Хранитель сокровищ - Дайер Дебра - Страница 70

Подгоняемая прохладным ветерком, трепавшим полы атласного синего халата, Элизабет спешила по тропинке к Лабиринту. С сильно бьющимся сердцем она подошла к павильону. Дверь была открыта, выпуская в ночь полосу золотистого света. Поколебавшись немного, она ступила на порог.

Единственный настольный светильник бросал неяркие блики на темные дубовые панели и наполнял комнату запахом горящего масла.

Эш стоял спиной к двери и изучал пол. Элизабет в нерешительности остановилась; Ей не хотелось казаться любопытной женщиной, сующей нос в чужую жизнь. Но это необходимо сделать. Надо вернуть его домой. Ради Марлоу и герцогини. И, прежде всего, ради себя самой.

– Неужели никто и никогда не говорил тебе, принцесса, как опасно хорошеньким женщинам ходить ночью по лесу? – спросил, не оборачиваясь, Эш.

Элизабет поплотнее закуталась в халат и запихнула ноги в тапочки.

– А как ты догадался, что это я? – удивилась она.

Эш оглянулся через плечо. Между темными бровями пролегала глубокая морщина.

– Почувствовал, – коротко ответил он.

– В этом месте есть что-то такое, что никак не дает тебе покоя? – догадалась Элизабет. – Это вызывает у тебя какие-то смутные воспоминания? Именно поэтому ты и пришел сюда, да?

Эш опустил глаза на пол.

– Не знаю, как это назвать: воспоминания или нет, – ответил он чуть слышно. – Я совсем не могу отличить реальное, от созданного в моем воображении.

– Понимаю, как ужасно трудно пробираться сквозь дебри своей памяти и соотносить прошлое с настоящим, – согласилась Элизабет. – Но мне непонятно одно: почему ты не хочешь, чтобы тебе помогли справиться со всем этим?

Эш, не отрываясь, смотрел на пол. Из мозаики была выложена картина, на которой святой Георгий убивал дракона.

– А что ты здесь делаешь? – вдруг спросил он. Переступив порог, она ответила:

– Я увидела тебя из окна твоей спальни.

– Из окна моей спальни? – изумленно спросил он.

– Я ждала тебя до полуночи, – объяснила она. – А потом вспомнила: если Магомед не идет к горе, то гора идет к нему сама.

– Мне казалось, после всего, что произошло сегодня утром, ты не захочешь больше видеть меня вечером у себя в комнате, – сказал он.

Элизабет сделала шаг к мужу.

– Ты нужен мне. Сейчас и всегда, – прошептала она нежно.

Эш снова опустил глаза на мозаичную картину.

– Это правда, принцесса? – спросил он.

– Я хотела бы, чтобы это было не так, – печально отозвалась она. – Я так от всего устала. Мы поженились, но я не решилась спросить о твоем ко мне отношении. И в то же время боюсь услышать плохой ответ. Когда мы занимаемся любовью, мне кажется – ты меня любишь. Но, возможно, ты испытываешь в этот момент ко мне любви не больше, чем к любой, с кем когда-то согревал постель. Мне порядком надоело находиться в подвешенном состоянии.

– Но я, правда, этого не хотел, – отозвался Эш.

– Мне казалось, что ты испытываешь даже удовольствие, видя мои муки, – горестно воскликнула Элизабет.

– Я понимаю, как со мной трудно, – вздохнул Эш.

Элизабет закатила глаза к небу и с чувством вскрикнула:

– Трудно может быть с медведем, занозившим лапу. Ты же просто невозможен! Временами я и в самом деле думаю, какой же надо быть безумной, чтобы так потерять от тебя голову!

Губы Эша тронула улыбка.

– Потерять голову? – переспросил он.

– Ты понимаешь, о чем я говорю, – кивнула она. – Должно быть, я совсем лишилась рассудка!

– Бет, – прошептал Эш удивительно нежно.

Он сделал навстречу нерешительный шаг. Элизабет бросилась к нему в объятия, и он крепко прижал ее к себе. Погладив распущенные по плечам жены волосы, он опустил ладонь на спину.

– Ты заслуживаешь гораздо большего, чем может дать тебе такой человек, как я, – с грустью сказал он.

– Мне нужен только ты, – ответила она. Лицо мужчины исказила гримаса боли.

