Лангбэрроу (ЛП) - Плэтт Марк - Страница 56

— Нет! — закричали кузены.

Она подняла ядро данных и перебирала в своих костистых пальцах.

— Чего они боятся? — услышала она шёпот Доктора. — Теперь Вы можете восстановить честь и уважение Вашего любимого Дома.

Глоспин попробовал оттолкнуть Доктора.

— Не слушайте его! Он лжёт, как всегда!

— Боишься, что я выиграю, Глоспин?

— Ты ничего не выиграешь!

— Правда? — усмехнулся Доктор. — Призрак Квинца сказал иное.

— Ложь! — Саттралоп сжала ядро данных. — Квинц не мёртв!

— Увы, да, — сказал Доктор. — Я убил его. Я вернулся. Спросите Кристофера Кведжа. Он в курсе.

Крис вскочил, но Джобиска внезапно крикнула.

Посреди Зала стояла огромная медведеподобная форма со вьющимися рожками.

— Барсук! — воскликнул Доктор.

Позади аватроида стоял чиновник в алой униформе. Он остановился перед столом, не здороваясь.

— Капитан Редред из охраны клана Прайдон. Я хотел вернуться в Капитолий, но трансмат сломался.

Лила потянула Доктора в сторону.

— Это — он, — пробормотала она с вновь набитым ртом. — Он был пойман в ловушку в трансматовой кабине. Он — недостающий кузен Андреда.

— Он говорил с Глоспином, — сказал Крис. — На годовщине смерти.

— Какой? — спросила Дороти. — Ты имеешь в виду, что всё это время он находился в ловушке?

— Верно, — сказал Барсук.

— Хм, — сказал Доктор.

— Я освободил его, — добавил Барсук.

— Ого, — сказал Доктор.

— Мы видели Вас в зеркалах, — сказала Лила роботу. — Я — Лила, а это — Дороти.

— Я — Барсук, — сказал Барсук. Крис покачал головой.

— Но если он по-прежнему считает, что он — шестьсот семьдесят три года назад…

— Ой, — воскликнула Дороти. — Кто-то должен сказать ему.

— Простите, — сказал Доктор. — Простите, что прерываю, но это был ещё один твой сон?

— Я не могу помнить всё, — сказал Крис. — Они говорили о доставке. И деньги перешли к другому владельцу.

Доктор поднял бровь.

— Делая своё дело, не так ли?

— Тишина! — закричал Саттралоп.

Глоспин отошёл от стола, елейно улыбаясь.

— Капитан, предлагаю Вам подождать в одном из вестибюлей. — Он начал выводить Редреда. — Семейное дело, понимаете. Годовщины смерти и всё такое.

Саттралоп ударила тростью по столу.

— В чём дело?

Редред повернулся.

— Я обращаюсь к Домоправительнице?

— Да, капитан.

— Простите меня, госпожа, я понял, что Вам нездоровится. И я должен вернуться в Капитолий. Она с любопытством следила за ним.

— Система охраны в трансматовой кабине, — сказала она Глоспину. — Доктор? Ты его выпустил?

— Я освободил его, — сказал Барсук.

— Он доставил матрикулярное устройство для передачи завещания Квинца, — пояснил Глоспин.

— И итоговый указ, — раздражённо добавил Редред.

— Указ? — спросил Доктор.

— Указ Совета Главных Кардиналов относительно Дома Лангбэрроу, сэр. Пожилой кузен, назвавшийся Глоспином, взял посылку.

— Но это — Глоспин, — сказал Доктор, указывая на кузена. Стало тихо.

— Это определённо был старик, — сказал Редред. Глоспин посмотрел на Саттралоп.

— Самозванец! Как это могло случиться в нашем Доме? Доктор изобразил аплодисменты за спиной Редреда.

Саттралоп улыбнулась.

— Все будет объяснено, капитан. У Вас есть копия этого указа?

— Да, госпожа. Копия прикреплена к моему связующему устройству на запястье.

— Пожалуйста, включите нам.

Редред активировал устройство на запястье и направил в центр Зала. Там появился пожилой человек в красной и оранжевой регалиях Кардинала.

— Кардинал Ленади, — прошептал Доктор. — Руководитель клана Прайдон.

