Кто ушел и кто придет (СИ) - Руно Мария - Страница 16

Ник решил пока не развивать эту тему, но слова дяди его мало успокоили. Не хватало еще, чтобы тот лег в больницу или что похуже! Он, Ник, только начал здесь работать, во всем опирается на Роберта — что же он будет делать, лишившись этой опоры? И ладно бы дело касалось только работы, но ведь дядя — единственный, кому он по-настоящему небезразличен, кроме матери, и кто, в отличие от матери, всегда его поддерживает. Страшно подумать — лишиться этого человека, ведь его никто не заменит. Жена? Во-первых, Микки ушла, а во-вторых, это та же мать, только чуть помягче. Приятели? Они и есть приятели, ну разве что на Фреда можно положиться, да и то не всегда. Отец — тот, конечно, способен выслушать, если ему для начала вручить бутылку, но на этом его помощь закончится. А о матери и думать нечего. Если он, Ник, попадет в настоящую беду, она скорее утопит его окончательно, чтобы не разочаровывал ее, чем станет помогать. Такое уже сколько раз было. Она всегда только обвиняла его, вот и все.

Возле «Андроидной техники» был устроен большой парк, и с некоторых пор Ник полюбил там гулять перед обедом. Больше всего ему нравилось местечко у маленького искусственного ручья, скачущего с камня на камень, прежде чем водопадом влиться в пруд. Камни обросли влажным мхом, у воды было свежо, в пруду плавали большие круглые листья водяных лилий.

— Хорошо спрятался, — произнес за спиной знакомый голос, и Фред Клири присел рядом на корточки. — Рыбок угощаешь? — не дожидаясь ответа, он взял щепотку корма из плошки рядом и бросил в пруд. В темной воде, просвеченной солнечными лучами, в промежутках между листьями и белыми цветами, замелькали вытянутые оранжевые тела, бесшумно открывались рты, бессмысленно глядели круглые глаза. Листья затрепетали на мелкой ряби, стая снова ушла вглубь, и темно-прозрачная поверхность так же быстро разгладилась.

— Я встретил Микаэлу, — сообщил Фред. — Она передает тебе привет. Спрашивала, все ли у тебя благополучно, а то ты на звонки не отвечаешь.

— Я бы отвечал, если бы она разговаривала спокойно, — сказал Ник, почти ложась на камни, чтобы лучше видеть рыб. — Но у нее все сводится к скандалу. Надоело.

— Она, кажется, предлагала тебе помириться и начать все заново?

— Ну, предлагала. Я сказал, что мне пока не хочется, и она сразу начала ругаться. А я слушать должен?

— Ты что, окончательно решил с ней порвать? С роботом живется лучше?

— Это уж мое дело, с кем мне хорошо.

— Кого хочешь обмануть? Все знают, что твой двойник теперь живет у тебя.

— И что? — агрессивно спросил Ник. — Он меня не пилит, не цепляется по всяким пустякам и не скандалит. И поговорить с ним всегда есть о чем, и сходить куда-нибудь, и вообще… И еду он готовит, между прочим, не хуже Микки.

— Ты ведешь себя вызывающе — вот что, — спокойно пояснил Фред.

— Да что такого-то! Дядя сто раз так делал, и другие тоже, бывало, отвозили к себе экспериментальные модели и оформляли это как социализацию, на домработницах экономили. Что ты мне рассказываешь, будто я новичок какой, вчера на работу пришел!

— Ты сперва дослушай. Мало ли что делали другие и особенно Роберт Форти — к нему, знаешь ли, и мерки другие. А насчет тебя всем известно, что от тебя ушла жена…

— Еще бы! Ты же всем и растрепал.

— А ты, по-моему, из этого тайны не делал. И с некоторых пор ты дружен с Ларри больше, чем с кем бы то ни было, и тоже не скрываешь этого. Случаев привязанности людей к роботам хватает, но это далеко не все принимают и совсем мало тех, кто одобряет. Тебе нужны сплетни?

— Кто бы спрашивал, — обозлился Ник, — ты же сам их разносишь! В общем, мне все равно. Болтайте что хотите.

