Адриана. Наказание любовью (СИ) - Серебро Варвара - Страница 45

Увлекшись моим поручением, она напрочь забыла о нас с Бетти и теперь грызя кончик гусиного пера думала, кого из знакомых молодых повес своего круга хотела бы увидеть на праздничном приёме: я предусмотрительно разрешил пригласить ей пару человек на её личное усмотрение и таким образом отблагодарив её за службу. Астру не подкупить деньгами, как Маньона. У дочери Бортиса было все. Или почти все. Доверять я ей не собирался, но все же глупо не использовать её талант организатора, доставшийся ей с лихвой от отца.

— Адриана, как думаешь, Арман, сын господина Рене, откликнется на твое приглашение? — заискивающе спросила она у меня.

Об Армане Рене ходили легенды, Этому парню было всего девятнадцать, но уже в таком юном возрасте он снискал военную славу. Его семья была одной из богатейших и влиятельных в Серндарине. Породнится и завести дружбу с этими господами мечтал почти каждый второй в государстве и даже за его пределами.

— Думаю их семья и так уже приглашена, но я не возражаю, прислать им личную карточку и от меня.

Право приглашать гостей на праздник было у всех членов моей семьи и я решил воспользоваться им в полной мере.

На обед, который проходил в кругу семьи, я отправился без особой охоты. Ох уж эти традиции и условности. Можно было бы перекусить в своих покоях. Но так было не принято и семья берта вынуждена была три раза в день собираться для совместной трапезы.

Я снова сидел с краю стол, смотрел на самозванца, называвшегося моим братом. На этот раз он был более уверен, видимо отец “вразумил” его перед очередным появлением перед семьей. На обеде присутствовал мой дядя Гротер, без сыновей: им участвовать в обеденной церемонии было не обязательно. Бертресса Дарита как-то подозрительно доброжелательно пожелала мне приятного аппетита и напомнила о чаепитии в её Зимнем саду. Бортис Мюль тоже находился на обеде. Он стоял за спиной отца, чтобы тому было удобно в любой момент подозвать его.

— Я вынужден отправиться в новый военный поход, — сообщил Люциус своим родственникам.

Эта новость меня несколько огорчила. Я положил ложку, которой только что ел суп. Если отец уедет, дворец и подданные останутся в распоряжении моей бабушки Дариты и моего дяди Гротера. Мне же оставалось только одно, сидеть тихо и молить Луноликую Олди, чтобы мои родственники забыли обо мне.

— Отец, позволь мне сопровождать в походе тебя и брата, — наивно попросился я. — Мы так долго были в разлуке с Адрианом, я не успела даже поговорить с ним толком.

— Сынок, Адриана права, твой сын побывал в Алкале, находясь в плену у врагов. А ты снова хочешь бросить его в пекло, — поддержала меня Дарита. — Будет разумно оставить его здесь, среди своих близких.

Бабуля занервничала, я заметил это по тому, как она крепко сжимала наконечник своей трости.

— Это мой сын и мне решать, куда и с кем он поедет! — резко ответил отец и злобно посмотрел в мою сторону.

— Да пусть едет, матушка. Желание берта закон, даже если оно противоречит любой логике, — дядя Гротер как всегда был полон сарказма.

— При таком отношении, от вашего сына ничего не останется! — дерзко ответил я и бросил салфетку. — Вы втаптываете его в грязь. Вы хотите окончательно свести его с ума!

— Я так решил! И пока я здесь берт, все что делается вопреки моим приказам — государственная измена! А наказание за измену — смерть!

— Но ты мог бы взять меня в поход… Ты знаешь, я умею за себя постоять! — снова попытался я спасти свое положение.

— Женщинам не место на войне, Адриана. Ты остаешься здесь, под присмотром моей матушки.

Я надулся, но возражать было бесполезно. Не знаю на что он рассчитывал, оставляя меня на попечение бабушки?

— Уверена, мы с Адрианой найдем общие темы. Кстати, у моей внучки есть жених?

— Думаю, мама, тебе будет полезно этим заняться. Хотя я считаю, что ей еще рано и её здоровье… — опустил взгляд Луциус.

Право выбирать женихов для дочерей берта по традиции принадлежало старшей женщине в роду. И сейчас этой старшей была моя бабуля.

Дарита сверлила сына взглядом.

