Кто ушел и кто придет (СИ) - Руно Мария - Страница 44

Она села на пол прямо там, где ползала. Тьма кромешная, никогда в жизни Мадлон не оказывалась в такой темноте. На поверхности всегда есть источники света — солнце, луна, звезды, городские огни. И в космосе тоже не бывает полной темноты, здесь же царил могильный мрак.

И вот тут, в полной темноте и ватной тишине, ей стало страшно чуть ли не до обморока. Она впервые осознала, что находится очень глубоко под землей, что над ней сотни метров горной породы, и на несколько секунд ей показалось, что все эти горные пласты вот-вот обрушатся, стенки сожмутся и раздавят ее как червяка. «Клаустрофобия, — подумала она, остатками разума удерживая себя от желания завопить. — Не стоит обращать внимания. Пещера стояла сотни лет, простоит еще столько же. Стривер где-то рядом и скоро появится. Но больше я с ним никуда не пойду, ну его к черту, пусть с ним Анни ходит…» Она прислонилась к камню и стала размеренно вдыхать и выдыхать сырой воздух. За этим занятием ее и застал Ленни, высунувший голову из среднего хода:

— Эй! Ты долго собираешься здесь пыхтеть? И почему в темноте?

— Фонарь сломался.

— А второй?

— Потеряла.

— Да вот он, — Ленни отодвинул камень, просунул руку и выудил запасной фонарик. — Дай каску, посмотрю, что случилось… Как ты выключатель умудрилась сломать?

— Я пыталась включить фонарь.

— Сила есть — ума не надо, верно? Он же у тебя на предохранитель встал, — Ленни повернул пальцем незаметное колесико, кончиком ножа подцепил остатки выключателя и вручил каску с засиявшим фонарем напарнице.

Мадлон захотелось провалиться сквозь пол пещеры. Надо же было оказаться такой идиоткой и не вспомнить о чертовом колесике-предохранителе!

— Пойдем, — позвал Ленни. — Ты устала, наверное? Взять у тебя мешок? Я-то свой уже наверх вынес, — в его голосе Мадлон слышалась откровенная издевка. Она ответила:

— Не стоит, спасибо. Мне не тяжело. Просто я еще не научилась быстро перемещаться среди этих камней.

— Не всегда удается оказаться лучше всех, правда? Ладно, я подожду тебя где-нибудь, на всякий случай, вдруг опять не сможешь включить фонарь.

«Нет, больше я с ним никуда не пойду», — снова подумала Мадлон. Она заплела две косы, полезла в палатку за резинками для волос, а когда вылезла, увидела возле соседней палатки Анни. Та жизнерадостно помахала грязноватой загорелой рукой:

— Привет!

— Вы что-то рано сегодня…

— Виктор решил, что хватит. Мы оставили роботов раскапывать грот ниже по ручью, завтра посмотрим, что интересного там окажется.

Как всегда, вернувшись из маршрута с Новаком, Анни выглядела совершенно счастливой, казалось, ее совсем не тяготили угрюмый характер и молчаливость руководителя. Сперва Мадлон решила, что, наверное, Анни интересно с Виктором, потому что они оба археологи, но несколько дней назад узнала настоящую причину. Как-то вечером Анни, помогая ей прибираться на кухне после ужина, вскользь поинтересовалась:

— Как тебе наш руководитель?

— Он очень громко разговаривает.

— И все?

— Ну… Наверное, он хороший специалист, если ему разрешили самостоятельную работу здесь.

— А мне кажется, что я в него влюбилась, — прошептала Анни и зарделась. — Я знаю, что он неженат… Вот бы я тоже ему понравилась!

Мадлон не нашла, что ответить…

Сам Новак только что подошел к своей палатке, снял и закинул внутрь рюкзак, отправил следом кобуру с лазерным пистолетом, повесил на шею полотенце и направился к ручью, по дороге бросив:

— Добрый вечер, Мадлон. Что у нас на ужин?

— Суп, — она побежала на кухню. Гордон попыхивал папироской, сидя на складном стуле у входа в палатку, и успокаивающе улыбнулся:

— Не спеши, все уже готово. Накрывай на стол, а я схожу умоюсь.

