились две девушки, лет пятнадцати. Увидев их, Сегай слегка замедлил шаг. Девушки набирали воду в большие кувшины, погрузив их в небольшую, выложенную камнями запруду и негромко разговаривали. Услышав шаги ученика шамана, они дружно оглянулись. Затемодна из них, что-то сказала другой, и обе прыснули от смеха. Сегай смутился. Тем временем обе девушки, подхватив наполненные до краев кувшины, пошли ему навстречу.

– Здравствуй Сегай – поравнявшись с ним, неожиданно назвала его по имени одна из девушек. Не ожидавший ничего подобного юноша остановился как вкопанный и с изумлением уставился на поздоровавшуюся с ним девушку. Та мило улыбаясь, так стрельнула глазами в его сторону, что сердце юноши пропустило пару ударов, а уши зарделись так, что казалось, вот-вот начнут светиться. Вид у него был такой забавный, что обе прелестницы буквально затряслись от смеха, расплескивая содержимое кувшинов на землю. Еще более смутившийся Сегай, поспешил к роднику, на ходу раздумывая, откуда одна из девушек знает его имя, и мучительно пытался вспомнить, где он мог её видеть. Её лицо почему-то было смутно знакомым. Большинство кочевников особенно не утруждали себя запоминанием имен н´каев мужского пола, чаще всего используя в общении с ними фразу «Эй, ты». Внешне н´каи мало чем отличались от свободных степняков. Серьезных различий было всего два. Первым был запрет для невольников в ношении любого оружия. Их обучали владению традиционными видами оружия кочевников, такими как лук, аркан или бола, и тренировали в рукопашном бою, на случай военного конфликта, когда они наравне со свободными участвовали в защите интересов клана. Кстати именно во время подобных событий, зачастую невольникам проявившим доблесть в бою, с позволения вождя клана позволялось сменить статус. Но в остальное время, владеть и тем более носить при себе любое оружие н´каям, было строжайше запрещено. Второе отличие было в покрое рубах и курток. Одежда н´кая любого пола, не имела ворота, оставляя сзади шею открытой. Именно там выжигалось клеймо н´кая. Тоже касалось и прически невольников. Волосы ни в коей мере не должны были закрывать шею сзади. Поэтому мужчины носили весьма короткую стрижку или вовсе брили голову наголо. Женщинам же предписывалось укладывать волосы в высокие прически, либо заплетать косы, но носить их так, чтобы шея при этом оставалась всегда открытой. Но это правило, касалось, лишь н´каев. Свободные кочевники могли позволить себе любую прическу.

Добравшись до родника, Сегай отложил сверток с новой одеждой в сторону, и занялся чисткой котелка. Так, как он всего лишь заваривал в нем травяной отвар, это не заняло много времени. Затем быстро скинув одежду, юноша принялся тщательно скоблить кожу при помощи пучка травы и песка со дна родника. Вода была холодной и Сегай быстро замерз. Через пару минут он, выстукивая зубами частую дробь, принялся растирать тело снятой рубахой. После чего развернул принесенный с собой сверток. И на пару секунд замер с открытым ртом. Согласно обычаю костюм жениха должен превосходить, с точки зрения богатства, облачение любого гостя. Мужчина, вступающий в брак, должен выделяться из толпы, поэтому явиться на церемонию бракосочетания ему полагается в сапогах на каблуках, набросив на плечи куртку красного цвета, обильно украшенную вышивкой. В шароварах такого же красного цвета, вышивки на которых было ничуть чуть меньше, чем на куртке. В рубашке из тонкой шерсти, окрашенной в белый цвет, с вышивкой по вороту. Так, же в свертке был традиционный высокий головной убор, красного цвета, украшенный мелкими монетками и перьями ястреба, подчеркивающий великолепие свадебной церемонии. Облачившись в новую одежду Сегай, покрутил шеей. Ему было несколько непривычно ощущать ворот рубахи. Собрав свои повседневные предметы одежды, и не забыв подобрать котелок, юноша побрел назад к шатру Дартака. Стойбище просыпалось и навстречу ему стали попадаться н´каи и свободные кочевники, идущие за водой к роднику. И если первые смотрели на него с завистью, то вторые с приветственными криками здоровались с ним и отпускали шуточки, от которых молодой человек порой сливался цветом лица со своим костюмом.

– Ну вот – удовлетворенно произнес Дартак осмотрев буквально ввалившегося в шатер пунцового Сегая – теперь можно и свататься идти.

Сватовство – обязательная часть такого события, как свадьба. Роль сватов традиционно возлагается на отца и других близких родственников жениха. Но так, как у Сегая родни в клане не было, эту роль взяли на себя его наставник и... Фазим со своей женой Найкуль. Семья невесты, предупрежденная об их визите заблаговременно, уже ждала сватов. Однако за вход в шатер девушки сваты были вынуждены заплатить. Женская половина семьи невесты традиционно протянула перед дверью аркан, который убирали только после того, как гости вручили хозяевам подарки. Для этой цели представители жениха, пришедшие сватать девушку, Фазим и Найкуль принесли мешок, декорированный яркими лентами, бусами, монетами. Внутри него и были заранее приготовленные подарки: сушеные фрукты и сладости из Хессана, отрезы тканей и меха, ювелирные украшения и деньги. Попав внутрь шатра, Сегай едва не проглотил собственный язык.

Сватов внутри ждало щедрое и обильное угощение, от одного запаха которого желудок юноши вновь напомнил о своем существовании громким урчанием. К величайшему облегчению Сегая, никто за громкими разговорами его не услышал.

Атмосфера на праздничном обеде царила теплая и дружественная, Сегай и Дартак в основном отмалчивались, уделяя больше внимание еде, а вот Фазим с супругой наоборот болтали за четверых. Отдавая дань традиции, во время трапезы обсуждали различные темы, но не имеющие прямого отношения к будущему бракосочетанию. Только когда обед приблизился к завершению, сваты перешли к цели своего визита. Обсудили условия проведения брачной церемонии, установили размер выкупа невесты. Право высказаться предоставили всем: старшим членам семейства невесты и сватам, включая Дартака. Сватовство, которым традиционно предваряется свадьба, не обошлось также без обряда обсыпания «ара´кш». Делегатов жениха обсыпали сладостями, кусочками овсяных лепешек и мелкими монетами родственницы невесты, среди которых Сегай с удивлением узнал, ту самую девушку с кувшином, которая утром назвала его по имени у родника. Уже после ара´кша, отец Тьи, неожиданно попросил Сегая продемонстрировать будущим родственникам свое магическое искусство. Фазим знавший, что Сегай сам узнал о своем Даре буквально несколько дней назад, недовольно засопел. Слухи о победе Сегая над химерой, уже давно разошлись по стойбищу. Но Гахак, отец Тьи рассудил здраво - одно дело слухи, и совсем другое убедиться, что отдаешь дочь действительно за шамана.