Печать Тора (ЛП) - Лёвенштейн Карола - Страница 47

Он на одно мгновение закрыл глаза, и теперь отчётливо были видны тёмные круги под ними. Он почти больше не спал с тех пор, как мы вернулись с нашей операции. Каждую секунду он посвящал подведению итогов нашей встречи с Морлемами.

Лиана ходила по комнате и поливала корнесосы, в то время как рассвет начал, наконец, рассеивать темноту.

— Нам просто нужно вспомнить, из какого направления прилетели Морлемы, когда в первый раз напали рядом с Линкольнвиллем, тогда можно было бы провести ещё одну такую линию, и там, где линии пересекаются, должно находиться укрытие.

— Это хорошая идея, но тогда мы не ожидали их появления. И, по крайне мере, я, при всём желании, не могу сказать, откуда они прилетели, — ответила я, складывая вещи в сумку.

Было раннее утро ледяного декабрьского дня, и такое ощущение, будто Лоренц, Лиана, Дульса и Леандро уже в сотый раз за прошедшие дни размышляют над картой.

Меня сводило с ума то, что я не могла выходить с ними; к Сибиллам, чтобы искать следы, в Конкверу, куда Лиана часто направлялась, чтобы навестить двоюродную сестру Нелли или в Килеандрос, чтобы встретиться со святыми девами и Седони.

Я была заперта в Шёнефельде, и должна была прятаться под защитным заклинанием. И с каждым днём, который проводила здесь бездействуя, я становилась всё более раздражённой и обеспокоенной. Моя сестра исчезла, и эти неопределённость и беспокойство должны, наконец, прекратиться.

В довершении всего, я также заметила, что Адам из-за страха за мою безопасность колеблется и не хочет идти этим путём. Вместо того, чтобы оттачивать новый план, как вновь заманить Морлемов, чтобы собрать больше информации, он, казалось, делает всё, чтобы предотвратить его.

После того, как мы вернулись в Глиняный переулок и стали ждать, когда появятся остальные, он продолжал молчать. Сначала пришли Ширли и Торин, а следом Дульса и Рамон. Эти четверо вообще не видели Морлемов.

Но потом появились Лиана, Леандро и Леннокс. Морлемы пролетели прямо над их головами. Эти трое видели их очень близко. В то время как Леннокс привык к их виду, на Леандро они произвели неизгладимое впечатление.

Знание того, что эти бездушные личности взяли в плен Лидию, больше не давало ему покоя. Он точно описал своё впечатление сначала нам, а затем ещё раз Лоренцу и Этьену, у которых тряслись руки, когда они вернулись. Всё же они испытали облегчение, что всё прошло гладко.

Затем Леандро стал молчаливым и все силы направил на то, чтобы подвести итоги.

В отличие от Адама, теперь у него было чёткое представление, на каком месте я должна появиться вновь, чтобы мы могли провести ещё одну линию на карте.

— Подумай об этом ещё раз, Сельма, — повторил он. — Прошло уже несколько дней, и мы можем попробовать снова.

— Я знаю, — протянула я. — Я совсем не против, но мы можем сделать это только вместе. Нам нужны пункты наблюдения по всему периметру, чтобы точно определить их маршрут. В противном случае все усилия будут напрасны. Адам ещё не доволен планом. Он считает его слишком рискованным.

Лиана со стуком поставила лейку.

— Адам прав. Сначала нужно сосредоточиться на других возможностях. Поэтому хорошо, что он пошёл сегодня к адмиралу, чтобы поговорить с ним об альтернативах, — Лиана кивнула, а потом тоже начала собирать тетради для сегодняшних лекций.

Соприкосновение с Морлемами ослабило её мужество, показав опасность, в которой мы все находились. Её решительность уступила место беспокойной паники, и она боялась снова встретиться с Морлемами. Лиана ничего не говорила о том, что чувствует.

О том, чтобы отказаться от поисков, потому что её храбрость пошатнулась, не могло быть и речи. Но я достаточно долго её знала, чтобы читать в её жестах и словах.

Она прокашлялась.

— Даже если я предпочла бы освободить девушек как можно раньше, я считаю, что риск слишком непредсказуем. Вам едва удалось сбежать от Морлемов, и всё могло бы закончиться катастрофой, — Лиана сделала глубокий вдох и переплела пальцы, так что костяшки побелели. — Никакой пользы не будет в том, если ещё и Сельма исчезнет.