Мадлон резала хлеб, когда на краю стола закурлыкал общий компьютер — кто-то вызывал верхний лагерь. Проскользнувшая в палатку Анни избавила подругу от необходимости отвечать, сама включив экран. Тот, кто позвонил, говорил тихо, и Мадлон с другого конца стола слышала только реплики Анни:

— О, привет, Эмиль. Как у вас дела?.. Виктор сейчас занят, а что?.. Неужели? — она даже подалась к экрану. — Вот это новость! А можешь прислать видео? Сейчас все соберутся, и посмотрим.

— Что у них там? — спросила Мадлон, когда Анни встала из-за стола.

— Группа, которая работала в дальних туннелях, вышла в какое-то обширное помещение, заполненное артефактами наратской цивилизации. Эмиль говорит, это что-то типа музея, они так и назвали зал — Старый Музей. Сейчас посмотрим видеозапись из маршрута, — она повернулась к вошедшим в палатку мужчинам. — Слушайте, сейчас звонили с нижней базы…

Пока Анни пересказывала разговор, Новак мрачнел на глазах. Мадлон уже поняла, что руководитель — на редкость амбициозный человек, и прорыв нижней группы выбил его из колеи. Видно, Новак подумал, что может получиться и так, что нижние группы отыщут и пройдут все подземные помещения без всякого его, Виктора, участия. Но заговорил он вполне спокойно:

— Отличная новость, надо будет попозже поздравить Ли и его товарищей. Включайте видео, Анита, посмотрим, как выглядит этот Старый Музей, — он махнул рукой, подзывая остальных: — Мадлон, Леонард, садитесь ближе. Доктор Гордон, вот вам стул.

На экране поползли виды туннелей. Стекловатое матовое покрытие стен, пола и потолка; приглушенный рассеянный свет, сочащийся разом со всех сторон; перекрестки, отличающиеся один от другого только номерами расставленных археологами пикетов.

— Ох и лабиринт… — проворчал Гордон. Ему никто не ответил. Туннель сменился большим залом. Слабого свечения стен не хватало, чтобы разогнать темноту, и рядом с невидимым оператором вспыхнули прожекторы. Теперь зал был виден от стены до стены — прямоугольное помещение с закругленными углами, заставленное и заложенное какими-то предметами. Это действительно напоминало заброшенное хранилище. Оператор осторожно двигался между предметами, и на экране проплывали запечатанные в какую-то прозрачную массу камни, растения, прекрасно сохранившиеся насекомые… Образцы валялись без всякого порядка, и Мадлон удивлялась такому странному образу хранения, пока Гордон не заметил:

— А склад, похоже, когда-то здорово встряхнуло. Вон как просел пол возле дальней стенки! Да и стенка обрушена — вот, значит, как отряд Ли туда прошел… Н-да… Это старое землетрясение сыграло им на руку.

— Посмотрите, какое странное растение! — Анни протянула палец к экрану. Новак остановил запись, и все некоторое время рассматривали занявший весь экран образец — толстый суставчатый стебель с единственным крупным листом на конце. Стебель и лист были угольно-черного цвета и резко контрастировали с белесыми корешками.

— Да, — пробормотал Новак, — я не знал, что на Нарате были растения такой окраски, — он снова запустил видео. — И это не один образец, смотрите, здесь и мхи, и что-то вроде лишайников… А это я бы отнес к хвощам… Очень интересно!

— Очень интересно, — эхом подтвердил Гордон. — Насколько мне известно, ничего подобного на планете не видели, в том числе не находили и остатков таких растений. Н-да… И вот таких паучков я в местных музеях тоже не припоминаю.

Анни, сидевшая ближе всех к экрану, отшатнулась. Новак ободряюще положил ей руку на плечо и как будто забыл убрать. На экране замер паук, спиной достающий до пояса остановившемуся рядом археологу.

— Вот еще один, — проговорил Новак, — этот поменьше. Вылитая черная вдова, только пятно на спине белое.

— Надо будет спросить у Ли насчет возраста образцов, — сказал Гордон. — Очень любопытно, когда на Нарате обитала такая живность. Вероятно, они жили на Архипелаге или в районе Приморской низменности — те места пока слабо изучены.

Все в молчании досмотрели оставшиеся две минуты. Новак выключил экран и неожиданно произнес, отвечая на последнее замечание Гордона:

— Лично я сомневаюсь в том, что это наратские образцы.

Гордон удивленно поднял седые брови.

— Откуда же они, по-вашему, Виктор? Они не могут быть инопланетными. То, что наратская цивилизация не выходила в космос, было доказано десять лет назад.