Пьющий души (СИ) - Маслютик Алена - Страница 100

— Ладно, — тетка огляделась и невольно улыбнулась, такая большая компания не собиралась за этим столом очень давно, вот только случалось это обычно по более веселым поводам, а потом серьёзно продолжала. — Ближе к ночи Псы совсем озверели, пришлось спешно усиливать защитный контур. Первую тёмную тварь, что прорвалась сквозь круг, я едва не убила, хорошо вовремя сообразила, кто возник посреди моей кухни.

Тётя выразительно взглянула в угол, все тоже посмотрели на Артема. Парень на повышенное внимание никак не отреагировал, даже глаз не открыл.

— Меня удивило, что вы до сих пор не в курсе и подкрепление никак не связались с вами. А ведь именно так выходило по словам Артема и в другое время это бы даже больше, чем насторожило. Но новости, принесенные мне основательно выбили из колеи: замок разрушен, Даниил едва не погиб, Хозяин куда-то скрылся, а после обряда вообще собирается покинуть эти места — было от чего прийти в шок. Тогда мы пошли к твоей бабке, Данилка. На удивление она даже не стала упираться, лишь злорадно и самодовольно рассмеялась.

— Где она кстати? — поинтересовался Дан.

— До прошлой ночи оставалась у себя дома. Не то что бы мы её там удерживали силой, — поспешно добавила тётка, увидев недовольно сведённые брови племянника, — просто, когда она поняла, что её больше не поддерживает община, сама там заперлась, ни куда не желая выходить. А когда за стеной стало особенно жарко, она пропала. Возможно, ушла подземным ходом, секрет которого знала лишь она.

— Ясно, — ответил на это Дан, и замолчал.

А тётка продолжила:

— На прощание, я сказала, где искать наших людей, и Артем ушёл.

— Я потом те же вопросы Игнату задал, — подал голос из своего угла Артем, значит, следил за разговором и очень внимательно. — Для проверки, так сказать. Его и старухины предположения расходились не во многом.

***

Мирослава Матвеевна замолчала, и Дан, поняв, что больше ей поведать нечего, задал вопрос, который мучил его уже давно:

— Я так и не услышал объяснений когда, а главное как Инвалид сговорился с Вестой. То есть я понимаю, основную суть сговора — проникнуть в логово врага, но с чего вообще вы дошли до такого плана.

Парень выразительно взглянул сначала на девчонку, жевавшей уже энный по счету бутерброд, а потом перевел на Артема, который все так же тихо сидел в углу. Друг встрепенулся, точно задремавший человек, хотя Тени не спят, и открыл глаза. Дан ощутил некую неправильность в происходящем, какую-то ноющую пустоту, будто он не может вспомнить о чем-то важном, но через мгновение и это ощущение забылось.

— Так как объяснишь? — просил он уже конкретно у Артема, понимая, что Веста не собирается прерывать молчание.

— Ну, — Артем поднялся, подошел к столу и сел, так что бы его все видели и слышали, — когда твоя тетя объяснила, где искать помощь, и попросила передать это тебе и твоим братьям, я решил для начала сам на все взглянуть, причем издалека. И, как впоследствии оказалось, правильно сделал. Первое, что меня насторожило, это абсолютная тишина и покой. Вокруг деревни бой кипит, а тут никакого намека на присутствие тьмы. Люди точно на пикник в зимний лес выбрались: костры жгут в открытую, часовых как следует не выставили. С другой стороны, мало ли, может они настолько скрытно и быстро ушли, что не ожидавший такой прыти хозяин просто не успел выслать погоню. Да и к тому же мое личное сосание под ложечкой еще не доказательство чьего-то злого умысла. Прокрался в тенях по краешку, послушал разговоры — ничего криминального.

Артем говорил негромко, но в тишине воцарившейся на кухне, каждое его слово звучало ясно и четко.

— Бросил я неблагодарное дело с ломаньем мозгов и поспешил к убежищу. Там нас уже заждались…

— Еще бы, — перебил Радомир, — обещали прибыть к полуночи, скоро рассвет, а не самих ни вестей. Да и связаться не можем…

— Самой нетерпеливой оказалась Веста, — продолжил Артем, — мышек своих разослала, первой меня заметила, выбежала встречать…

— Я думала, с тобой Дан, — насупившись, пробормотала девушка.