– Рядом с тобой должен быть человек с прекрасными манерами, умеющий хорошо говорить, – заставил он себя произнести. – Настоящий джентльмен, за которого не пришлось бы краснеть на людях, и который не позорил бы тебя.

Элизабет было больно слышать такие слова от мужа. Ему пришлось вытерпеть столько страданий, но они все же не сломили его, а только сильнее закалили.

– Никогда не стоит недооценивать себя. Особенно из-за того, что пришлось пережить, – постаралась успокоить мужа Элизабет. – Никогда ты не сравнишься ни с кем по мужеству и силе воли.

Эш лишь покачал головой.

– В Денвере мне удалось завоевать хоть какое-то уважение к своей персоне, – сказал он. – Но ничего из того, чему я там научился, здесь не пригодится.

Элизабет слегка коснулась пальцами губ мужа, словно пытаясь удержать горькие слова, которые срывались с них.

– Не только и не столько хорошие манеры делают человека человеком, – уверено заявила она. – Ведь ты мог стать преступником. Мог умереть под открытым небом. Но этого не случилось, потому что ты – сильный, честный, благородный. И именно эти качества важны, где бы ты ни жил.

– Но люди здесь судят о человеке по тому, как он говорит и носит одежду, – возразил Эш.

– Но ты очень хорошо носишь одежду. – Элизабет заулыбалась, надеясь немного поднять настроение мужу. – Хотя, должна признаться, мне гораздо больше нравится, когда ее на тебе нет вовсе.

– Я всегда подозревал, что под твоей чопорностью и церемонностью прячется похотливая натура, – усмехнулся Эш.

– А я всегда чувствовала, что за твоей грозной внешностью скрывается сердце настоящего джентльмена, – в тон ему ответила Элизабет.

Эш крепко прижал ее к себе. От его теплого дыхания шел легкий запах бренди.

– Я сделаю все, что в моих силах, принцесса, – пообещал он. – Я постараюсь жить так, чтобы не запятнать доброе имя Пейтона.

Элизабет не верила своим ушам! От охвативших чувств ей стало трудно дышать. Элизабет закрыла глаза и молча благодарила Бога за сотворенное чудо.

– Больше всего на свете я хотела услышать такое признание, – взволнованно прошептала она. – Я так давно ждала этих слов!

– Что ж, нам остается надеяться на лучшее. Завтрашний вечер будет для меня настоящим испытанием. – Взяв жену за плечи, он слегка отстранил ее от себя и посмотрел в глаза. – Надеюсь не разочаровать тебя, моя принцесса.

Глядя в прекрасные глаза мужа, Элизабет молила Бога, чтобы предстоящий бал прошел хорошо. От этого вечера будет зависеть их дальнейшая жизнь.

– Вот увидишь, – пыталась приободрить она Эша. – Все будет отлично. Уже завтра, с твоей руки будет есть весь наш свет.

– Вполне удовлетворюсь и тем, что на балу не попаду в дурацкое положение, – насмешливо ответил Эш.

– Я верю в тебя. – В ее словах и в самом деле чувствовалась уверенность.

Эш ласково погладил плечи жены.

– Я не умею красиво говорить, Бет, – сказал он. – Но я доверяю своим чувствам и счастлив, что моей женой стала именно ты.

Элизабет растерянно смотрела на Эша, еще не веря, что прозвучали заветные слова, которые ей так давно хотелось услышать.

– А ты был первым и единственным мужчиной, за которого мне хотелось выйти замуж, – призналась она.

– Я не могу обещать тебе, что останусь здесь, – тихо сказал он. – Не знаю, смогу ли.

– Эш, ты сможешь...

– Мне необходимо знать, поедешь ли ты со мной, если моя жизнь здесь не сложится? – спросил он.

Удивленная вопросом, Элизабет отстранилась от мужа.

– Ты хочешь, чтобы я поехала с тобой в Америку? И осталась там жить?

– Эта просьба не более странная, чем твоя, – остаться здесь, – хмуро ответил он.

Элизабет отвернулась: необходимо как-то собраться с мыслями. Она посмотрела на полотно. На нем король Артур выхватывал свой чудодейственный меч.

– Но это же твой дом, – тихо произнесла она.

– Нет, принцесса, – мягко возразил Эш. – Этот дом – твой.

Элизабет повернулась к мужу.

– Ты прав, – ответила она. – Это мой дом. Я прожила здесь большую часть своей жизни. И Марлоу с герцогиней стали для меня такими же родственниками, как и для тебя.