— Дом Ланбэрроу, — Кардинал стал зачитывать пергамент, — преднамеренно нарушил Первую Статью Поколения, то есть сознательно создал новую жизнь сверх установленной законом доли станка — сорок пять, отказавшись от консультации с Центральным Справочником Населения, и был признан виновным.

Оуис, вытаскивавший грибы из тарелки, начал скользить под стол. Кардинал нахмурился.

— Если в течение пяти дней не последует аппеляции, вышеупомянутый Дом Лангбэрроу и все его обитатели будут, согласно древним законам, подписанным триумвиратом Нового Времени, отобщены от Матрицы и клана Прайдон. Его имя будет стёрто.

Он свернул пергамент и воткнул в глаз старинного черепа, который внезапно появился перед ним.

— Осталось пять дней, — сказал череп с усмешкой. Передача закончилась.

ГЛАВА 28. Возвращаясь домой

Дом Лангбэрроу дрожал. Его древесина тряслась, от чешуйчатых крыш до волокнистых концов корней. Затопленное северное крыло. Мысли мерцали как тени в его глубинах. Голоса шептали и мучительно кричали.

Голоса шептали Джобиске. Она беспокоилась.

— Почему они не слышат? Никто не слышит. Пора домой, настаивали они.

— Пора, — сказала она.

Да.

Она вздохнула и улыбнулась.

— Пора вернуться домой.

* * *

Всегда голоса, думал Крис. Всюду, куда бы я ни шёл, чей-то голос звучит в моей голове. Возможно, я скучаю по путешествиям. Возможно, пришло время лежать по ночам с трэшвизором или со своими мыслями, а не с секонд-хэндом других людей. Давайте вернёмся домой и посмотрим на народ. Давайте споём хором «Старую Джоанну». (У нас нет старой Джоанны. Что такое старая Джоанна?) Неважно, здесь крутится одна и та же песня. И теперь все вместе:

Восьмой человек связан

Не пророни ни звука

* * *

— Брошенный, — Саттралоп сидела на своём месте во главе стола, щёлкая ключами на кольце.

— Бедный, бедный Дом.

— Дом похоронил нас, — сказал Глоспин. — У нас было пять дней. Первым делом в качестве Китриарха я вернул бы всё на своё место. Но Дом должен был вмешаться.

— Нет, это не так. Мы брошены.

— Где остальные члены семьи? — спросил Редред. — И где самозванец, который взял указ?

— Все мертвы, — сказала Саттралуп, безучастно глядя вперёд.

— Мертвы? Как они могут быть мертвы?

— Нет, не мертвы, — поправила Инносет. — Просто ушли.

— Умерли со стыда, — сказала Саттралоп. Доктор подкрался к ней.

— Если бы они были мертвы, Дом заменил бы их.

— Ты мёртв, — сказала она, поворачивая ключи.

* * *

— Теперь Вы видите меня, теперь нет, — согласился он.

— Принятие желаемого за действительное, — сказал Глоспин. Саттралоп резко махнула.

— Скоро Квинц и я будем единственными живыми.

— Я хочу уйти из этого безумного дома! — закричал Редред. Его попытались утихомирить. Раздался тошнотворный звук. Оуиса рвало.

— Идиот, — сказал Глоспин. — Только ты мог съесть свою собственную отравленную пищу!

— Все скоро умрут, — пробормотала Домоправительница. — Кто будет присматривать за Домом? Доктор хлопнул кулаком по столу и прошёл в центр Зала.

— Хорошо! Что Вы хотите, чтобы я сделал? Принёс извинения Дому? Тогда прошу прощения! Я сожалею! Очевидно, я должен был найти более подходящую семью. Скажите Дому, что месть не лучший вариант. Проглоти меня или ударь по голове, но это ничего не изменит! Я — всё ещё я! И я по-прежнему его ребенок.

ТАРДИС выпала из паутины, как камень.

Доктор едва успел отбежать, когда полицейская будка с треском ударилась об каменные плиты. Эхо вспугнуло летучих мышей.

Доктор улыбнулся.

— Я сделал это, — сказал он с тихим триумфом.

* * *

— Чья это ТАРДИС? — потребовал Редред.

— Доктора, — сказала Инносет.

— Вернись, — закричала Саттралоп. — Никому не разрешали покидать стол.

И Ринд и Глоспин уже рассматривали опрокинутый корабль. Он выглядел целым после падения, но мигалка пробила кратер.