— Ну ладно, — примирительно сказал Фред и сел на скамейку рядом с прудом. Ник тоже поневоле поднялся с берега, потому что стоять на четвереньках теперь было неловко. — Микаэла просила с тобой поговорить. Она жалеет, что ушла, и хочет вернуться к тебе, — он сделал паузу и уточнил: — Это я передал тебе ее просьбу. А по моему мнению, вы с ней, конечно, не подходите друг другу, и лучше бы вам развестись окончательно.

— Тогда зачем ты завел этот разговор? — не понял Ник.

— Я же сказал, что она попросила, — Фред встал со скамейки. — А дальше решай сам, — он пошел было, но что-то вспомнил и оглянулся. — Кстати, утром я видел в административном корпусе твою красотку из альплагеря, она меня не заметила.

— Мадлон? А чего она тут делает?

— Насколько я понял, прилетела с какой-то бухгалтерской проверкой, а сейчас, наверное, обедает где-то рядом.

— Здорово! Пойду поищу.

Фред ушел к лабораторному корпусу, а Ник побежал по дорожке к центру парка, где был устроен кафетерий. На бегу он радовался, что вот-вот увидит Мадлон и попутно размышлял, почему у Фреда, когда тот уходил отсюда, был такой довольный вид — ведь не оттого же, что он выполнил поручение Микаэлы?

9

Снаружи административный корпус научно-технического комплекса «Андроидная техника» выглядел в точности как на фотографиях, которые Мадлон видела в сети. Четырехэтажное здание сверкало светлой облицовкой и солнечными зайчиками на стеклах окон, небольшая площадь перед парадным входом блестела, вымощенная разноцветной плиткой, в центре плескался фонтанчик, вокруг буйно цвели клумбы, поодаль виднелась пара турников, баскетбольная корзина и стартовый трамплин для флайбордов. Площадь обступали темные ели, и на первый взгляд могло показаться, что кругом дремучий лес, но из-за верхушек торчали крыши четырех лабораторных корпусов и прозрачный купол конференц-комплекса. Мадлон знала, что где-то здесь есть склады, полигон, завод опытных образцов и все те блага и преимущества, которыми «Андроидная техника» баловала своих сотрудников — вроде спорткомплекса и бассейна под открытым небом — но это уже пряталось от чужих глаз.

Дверца аэрокара бесшумно открылась, Мадлон вышла, придерживая на плече сумку. И пока она оглядывалась и поправляла волосы, на залитую солнцем площадь бесшумно и совершенно вертикально опустился флаер «Скорой помощи», из него выскочили несколько человек в униформе медработников, а с крыльца им навстречу уже тащили носилки, на которых распростерся мужчина в сером костюме. Мадлон с любопытством наблюдала, как больного перегружают в летательную машину. Что у них тут приключилось? Трап втянулся, и флаер тут же по косой ушел в безоблачное небо. Все действия заняли меньше минуты. Люди, что сопровождали больного, вернулись в здание, и вокруг вновь воцарились тишина и покой.

Мадлон неторопливо пересекла площадь — стук ее каблучков по мозаичной плитке далеко разносился в теплом воздухе — и поднялась по широким ступеням к стеклянным дверям. Несколько секунд она постояла, закинув голову и рассматривая логотипы над входом. Стилизованное изображение космического корабля, уходящего к звездам — это общий значок всех предприятий «Киберспейс», а две руки, человеческая и металлическая — собственно эмблема «Андроидной техники».

В холле было прохладно и после яркого солнечного света казалось темновато. На стене — галерея трехмерных портретов, Мадлон сразу узнала бульдожье лицо Петера Левицки, основателя корпорации; остальные были ей незнакомы. Вообще холл оказался стандартный, ничем не отличавшийся от гулких просторных вестибюлей других предприятий, в которых ей доводилось бывать. Высокий потолок, светлая плитка на полу, лестница на второй этаж, перед лестницей — низенький металлический барьерчик. Не настоящий, конечно, а голографический, полупрозрачный.

«Надеюсь, они внесли в базу мой номер, — подумала Мадлон, подходя к турникету. — И еще интересно, почему меня никто не встречает?».

Но по лестнице уже сбегала пухленькая блондинка в деловом костюме. Она поздоровалась, осведомилась: «Аудитор Кеннел?» и, получив утвердительный ответ, скороговоркой произнесла:

— Да, нас предупредили о вас. К сожалению, главный бухгалтер не смогла вас встретить, но она оставила вам пакет документов. Пойдемте…