— Я не исчезну, — сказала я, наблюдая за напряжённой позой Лианы. — До этого не дойдёт.

Я наклонилась, чтобы проверить, лежит ли под диваном моя тетрадь для записи слов древнего языка, когда мне внезапно пришла в голову сумасшедшая идея. Что, если мы просто последуем за Морлемами?

Не на собственных крыльях, потому что Морлемы летели намного быстрее, чем мы когда-либо сможем. Но скорость дракона вполне соответствовала. Тогда рискованные операции, в которых я подвергала себя и всех своих друзей опасности, были бы излишни.

Эта мысль больше не отпускала меня, когда я со всеми остальными спустилась к завтраку. Я рассеяно запихивала в рот хлопья и почти не слушала, о чём они говорят. Разговоры всё равно крутились теперь только о том, кто с кем пойдёт на выпускной бал.

Ариэль в такую зимнюю погоду никогда не осмелиться покинуть Акканку, так же, как и другие драконы, которые ненавидят холод. Я хорошо помнила, как медленно мы продвигались вперёд, когда летели в Белару и всё только потому, что Ариэлю и другим не нравилась низкая температура воздуха.

Я не смогу мотивировать Ариэля устроить погоняю за Морлемами. Кроме того, поднимется огромная шумиха, если я подвергну опасности одного из ценных драконов Акканки. Тут мне даже Грегор Кёниг больше не сможет помочь.

— Сельма, дорогуша, — сказал очень громко Лоренц, из чего я заключила, что он уже какое-то время обращался ко мне, а я не реагировала.

— Да? — спросила я, удивлённо подняв взгляд.

— Я просто хотел спросить, встречаемся ли мы сегодня в Глиняном переулке. Я организую предрождественскую встречу со всеми моими близкими. Мы хотим испечь печенье, — Лоренц подмигнул мне, в то время как его веки напряжённо дёргались.

— Испечь печенье? — протянула я, задаваясь вопросом, что он имеет в виду. Мы не согласовывали никакого тайного сигнала. По крайней мере, насколько я помнила. Но не исключено, что я пропустила объявление пароля. — Сегодня после обеда у меня совсем нет время. Сначала будет тренировка в Акканке, а потом меня ещё хочет видеть бабушка.

— Но мы хотим испечь кокосовые макроны, — сказал напыщенно Лоренц. — Тебе ведь они так нравятся.

Я рассеянно на него смотрела, задаваясь вопросом, что он хочет сказать.

В конце концов, Лоренц вздохнув, напряжённо нахмурился, в то время как Дульса и Лиана захихикали. Широко распахнув глаза, я следила за тем, как он формулирует свои мысли: «Ширли хочет с нами встретиться. На этой недели она прогуливает лекции, потому что в «Гостиной Шёнефельде» отмечается одна рождественская вечеринка за другой, и она только что узнала что-то о Печати Тора.»

— Вот в чём дело, — усмехнулась я. — Так сразу и скажи. Ты хочешь испечь кокосовые макроны. Тогда я конечно приду. Но будет поздно, не раньше семи вечера.

— Ничего страшного, — ответил довольно Лоренц. — Кокосовые макроны вкусные всегда.

— Ну конечно, — ответила я, ухмыльнулась, а затем направилась на первую лекцию.

Этот день был очень долгим. Из-за плохого настроения, профессор Нёлль заставил нас выполнять одно глупое упражнение за другим. Сначала нам нужно было превратить песок в стекло и придать ему форму какого-нибудь предмета быта и, в конце концов, всё снова сломать и превратить в песок, чтобы затем начать упражнение с самого начала.

Затем он начал читать главу из учебника, в которой обсуждалось изготовление стекла при помощи магии, а потом подчеркнул, что на предстоящем экзамене мы должны знать, какие минералы следует добавить в песок, чтобы добиться окраски стекла.

— Пурпурит для фиолетового оттенка, — повторял профессор Нёлль свой бесконечный список, будто монотонно напевая. — Кампилит для оранжевого оттенка, эпидот для коричневого, хромит для чёрного.

— Иногда я задаюсь вопросом, как Дульса терпит этого мужчину на специализации, — сказал Лоренц, когда профессор Нёлль, в конце концов, слишком поздно отпустил нас на перемену.