— Рано! Люциус, ей уже семнадцать лет! В её возрасте я была уже твоей матерью и ожидала появление на свет Гротера. И никаких проблем со здоровьем я не вижу.

Мне было невыносимо слушать такие такие вещи от бабушки.

— Я не тороплюсь замуж, в наше время рано замуж не выходят, — пытался отговорить я свою бабушку. — И моё здоровье действительно еще под сомнением.

— Сейчас война и я не вижу необходимости устраивать какие-либо торжества. Люди не поймут этого, — отец задумался, но я видел, что он не был категорически против.

— Как хочешь, сын, но хотя бы позволь мне обручить еёс будущим женихом. Это хорошо, что у неё будет возможность лучше познакомиться и полюбить его до свадьбы.

– “Полюбить его!” — отец ты же знаешь это просто невозможно! — попытался я вразумить отца.

При одной только мысли, что меня хотят “окольцевать” меня бросило в жар. Бабуля постарается подобрать мне партию “на свой” вкус.

— Папа, ты понимаешь, что это лишнее… — икал я поддержки у не очень заботливого родителя.

— Хорошая мысль, матушка, — неожиданно согласился Люциус. — Но мне бы хотелось, чтобы кандидат ко мне в родственники был мне верен, как ящер.

Бертрессса отпила суп с ложечки и усмехнулась:

— В Сендарине найдется много достойных женихов для дочери берта. Внучка у меня единственная, и я постараюсь, будь уверен.

Кусок не лез мне в горло. Почему отец поддержал это нелепое желание моей бабули? Дядя Гротер лишь смеялся на нас и равнодушно ел луковый суп. В этот момент я ненавидел его больше всех.

— Отец, ты издеваешься? — возмутился я. — Я не могу!

— Пока я здесь решаю, что и как тебе делать, — ответил он, резким тоном.

— Выходит, я что-то вроде твоей личной игрушки?! — чуть ли не плача спросил я.

— Вон! — спокойно сказал отец, словно перед ним была провинившаяся шавка, а не его родной ребенок.

Я отбросил ложку и салфетку подальше, грохнул стулом и покинул обеденный зал. У двери в зал меня ожидал Оскар Бох. Он, кажется заметил, что я расстроен.

— Вижу ты осталась практически голодна, Адриана.

— Этот старый козёл… — злился я вытирая тайком влагу в уголках глаз.

— Тихо, тихо… — Оскар взглядом указал на стоявших у двери стражей и слуг, которые спешили в залу, чтобы обслужить хозяев. — Все таки Люциус Хаминг не только твой отец, но и… — он придвинулся ближе, — твой хозяин.

— Я не рабыня! — огрызнулся я. — Я не позволю…

Оскар был прав, общество устроено так, что мы все в какой-то степени были чьими-то рабами. Моя жизнь принадлежала отцу. Он мог делать со смной все что желал. Особенно сейчас, когда я стал всего лишь молоденькой девчонкой, мнение которой мало кому интересно. Исчезни Адриана однажды, кто-то вздохнет с облегчение и постарается как можно быстрее забыть меня, как легкий сон под утро.

Мне еще предстояло пережить вечер и ужин в этой славной семейной компании. Родня и раньше относилась ко мне с небольшой любовью, а теперь и я вовсе стал лишним.

Оскар проводил меня до покоев. Всю дорогу я шел впереди и молчал, боясь выдать свое отчаянье.

Около четырех часов Астра напомнила мне о приглашении бабушки. Ровно в четыре настает время пить чай, эту традицию знатные особы женского пола любили и превозносили особо. Это хороший предлог пригласить подругу или компаньонку в гости, обсудить сплетни, последние новости, похвастаться обновкой.

На такие вечера, по дворцовому этикету можно было явиться в сопровождении фрейлин. Чем я и воспользовался. Астра и Бетти с большим удовольствием сопроводили меня и одели платья для чая. Бет выбрала воздушное небесно голубое, а Астра в спокойных зеленоватых тонах. Я тоже не уступил своим фрейлинам, Выбрав темно голубое платье из шелка и парчи. Нас сопровождал Оскар.

Зимний сад дворца Гнездо ящера считался одним из чудес света. Это было просторное, застекленное пространство продолговатой формы. Придумал и построил эту красоту по просьбе моей бабушки один инженер, имя которого мало кто помнил. Зато его сад знали многие.