— И увидел я ее такую красивую, — ухмыляясь, продолжил парень, — и будто тюкнуло что меня. Рассказал я ей все, что на сердце у меня, признался во всех чувствах скрытых…

— Инвалид, — взревел Дан. — Хватит паясничать!

Веста залилась румянцем, спрыгнула с лавки и убежала в другую комнату, громко хлопнув на прощанье дверью. Стася для себя нашла еще одну общую черту братьев: оба, когда нервничают, начинают зубоскалить и флиртовать с девочками.

— Я когда увидел Весту, — проговорил серьезно Артем, — у меня в мозгу будто что-то щелкнуло, разрозненные кусочки, встали в четкую картинку, и я изложил свои опасения Весте.

— Почему именно ей? — поинтересовался один из близнецов, — почему ни кому-то из нас?

— Вы относитесь ко мне как к пустому месту, маленькой неприятности, которая случилась с вашим братом и только. Выслушав мои соображения, тут же постарались бы забыть. А ваша сестра меня ненавидит страстно и неугасимо, она хоть и отмахнулась от сказанного мной, да как бы не старалась, забыть не могла. Я на этом и сыграл, что, несомненно, спасло не одну жизнь.

Дан заметил, как недобро загорелись глаза Любомира, и поспешил дотронуться до его плеча, успокаивая.

— Твой план держался на такой малости, как ненависть девчонки! — взревел вместо него Радомир.

— У меня он хотя бы такой был, — ухмыльнулся в ответ Артем, и Станислава увидала, как в у парня, прямом смысле, потемнели глаза и начали отрастать когти.

— Хочешь драки? — радостно подскочили оба брата. — Мы сейчас тебе, с превеликой радостью, устроим медленную агонию!

Станислава хотела вскочить, остановить надвигающуюся драку, но ее опередили.

— А ну хватит, — хозяйка дома стукнула по столу кулаком так, что подпрыгнули и заплясали чашки. — И без вас крови пролито даже слишком много.

Парни как-то даже внешне сдулись и расползлись по углам.

— Что дальше было? — поинтересовалась тетя спустя пару мгновений.

— А? — смущенно поинтересовался Артем, потом видимо вспомнил, на чем прервался и продолжил. — Когда все началось развиваться, как я и предполагал, пришлось разыграть роль предателя. Предложил врагам свою посильную помощь, проник в самое сердце зла, так сказать. А под елками, пока никто не видел, утащил Весту на дерево, объяснил, что делать дальше. Ну а продолжение вы все знаете.

— Я вообще-то не знаю, — подала голос тетя, — но с этим, я думаю, разберемся позже. Сейчас вам все стоит отдохнуть. Ваш дом, Данилка, сейчас пустует, но для ночевки вполне приемлем. Проводи друзей, а то ваша Ведьмочка уже спит.

Станислава хотела возразить, что вполне себе бодрствует, но голоса все дальше и дальше уплывали, пока не превратились в неясный шум листву, что ветер качает над головой.

***

Ночью приходила бабушка, в этот раз не молоденькой девчонкой, а такой, как она запомнилась по последнему лету. В белом с мелкими цветами платке, темно синей кофте и длинной коричневой юбке, она тихо сидела в кресле рядом с кроватью и что-то неспешно вязала, слегка позвякивая спицами. И Станислава на несколько мгновений позволила себе забыться, просто тихо лежать и, улыбаясь, смотреть на бабушку.

— А, Атаска, проснулась? — улыбнулась старушка, откладывая куда-то в бок вязание вместе с вертким клубком. — А я пришла попрощаться.

Станислава все вспомнила, и слезы подступили к глазам.

— Не плачь внученька, я уже давно ушла, и сейчас мое сердце и душа полностью успокоились, перестали болеть за тебя.

Стася вытерла щеку, но продолжала молчать, не в силах произнести ни слова.

— А еще, не знаю уж, обрадует тебя это известие или огорчит, — продолжила баба Дотя, тихо улыбаясь, — все чудеса, что с такой легкостью ты творила последние дни, я тоже уношу с собой. Род, впервые за несколько сотен лет, объединил силы, и не только потому, что одной из нас требовалась помощь, но и потому, что над всем миром нависла нешуточная угроза. Ты послужила проводником, и за это тебе земной поклон и благодарность всех живших и живущих.